Рубин II (СИ)

Вспышка света ослепила всех.
— Твою ж мать! — воскликнул Дхар, удерживая купол защиты. — Он нас спалит вместе с ними!Ордерион
Мана расходилась по сторонам, освещая людей в черных клубах тумана. Металл плавился, воины из первых лодок в клине рассеивались, даже не поняв, что произошло. Остальные успели воздвигнуть щиты, но и те долго не выдержали. Лодки остановились и попадали вниз. Воины пытались забрасывать Ордериона пульсарами из своих оружий, но те переставали работать и превращались в бесформенные слитки, от которых не было толка. Еще немного, и Ордерион сможет сжечь их всех! Всех до одного!
Вот только в грудь будто бы кол воткнулся, и ноги принца подкосились. Ордерион упал на колени, силясь подняться. Свет погас. Его заменили клубы дыма, льнущие к телу и пронизывающие щит насквозь.
«Не двигаться» — подумал Ордерион, замерев на одном месте.
Пока он не упал — сможет еще побороться.
 Рубин
Дхар обернулся к остальным.
— Ищем источник питания и отключаем маскировку! Он должен находиться в одной из машин, замыкающей клин!
Воины Дхара кивнули.
Свечение погасло.
— В атаку! — закричал Дхар и вместе с другими воинами, Грониделом и Галлахером рванул навстречу черным клубам тумана.
Принцессы с детьми и подростками остались стоять.
— Мы должны им помочь, — буркнул один из старших повелителей силы в мантии и отправился следом за воинами.
Он на ходу создал пульсары и скрылся в тумане.
К нему присоединились и другие повелители силы. Даже самые юные из них, что были в мантиях.
Остались только дети в порванных нарядах деров и простолюдинов. Кажется, они и сами не понимали, что являлись обладателями дара повелевать маной.
Рубин обернулась к ним, грязным и чумазым, пережившим за ночь так же много, как и она. Потерявшим за ночь все, кроме жизни и земли, что чернела под их ногами.
Рубин с ненавистью сжала рукоять кинжала и повернулась к Хейди.
— Мы должны их защитить, — произнесла она и опустила глаза на синее лезвие, что засветилось на рукояти.
Хейди согласно кивнула.
Плотные клубы приблизились к принцессам и поглотили. Вокруг все исчезло, все стало черно. Мелькнуло синее лезвие в черноте. Следом за ним появилась рука Хейди и ее тело.
— Черное на черном, — произнесла она и исчезла.
Лезвие погасло.
Рубин не двигалась и молчала. Звуки борьбы и сражения становились все ближе. Лязг металла, огни пульсаров подсвечивали существ в тумане, что сражались с юными повелителями силы. Мелькнул силуэт Гронидела, что защищал Галлахера щитом и резал синим лезвием врагов.
— Я не могу на это смотреть, — раздался во тьме голос Сапфир.
— Закрой глаза, милая, — прошептала Рубин. — Закрой их.
— Не могу смотреть и ничего не делать, — сказала Сапфир.
— Стой и не двигайся, молю тебя.
Вспышка заставила Рубин отпрянуть. Во тьме тело Сапфир загорелось синим пламенем. Сестра стояла, сжав кулаки, и с ненавистью смотрела на существ, что пришли сюда убивать.
— Сапфир? — позвала Рубин, пытаясь успокоить сестру и сделать так, чтобы она погасла и вновь стала невидимой.
Но та рванула с места во тьму и начала жечь существ.
— Сапфир! — закричала Рубин, теряя ее из виду.
— Не иди за ней, — раздался голос Изумруд из тьмы. — Остановить не сможешь.
 Ордерион
Это было похоже на то же пекло, что встретило их в ущелье. Только теперь все происходило в темноте. Фигуры мелькали, боролись, плевались пульсарами и исчезали. Ордерион медленно встал. Сил едва хватало, чтобы удерживать вокруг себя щит. Плазматрон висел в креплении на спине. Ордерион достал его и неспешно двинулся вперед. Заметил куклу. Запустил в нее очередь из пульсаров. Остановился. Кукла упала. Ордерион пошел дальше. Еще одну куклу увидел. Снова выпустил очередь пульсаров. И та упала.
Принц просто шел и уничтожал всех чужаков, что возникали в тумане. Увидел Галлахера и Гронидела. Они стояли спиной к спине под единым щитом. Галлахер использовал плазматрон, а на Гронидела напал воин-существо, метавший очереди пульсаров из плазматронов в упор. В стороне мелькнуло синее пламя. Оно набросилось на воина со спины. У пламени были ладони, что прижались к лицу существа и оплавили его. Воин вскрикнул и рассыпался.
 
Гронидел застыл, угрожая пламени клинком.
— Сапфир? — спросил он.
Пламя метнулось в сторону и набросилось на другого воина. У Галлахера закончилась кассета, и он отбросил плазматрон в сторону. Достал нож.
И тут перед ним отчетливо возникла Арим.
— Попался, — она метнула в него пульсары из ладоней, но те не пробили щит Гронидела.
Ордерион направил на богиню свой плазматрон и пустил очередь пульсаров. Все они растаяли на ее металлическом теле, не причинив вреда. Он хотел повторить попытку, но и его кассета закончилась.
Галлахер выхватил из-за пояса красный диск и метнул в Арим. Ее тело заволокло алой дымкой, а над головой завис яркий нимб.
Арим закричала и сожгла его пульсарами из ладоней.
— Думаешь, это так просто? — хохотнула она, но Галлахер метнул в нее новый диск.
Вновь кольцо оказалось на голове Арим.
— Достал! — она выставила ладони и направила поток огня на щит Грониделла, что оберегал Галлахера.
Брат метнул в Арим нож, но та ловко увернулась и рассмеялась.
— Второй раз не выйдет!
Щит перед Галлахером заискрил. Ордерион отвлек Арим на себя, выпустив в нее мелкие пульсары, но богиня направила в него другую ладонь и струя пламени полетела в него.
Сбоку загорелось лезвие клинка. Острие пробило металлическую шею богини и осталось в ней.
— Черное на черном не видно, дрянь, — раздался голос Хейди.
Арим захрипела, вскинула руки, чтобы сжечь на голове кольцо. Галлахер метнул в нее еще один красный диск. Над первым нимбом появился второй. В клубах тьмы возникла Хейди, светящаяся белым.
— Это чтобы ты лучше меня видела, подыхая, — прошипела принцесса.
Арим неверяще уставилась на нее, продолжая хрипеть и пытаться сжечь алые кольца, пока не замерла. Тело рухнуло на землю и рассыпалось. Хейди начала плавно чернеть, пока не слилась с общей тьмой.
— Возвращайся к остальным! — кричал Галлахер. — Уходи отсюда! Хейди!
И тут туман исчез. Тень, повторявшая очертания Хейди, остановилась. Куклы и существа-воины продолжали сражаться. Их осталось очень мало, но воинов Дхара и юных повелителей силы — еще меньше.
Покрытая синим пламенем Сапфир погасла и замерла, глядя на кого-то. Галлахер и Гронидел повернулись лицом к Ордериону и перевели взгляды за его спину. Дхар показался в стороне и тоже остановился, не сводя глаз с одной точки.
Ордерион медленно обернулся.
Дуон в металлическом облике прикрывался телом Ди, как щитом, и приставил к ее горлу синее лезвие клинка. Богиня пошатывалась, ее ноги подкашивались, но Дуон удерживал ее за пояс, заставляя стоять. Вокруг разбегались выжившие дети. Изумруд и Рубин находились за спиной Дуона чуть поодаль и не двигались.
— С добрым утром, дорогая! — бог явно обратился к Одинелле. — Выспалась?
— Пошел ты, — пробурчала Ди.
Ее взгляд плыл, а веки то и дело закрывались.
— Уйду, не переживай, — рассмеялся Дуон. — Но сначала с Дхаром парой словечек перекинусь. Ты не против перед смертью послушать наш диалог?
— Если обещаешь сдохнуть — с радостью послушаю, — еле ворочая языком, ответила Ди.
— Отпусти ее и вали в другой мир! — прокричал ему Дхар.
— Может, на этой территории я и проиграл, — процедил сквозь зубы Дуон. — Но поверь, твоя маленькая победа омрачиться огромной потерей. И ты, Дхар, испытаешь боль, которую будешь ощущать на протяжении жизни в любом теле.
 Рубин
Принцесса боялась пошевелиться. Казалось, что одно неловкое движение или даже шорох — и Дуон убьет Одинеллу. Рубин с силой сжала рукоять и выпустила лезвие на волю.