Тёмные следы в душе (СИ)
Грег взвыл, когда волк вцепился ему в плечо, Свен ударил снова, и волк разжал пасть, чтобы перехватить удобнее. Грег снова попробовал обратиться, но боль отвлекла, и он лишь потратил драгоценное мгновение, снова оказавшись в пасти.
— Успокойся, Диана жива! И ей нужна помощь! — Грег руками схватился за чёрные губы, потянул в сторону, раздражая волка сильнее, и, когда тот дёрнулся, поцарапал нос, заставляя отпрыгнуть.
— Совсем сдурел! — рыкнул Свен. — Диана ранена!
Ларс тряхнул головой, наконец осмотрелся чуть более осознанно и, заметив Диану, бросился к ней. Положил огромную голову на плечо, заскулил отчаянно, вылизывая лицо и протянутые к нему ладони. Убедившись, что Диана жива, Ларс смог взять себя в руки и принять человеческий облик. Грег к тому моменту поднялся, с недовольством рассматривая порванную рубашку, а Свен отбросил побитый стул.
— Прости, прости меня, — зашептал Ларс, — не смог остаться в стороне, хоть и обещал. Терпел сколько мог, чувствовал твою боль и отчаянье и не удержался.
— Всё закончилось, всё хорошо, — Диана провела пальцами по любимым губам, чтобы Ларс случайно не сболтнул лишнего, — ты рядом, и мне уже хорошо.
— У неё пуля в лёгком, — заметил Свен, — поможешь? Ты вроде медицинский окончил.
Диана слабо хохотнула, она помнила, что Ларс учился на фармацевта, но, конечно, это лучше, чем ничего. И ему Диана доверяла, была уверена, что альфа сделает всё, чтобы спасти. Она расслабленно прикрыла глаза, чувствуя тепло и обволакивающий любимый запах. Теперь всё будет хорошо… обязательно будет…
— Ди! Держись, не отключайся!
Глава 20. Зов
Диана слышала встревоженный голос через плотное марево сна. Веки будто пудовые, а тело ватное. Не хватало сил, даже чтобы языком ворочать, хотя ей казалось, она реагирует и кивает на слова.
— Поднимите её, посадите. Ей нельзя лежать!
Голос у Ларса такой красивый, хоть и отчаянный. Немного грустный. Диане хотелось его обнять, успокоить и уверить, что всё будет хорошо. Просто отлично. Она выносит для любимого щенят, подарит силы и любовь, а следующей весной вместе они поедут к морю, можно даже на север, погуляют на природе, доверяясь зверю, и проведут романтический месяц только вдвоём. Это было бы прекрасно, восхитительно. Настоящий отдых для молодожёнов.
— Ди, слушай меня, не отключайся!
Диана отлично его слышала и чувствовала каждой клеточкой. Словно сливалась, соединялась горячим потоком, хлынувшим из груди, сплеталась венами и капиллярами, обволакивала его пальцы и руки. Ларс был в ней, полностью, испачканный её кровью по локоть, вошёл так глубоко, что, кажется, вывернул наизнанку. Диана вбирала его тело, собирала по кусочкам и хранила. Как сохраняла любовь, несмотря на испепеляющую ненависть. Плохое она в себе не оставила, вырвала вместе с проклятой пулей, которая предназначалась тому, кто не должен был вмешиваться и отбирать её жизнь.
— Диана, слушай меня! Иди ко мне! Не оставляй!
Диана послушно брела на зов, выпутывалась из мягкой перины забытья и желаний, где так удобно было мечтать и лелеять свои грёзы.
— Диана! — Ларс приказывал. — Прошу, проснись.
Разве она могла ему отказать, тем более её альфа так близко и почему-то очень расстроен. Диана пошла к нему, прорываясь через опутывающую паутину усталости и боли. Вперёд, преодолевая сопротивление, желая коснуться и быть только с ним. Последние два месяца она лишь ради него и старалась: терпела, спешила, забив на себя, лишь бы всё поскорее закончилось. Если бы не их встреча, не связь, показавшая, насколько прекрасной может быть её жизнь без насилия и жестокости, Диана могла бы откладывать свою месть годами.
— Ди! Ты мне нужна!
Диана выбралась на поверхность, вдохнула полной грудью, больше не чувствуя тяжести. Её волчица, счастливая и довольная, что смогла прийти на зов, радостно скулила и виляла хвостом, как обычный глупый пёс. Рядом с Ларсом Диана становилась очень глупой. И счастливой. Счастье делало её беспечной и слабой. Но между силой и своей любовью она всегда бы выбрала любовь!
Диана приоткрыла глаза. Комната, погружённая в полумрак, казалась незнакомой, изломанной, размазанной, словно потусторонний мир, в который её так сильно тянуло. Но рядом сидел Ларс, и это развеяло все страхи. Альфа выглядел бледным, с покрасневшими глазами и измазанный кровью, но, заметив её пробуждение, улыбнулся и прижал к себе. Диана с готовностью ответила на объятья, тело, на удивление, казалось здоровым и сильным, словно и не было перестрелки и пули, застрявшей в лёгких. Похоже, Ларс успешно провёл операцию, а регенерация справилась с остальным.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Ларс, с тревогой прикусывая губу.
— Прекрасно. А рядом с тобой восхитительно.
— Я очень волновался!
— Но я справилась.
— Можно и так сказать. — Ларс протянул ей ладонь, на которой красовался небольшой кусочек металла. Такой крохотный, а доставил столько проблем. — Пулю-то мы достали, а вот с того света пришлось вытягивать тебя запрещёнными приёмами.
— Зовом, — догадалась Диана, она не ошиблась, когда думала, что волчица пришла в себя первой и вывела её из небытия. — Спасибо.
— Говорят, тот, кто пользуется Зовом после инициации, разделяет жизнь со своей подопечной.
— Моя жизнь и так только твоя, — улыбнулась Диана, — и я подарю тебе щенков, которые сделают тебя сильней и позволят прожить очень долгую и счастливую жизнь.
— Главное, чтобы ты была рядом, — не скрывая эмоций, вздохнул Ларс и прижался носом к шее, — я бы винил только себя, если бы ты погибла, зачем я тебя отпустил… Никогда себе этого не прощу.
— Спасибо, — пробормотала Диана, — что не нарушил обещания.
— Это был последний раз, помнишь?
— Несомненно.
Свен заглянул к ним на мгновение, сообщил, что вызвал чистильщиков. Требовалось убрать трупы, смыть кровь, собрать гильзы. В каждом городе жили посвящённые, готовые за приличные деньги подчищать следы и даже устранять случайных свидетелей. За местными чистильщиками приглядывала одна небольшая стая, но платили им все, общие взносы шли независимо от расходов, поэтому чистильщики работали оперативно и аккуратно, не распространялись об увиденном, не задавали вопросов. А главное, не лезли в дела волков.
Полицию оборотни в свои разборки не привлекали, подкупленные чиновники избавляли от всех проблем, и нередко на высоких должностях оказывались выросшие в кланах беты. Полностью принимая такой расклад жизни, они выполняли приказы своего вожака и гарантировали волкам неприкосновенность. У оборотней своя иерархия, они жили по своим законам и правилам. Курт, убив вожака, — объявил войну, а забрав его скальп, определил убийство как кровавую месть. Новый вожак Наттеров может потребовать отдать им другого волка в качества вергельда, а может напасть, продолжая разборки. Но обычно такие дела решали миром, и все понимали, за что Курт им мстил.
Убийство лишило его права на отобранный завод, но Диана обещала вернуть часть его волков и скинуть торговца алмазов. Удобная сделка за избавление от безумного вожака, который как кость в горле достал всех в городе. Не одна Диана страдала от его выходок, вся стая подвергалась угрозам со стороны самого сильного вожака — Дирка, и другие стаи теряли терпение, видя, как Юрген прожигает жизнь и разбазаривает средства, ради которых многие вкалывали как проклятые. Обычно стаи не вмешивались в дела друг друга, обходили стороной чужую территорию, но Диана подтолкнула Юргена на захват, они отжали бизнес у нескольких стай, перетянули к себе сильных альф и увели подростков. Такое не прощают, но Юрген не был идиотом и ослаблял чужие стаи, рассчитывая уничтожить их, став сильнее.
Теперь без его руководства придётся заново настраивать отношения и восстанавливать авторитет. А также строить новую финансовую империю, содержать более пятидесяти взрослых волков, контролировать их и занимать чем-то, чтобы от безделья они не начали творить беспорядки. Но за алмазы Диана не держалась, прибыль с них незначительная, а возни много. Тем более она надеялась перейти на легальный бизнес, освоить новое дело или отнять что-то у людей. А с волками больше не ссориться. Главное, чтобы новый вожак согласился с этими планами.