Улей. Книга 2 (СИ)
— Охх… — из моих губ вылетает неконтролируемый стон.
Дэрил сразу задает сумасшедший дикий темп, вонзаясь в мою плоть грубыми мощными толчками. Да, черт возьми, он всегда знает, как я хочу, заранее предугадывая каждое желание… Это настоящая сексуальная пытка, безумное наслаждение и феерические умопомрачительные оргазмы. Он — идеальный любовник, у которого нет и не может быть конкурентов…. С запоздалым ужасом я вдруг понимаю, что ляпаю это вслух. Самодовольный ответ мужа не заставляет меня долго ждать:
— Я знаю, — хрипло шепчет мне в ухо, до боли сжимая мои ягодицы и начиная двигаться еще резче и быстрее. Я и не осознавала, как была напряжена, пока его стальной поршень не начал двигаться внутри с бешеной силой.
— О, боже, — меня трясет от желания, я бессвязно что-то шепчу, тяну его волосы, подпрыгивая от каждого удара.
— Боже? Ты уверена, что по адресу? — низко простонав мне в висок, Дэрил снова атакует мои распухшие от поцелуев губы.
Я сдавлено всхлипываю, нетерпеливо кусаю орудующий у меня во рту язык и умоляю продолжать. Боль от резких стремительных толчков и безумное удовольствие за считанные секунды приближают мне к кульминации.
Мы кончаем почти синхронно, сцепившись губами, пальцами и телами. Отдавшись наслаждению, я безвольно позволяю ему опрокинуть меня на спину и навалиться сверху. Он умудряется это сделать, не разъединяя наши тела. Дэрил лениво прикрывает глаза, когда я в благодарной ласке глажу его по щеке и невесомо веду губами по блуждающей удовлетворенной мужской улыбке.
— Ни с кем так больше не делай, — внезапно просит муж.
Мое сердце предательски дергается и замирает, когда наши взгляды снова находят друг друга.
— Ты про секс? — растеряно спрашиваю я, не понимая, что именно он имеет в виду.
В ответ Дэрил берет мою кисть и медленно проводит ею по своим скулам и губам, показывая то, что не осмеливается произнести словами.
Монстры тоже нуждаются в ласке.
От подступивших слез у меня щиплет глаза, и я с очередным опозданием понимаю, насколько абсурдными были мои недавние обвинения. Если бы я могла забрать свои слова назад…, но момент упущен.
— Я была не права, устроив допрос из-за Медеи, — обняв его за шею, я нежно потираюсь щекой его щетинистый подбородок. — Эта мерзкая сука заслужила смерть больше, чем кто-либо, — тихо добавляю я. — На твоем месте, я бы тоже сделала все возможное и невозможное, чтобы выжить и избавиться от нее.
— Ты меня утешаешь, извиняешься или напрашиваешься на продолжение? — уголки его губ поднимаются в дразнящей улыбке.
— Я хочу сказать, что на какой бы стороне каждый из нас не оказался, все мы одинаково сильно стремимся к выживанию и готовы приносить жертвы, лгать и убивать, чтобы сохранить самое ценное, что у нас есть.
— Жизнь? — вопрос повисает в воздухе.
Господи, только он умеет так смотреть — заглядывая в самую глубь и муть, куда я сама никогда не осмелюсь. Никому недоступно увидеть дно собственной души, а ему удается…
— Когда жизнь становится самым ценным, что у нас есть, значит, мы уже потеряли все остальное, — закончив, я замечаю, как мужские губы снова расползаются в завораживающей улыбке, от которой мое глупое сердце пускается вскачь.
— Вывод неверный. Потеряв жизнь, мы не сможем сохранить самое ценное, что у нас есть, — мазнув потемневшим взглядом по моим губам, Дэрил поднимается на локтях. Я с предвкушением ощущаю, как его ненасытный орган снова набухает внутри меня, заставляя забыть обо всей философской ерунде и вернуться к земным удовольствиям. Благо, что в этом плане мне с мужем очень повезло.
4.1
Глава 4
Дэрил
Опробовав все доступные поверхности, мы напрочь забываем о времени, и к тому моменту, когда снова оказываемся на поверхности, мои смарт-часы выдают огромное количество сообщений с закодированного номера. Все с примерно одинаковым содержанием. Нам приказывают немедленно вернуться в зону наблюдения. Перезвонить и «успокоить» взволнованных затянувшимся отсутствием наблюдателей нельзя, а отправить короткий положительный ответ удается.
Именно таким образом я отправлял запросы для Верховного Совета. То, что Антон и Эйнар доставлены на остров, подтверждает факт доставки сообщений. Как ни крути, но односторонняя связь лучше, чем, вообще, никакой.
— Ты запомнила дорогу? — негромко спрашиваю я, сжав взмокшие от духоты пальчики Дианы.
— У меня нет проблем с памятью, — поспешно отвечает она и тут же исправляется: — Если меня намеренно не накачивают седативными транквилизаторами, — остановившись, чтобы перевести дух, девушка вырывает руку и вытирает влажную ладонь об мятые шорты. — Ты все соки из меня выжал, — пригладив растрёпанные волосы, измученно выдыхает Диана. Спрятав улыбку, я терпеливо жду, пока она немного передохнет.
— Не помню, чтобы ты возражала.
— И даже душ принять не дал. От нас за версту разит сексом, — жалуется неугомонная вредина.
— По крайней мере, нас точно не заподозрят в диверсионной деятельности, — ухмыляюсь я, и потянув ее за локоть, снова веду за собой.
— Ты же показал мне бункер не для того, чтобы устроить там очередной аттракцион разврата? — бросив на меня косой взгляд, задумчиво интересуется Диана. Смышлёная девочка. Очень. И проницательная.
— Нет, — серьёзно отвечаю я. — Я нашел на вилле несколько единиц огнестрельного оружия, боеприпасы, осколочные гранаты и мины.
Она резко останавливается, ошарашенно вглядываясь в мое лицо. Я не спешу вдаваться в подробности, позволяя ей самостоятельно сделать выводы.
— Где? — нервно уточняет Диана.
— Я распределил все запасы в разных местах. Покажу, когда вернемся.
— Нам стоит ждать нападения? — схватив меня за руку, она испуганно кусает губы.
— Вероятность этого высока, — удерживая взволнованный взгляд, киваю я.
— Кто и зачем?
— Диана, ты задаешь неправильные вопросы, — я снова переплетаю наши пальцы и продолжаю идти в сторону виллы. Камеры, установленные на деревьях, пишут только картинку, в отличие от тех, что понатыканы в доме. В лесу мы можем спокойно обсуждать любые темы.
— Подскажи мне, — едва поспевая за мной, требует пояснений Диана.
— Внеочередной стрим в качестве проверки наших навыков, — бесстрастно произношу я и едва успеваю поймать запнувшуюся жену в объятия.
— Хочешь сказать, он начнется здесь? — вцепившись в мои плечи, с трудом выговаривает она.
— Для нас — да, но ты не будешь рисковать, а спрячешься в бункере и пересидишь там, — бескомпромиссным приказным тоном озвучиваю план отхода в случае возникшей опасности.
— А ты? — в ее глазах появляется паническое выражение.
— Я заберу тебя, как только все закончится, — обхватив тонкую талию, мягко отстраняю Диану от себя, но, вывернувшись, она снова виснет на моей шее. Устало вдохнув, я обнимаю дрожащее хрупкое тело, успокаивающе поглаживая напряженную спину.
— А если ты умрешь? — надрывно выдыхает она, тыкаясь хлюпающим носом в изгиб моей шеи. — Дэрил, одна я не выживу.
— Я не умру, — твердо отвечаю я и, запустив ладони во влажные от жары волосы, заставляю Диану взглянуть мне в глаза. — Никто из нас не умрет. Цель Верховного Совета исключает нашу гибель.
— Тогда зачем мне уходить? Я хочу участвовать. Опыт есть, стрелять я умею. Ты сам видел, — умоляюще шепчет она.
— Хочешь? Правда? — скептически спрашиваю я, поддевая ее подбородок. Диана отводит взгляд в сторону, частично признавая, что погорячилась. — От шальной пули никто не застрахован. Я справлюсь быстрее, если буду знать, что тебе ничто не угрожает, — привожу железобетонный, по моему мнению, аргумент, решительно убирая цепкие руки со своих плеч. — Пойдем, а то на наши поиски точно отправят спасательную бригаду и доставят обратно под конвоем.
4.2
Прозвучавшая угроза приводит ее в чувство быстрее, чем любые уговоры, но остаток пути до нашей виллы, она изводит меня различными вопросами, вознамерившись выпытать все, что мне известно про внутреннюю кухню Улья, в особенности про прошлогодние стримы. Я отвечаю лаконично, кратко, выборочно и только на те вопросы, что могу открыть, от остальных уклоняюсь или меняю тему. Дело не в отсутствии доверия и не в нежелании делиться засекреченными данными. В конкретном случае знать всё — опасно для жизни. Диана далеко не глупа, но зашкаливающие временами эмоции могут ей навредить.