Улей. Книга 2 (СИ)
— Отличный, — сквозь зубы цедит он, в знак согласия поднимая вверх большие пальцы рук. Эй убирает ногу, жестом показывая моему брату направление, в котором ему стоит убраться.
— Зря Дэрил дал ему блокатор, — дождавшись, когда Антон исчезнет из поля зрения, Эйнар плюхается на его место. Рядом со мной. Наши взгляды встречаются, я неодобрительно поджимаю губы. — От него не будет никакого толка. Твой брат — идиот, избалованный бесполезный мальчишка. Слабое звено. Не могу поверить, что вы росли в одной семье.
— Виктор уделал мне в разы больше времени, — признаю я то, что, возможно, и стало спусковым крючком для озлобленной ревности Антона.
— Потому что в тебе есть характер. Только слепой этого не заметит. Никто не будет вкладываться в пустышку, даже если это твой ребенок, — уверенно произносит Эйнар и пододвигается ко мне.
— Я не согласна, — отрицательно качаю головой. — Детей воспитывают родители, они не становятся пустышками сами по себе.
— Тогда объясни, что с ним не так? — в его голосе появляется знакомая хрипотца.
— Ты был чем-то лучше до того, как попал в Улей? — я отвожу взгляд, чувствуя себя не в своей тарелке. Эйнар слишком близко. Наши локти соприкасаются, он смотрит на меня совсем не по-дружески.
— Я был гораздо хуже. Ты даже представить не можешь насколько. Но отец продолжал, как ты выразилась, вкладываться, — Эй кривит чувственные губы в усмешке, и я невольно задерживаю на них взгляд. Нервно сглатываю, сжимая пальцами края пледа на груди. Мне больше не холодно, скорее, наоборот, и это все чертовски неправильно. — А я делал все, чтобы он от меня наконец отвалил.
— Зачем? — севшим голосом, спрашиваю я.
— Потому что мне так хотелось, детка, — запальчиво и эмоционально отвечает он. — Без всяких причин. Представляешь, так иногда бывает. Не все дети благодарны за попытки родителей воспитать их по своему образу и подобию.
— Теперь ты жалеешь?
— Нет, — он медленно качает головой, наклоняясь ко мне. — Теперь я его ненавижу еще сильнее. Ты же знаешь, каково это — ненавидеть всем нутром собственного отца? Задумайся на мгновенье, какой бы ты стала, если бы тебя воспитывал Кронос? Ты смогла бы его любить так, как любила Виктора Гейдена?
— Нет, никогда, — быстро отзываюсь я, облизывая пересохшие губы, и ощущая на них жадный взгляд Эйнара.
От парня исходит горячий жар и неприкрытая животная похоть. Мое сердце предательски сбоит, надо остановить его, заставить отвернуться, либо встать и уйти, но я словно парализованная, не могу оторвать взгляда от обжигающих темно-синих глаз. В них столько тоски, страсти и обожания, что у меня поджимаются пальцы на ногах и перехватывает дыхание.
В спальне наверху меня ждет муж, и ему совершенно точно не понравится, то, что делает новоиспеченный старший батлер в следующую секунду.
— Вот и я не смог, — зарывшись пальцами в мои влажные волосы, Эйнар натягивает их на затылке и прижимается носом к моему виску. — Но мне не предоставили запасного безупречного папочку, — шумно втянув воздух, он дотрагивается губами до мочки моего уха.
— Виктор предал меня. Он предал нас. Мы с мамой были для него средством для получения большей власти, — с горечью отвечаю я.
— Я не предам. Никогда, — горячая ладонь опускается на основании моей шеи. — Все для тебя сделаю, только попроси.
— Прекрати, — упираюсь ладонью в его вздымающуюся каменную грудь, ощущая под пальцами бешеное биение сердца.
Словно ошпарившись, я убираю руку и резко встаю. Плед сползает на пол. Он хватает меня за запястье, пытаясь удержать, и смотрит в глаза с отчаянной мольбой.
— Прости, — иступлено шепчет он, нежно целуя мои пальцы. — Я дурею, когда вижу тебя с ним. Не могу с этим справиться. Ненавижу его за то, что сам согласился на эту дурацкую игру. Влюбился, как конченый идиот, отлично понимая, что никогда тебя не получу.
— Эйнар, хватит, — вырвав руку, я обхватываю его лицо ладонями. — Остановись, — мягко шепчу, поглаживая точеные скулы. — Ты просто выпил лишнего. Завтра ты пожалеешь обо всем, что наговорил мне. Иди спать, а я притворюсь, что ничего не слышала.
— Научи, как мне притвориться, что я ничего не чувствую? — с тоской в голосе спрашивает Эйнар, прикрывая глаза.
Я провожу пальцами по густой светло-русой шевелюре, сердце болезненно ноет в груди, в висках барабанит пульс. У нас гораздо больше общего, чем он думает. Мне его искренне жаль, а еще больше жаль себя. Я могла бы сказать, кто может научить виртуозно притворяться, но Эйнар это и так знает.
— Извини, Эй, ты не по адресу, — тихо выдыхаю, отступая назад.
Подняв взгляд, я застываю, увидев на лестнице высокую фигуру Дэрила. Кровь резко отливает от лица, спина покрывается холодной испариной, конечности леденеют.
Как давно он там стоит?
Что успел услышать?
О чем мы, вообще, говорили?
5.4
Мысли хаотично разбегаются, я сама не понимаю причин внезапной паники. Дэрил видел нас с Эйнаром в гораздо более интимных ситуациях. Черт, да он сам их и спровоцировал.
— Куда Антона дели? — будничным тоном спрашивает Дэрил, начиная неторопливо спускаться.
Он выглядит расслабленным и спокойным, наблюдая за нами с изучающим прищуром без малейшей примеси агрессии. И все же мне до чертиков страшно.
— Решили побыть вдвоем, — опрометчиво бросает Эйнар.
Вспыхнув, как факел, я пихаю его локтем в бок и шиплю, чтобы заткнулся. Эй кривит губы в вызывающей усмешке. Сумасбродный ревнивый мальчишка.
— Я вам помешал? — Дэрил вопросительно выгибает бровь, медленно приближаясь ко мне.
— Нет, конечно. Эй неудачно пошутил, — чтобы не накалять обстановку, я на ватных ногах иду к нему на встречу.
Дэрил не сводит с меня глаз. На лице по-прежнему ни одной читаемой эмоции. Когда расстояние между нами достигает минимума, он непринужденно обнимает меня за талию.
— Ты замерзла? — ощутив мою дрожь, невозмутимо спрашивает муж.
— Немного, — Вскинув голову я всматриваюсь в идеальные черты лица, безуспешно пытаясь найти в них хоть чуточку напряжения или недовольства.
— Тогда мне срочно нужно тебя согреть, — Он сдержанно улыбается, погладив меня по щеке. — До завтра, Эй. У тебя пять часов, чтобы проспаться, — прощается с мрачным, как туча, парнем, и утягивает меня к лестнице.
Я обескуражено следую за мужем, все еще почему-то боясь оглянуться назад. Удивительно, еще минуту назад опасалась его реакции, а сейчас до глубины души обижена тем, что ему абсолютно плевать. По идее, беситься и включать самцовые замашки особого повода нет, но мне однозначно не хватило драмы. Точнее, хватило с лихвой, но не от мужа.
Только я собираюсь высказать свои претензии вслух, как сквозь раскаты грома за стенами дома прорезается четкий звук вертолетных лопастей. Судя по тому, как сжимается на моей талии рука мужа, он тоже их слышит.
— У нас снова гости, — стиснув челюсти, мрачно констатирует Дэрил. — Эй, проверь окна и двери, — кричит он, таща меня за собой в спальню. С ноги открывает дверь. Она с грохотом ударяется в стену. Я в страхе жмусь к плечу мужа, не отставая от него ни на шаг.
— Уже, — отзывается Эйнар. — Черт, Дэрил, вертушка по ходу не одна.
— Уходи, — рявкает муж, а я невольно прислушиваюсь к нарастающему рокоту приближающихся к острову вертолетов и с ужасом понимаю, что парень прав.
Глава 6.1
Глава 6
— Стой здесь, — коротко приказывает Дэрил, впечатывая меня в стену. В комнате темно, панорамные окна плотно закрыты тяжелыми портьерами. — Спятила? — резко бросает он, когда я тянусь к ночнику, чтобы включить свет.
Одернув руку, прижимаю пальцы к дрожащим губам, бормоча что-то невнятное. Ну надо же быть такой идиоткой, едва не навела наших незваных гостей на цель.
Передвигаясь вдоль стены, Дэрил подбирается к окну, за которым как раз открывается вид на посадочную площадку. Высунув из плечевой кобуры под рубашкой ствол, он медленно отводит портеру в сторону.