Великокняжеский вояж (СИ)

— Петька, что происходит? — снизив скорость настолько, чтобы можно было переговариваться, я кивнул на Лопухина, который отдавал резкие команды, а вокруг меня и кареты, в которой ехала Мария, отказавшаяся на некоторое время от езды верхом, чтобы не терять время и не отвлекаться от увлекшей ее идеи. В это время к Лопухину подъехал Федотов, и они начали о чем-то переговариваться, бросая напряженные взгляды вокруг. — Чего они опасаются?
— Не то чтобы сильно опасаются, скорее, перестраховываются, — начал юлить этот проходимец.
— Петька, не зли меня, — я бросил на него яростный взгляд. — Что, вашу мать, происходит?
— Да башкир они опасаются. Нет, таких, которые совсем уж попутавшие, Тевкелев вырезал подчистую, но все равно встречаются улусы, которые могут наш поезд за караван принять и попробовать напасть, — вздохнув, ответил Петька.
— Так, это совсем нехорошо, — я перевел взгляд с него на Лопухина. — Постой, что ты сказал про то, что башкир вырезали? Что это значит?
— Ну-у-у, — протянул Петька. — То и значит. А вы думали, ваше высочество, Петр Федорович, что башкир за мятежи златом одаривают? Вот при последнем много крови пролилось с обеих сторон. Тевкелев моему отцу отчитывался, которого назначили за подавлением следить. Да и Татищев много и смертных приговоров вынес, и на каторгу кучу народа угнали, — Румянцев пожал плечами. — Да и они не так чтобы наших щадили, — добавил он неуверенно. — Но Тевкелев, по-моему, все же перегибал кое-где. Хотя, нас-то там не было. Может у него и выбора-то не оставалось другого.
— Может и не оставалось, — я задумчиво смотрел на него. — Из-за чего восстания?
— Из-за земли, из-за чего же еще, — Петька по моему примеру бросил взгляд на Федотова. — Указ вроде подписали, что не будут больше межевать земли башкир, вот только... Да что вы, Петр Федорович, наших заводчиков не знаете? Не за тем ли едем, чтобы перегибы и нарушения выявить?
— А что твой отец говорил? — я не мог сразу согласиться с Петькой. Просто не знал ни предпосылок, да и с ситуацией не был знаком.
— Мой отец осуждал Тевкелева и даже открыто говорил, что это его жестокость растянула восстание на годы, и сделало его настолько кровавым. Да еще и долго снова к присяге привести не могли башкир после этого. А если учесть то, что калмыки уже целыми улусами уходят к джунгарам, то мы скоро вообще без легкой конницы останемся, — и Петька поджал губы.
— Не останемся, — я покачал головой. — Им, к сожалению, а может быть и к счастью, деваться некуда. Не выживут они без покровительства Российской империи. Ты же не думаешь, что они просто так решили под руку России пойти? — Петька покачал головой подтверждая мои слова. — Нужно просто попытаться найти ту точку равновесия, которая устроит нас всех. Но, это же искать надо. Это надо пожить с ними, разговаривать, узнавать обычаи, устои. Это дело не одного года. Вот только, кому охота этим всем заниматься? Да никому. Проще приехать бумагу в рожу ткнуть малограмотному башкиру, который, если и умеет читать, то исключительно на арабском, чтобы Коран суметь прочесть, и все дела. Школы надо организовывать. Не насаждать православие и не смущать их церквями, а делать это как бы невзначай, просто рассказывая. Им же некуда идти, вот реально некуда. Поэтому и устраивают бунты. Если калмыки еще могут к тем же джунгарам попроситься, то башкирам, похоже, нигде не будут рады.
— Так-то оно так, вот только с землями что делать? Промышленникам они тоже нужны. Без земли-то где завод можно поставить? А заводу река поблизости нужна. А башкиры на реках на этих рыбу ловят. И как быть?
— А что заводчики тоже рыбу ловят на реках? — я вздохнул. — Что им мешает завод на суше ставить, а башкиры пущай свою рыбу ловят, еще и снабжать едой будут. Или рабочие на заводах святым духом питаются? Хотя знаешь, не отвечай. Судя по количеству бунтов и на заводах, то именно что святым духом они и питаются. Я не знаю, Петька. Не могу тебе что-то вот прямо сейчас ответить. Мне посмотреть надо. С теми же башкирами поговорить. Я-башкира-то в глаза не видел, как я судить могу?
 
— Уфа! — раздался возглас Федотова, который подскакал ко мне. Пропуская моего адъютанта строй охраны распался, открыв для него своеобразное окно, которое сразу же закрылось, стоило Федотову пересечь незримую черту. — Будем заезжать, Петр Федорович?
— Конечно, будем. Все как и обговаривали. Коням отдых нужен, да и мы уже еле в седлах держимся, — я посмотрел вперед, даже руку ко лбу подставил, загораживаясь от солнца, чтобы лучше все рассмотреть. Ну что же, хоть на башкир посмотрю, — усмехнувшись собственным мыслям, я чуть прибавил скорость. Никогда в Уфе не был, вот и довелось любопытство удовлетворить.
  
Глава 12
 
Уфимский Кремль был деревянный. Не отдельные его строения, а весь целиком до последнего запора на последних воротах. Да и в самой Уфе каменных домой почитай и не было вовсе.
Встречать великокняжеский поезд выбежал невысокий офицер с явными азиатскими чертами, придерживающий на боку саблю. Расположение строений в городе было таково, что въезжали мы фактически в Кремль, за стенами которого уже раскинулся сам город.
— Полковник Тевкелев, ваше императорское высочество, — офицер придержал за уздцы моего коня, чтобы я сумел без проблем спуститься. Хотя у меня вроде бы никаких проблем в последнее время в плане поездки на лошадях не было, но да Бог с ним, хочет именно так выразить свое уважение, пускай подержит лошадь, я не против. — Кремль готов принять высоких гостей. Ваши покои, и покои Великой княгини готовы, — отрапортовал Тевкелев, а я уставился на него так, что просто физически чувствовал, как расширяются глаза.
— Простите, полковник, вы сказали, Кремль? Мы с супругой будем жить в Кремле? — и я, задрав голову, принялся осматривать это сооружение, хоть и не такое древнее, как Московский Кремль, но тоже весьма впечатляющее. — То есть, вы хотите разместить нас вот прямо здесь, считай, что на пороге? Полковник, кто вам отдал такой приказ? Я очень сильно хочу посмотреть в глаза этому человеку.
— Но, ваше высочество, в Уфе только и исключительно в Кремле есть покои, достойные вашего высочества, — Тевкелев явно растерялся, я же с трудом удержался, чтобы не закатить глаза.
— Полковник, я сейчас не о комфорте беспокоюсь, а о безопасности, прежде всего Великой княгини. Этот Кремль первым примет на себя возможную атаку, если на город нападут извне. А если случится пожар? Мы же здесь все окажемся запертыми в одну огромную ловушку.
— Ваше высочество, ну откуда здесь может случиться нападение или пожар? — запротестовал Тевкелев.
— Я не могу рассчитывать на снисхождение судьбы, особенно, если речь идет о моей семье. А в нашем случае, не стоит недооценивать различные случайности, которые на самом деле очень редко бывают случайными, — перебил я полковника. — Показывайте, какие именно покои приготовили для нас, и будьте готовы к тому, что я что-то поменяю в расположении комнат.
Все время, пока мы ходили с Тевкелевым и присоединившимися к нам Румянцевым, Криббе и Штелиным, весь остальной поезд ждал, кое-как поместившись на самом большом дворе Кремля. Это был даже не двор, а небольшая площадь, абсолютно пустое пространство между чем-то, напоминающим терем, и кремлевской стеной, точнее ее частью, ограниченной двумя башнями.
В конце концов хмурый Криббе ткнул пальцем в тот самый терем, во дворе которого расположился поезд.
— Их высочества и особы к ним приближенные, расположатся здесь, — проговорил он тоном, не терпящем возражений.
— Но... — попытался что-то возразить Тевкелев, жестикулируя и пытаясь таким образом показать, что это явно не то место, куда можно поместить великокняжескую чету.
— Алексей Иванович, — закипающего Гюнтера оттеснил в сторону Штелин. — Вы же понимаете, что для нас безопасность их высочеств является самым важным в данной поездке. Здесь царит страшная скученность. Его высочество был абсолютно прав, предполагая, что, не дай Бог, конечно, случится пожар, то сгорит все, абсолютно все. Но это здание является исключением. Во-первых, оно достаточно просторно, чтобы вместить и их высочеств и всю их свиту. Во-вторых, пространство перед ним пустое, то есть легко разместить охрану, которая заметит любое неположенное шевеление. Ну, и, в-третьих, только у этого здания я увидел признаки наличия подземного хода, ведущего за пределы городской стены. Он функционирует?