Князь государственной безопасности (СИ)

* * *
Потолок не рухнул, демоны не появились, а мир вокруг оказался вполне реальным.
Проснулся я в отличном расположении духа. Открыв глаза, первым что я увидел была светловолосая головка Алисы, покоящаяся у меня на груди. Арлетт, с другой стороны, я сам прижимал к себе левой рукой.
«По крайней мере, это не приснилось,» — подумал я, начиная выбираться из опутавших женских рук и ног. Сделать это, не потревожив их обладательниц было непросто, но к счастью, у меня был изрядный опыт. Стоило мне вылезти, как Алиса пробормотала что-то во сне, начала водить рукой по кровати и нащупала Арлетт, обняла и прижалась к парижанке.
Посмотрев на довольно притягательную картину несколько мгновений, я всё же развернулся и вышел из спальни. Конечно, можно было и лечь обратно, но мне казалось, что пока есть время нужно его использовать.
Стараясь не шуметь, я прошёл в ванную, в которой вместо нормальной купели оказалась лишь душевая кабинка. Впрочем, после событий вчерашнего дня (я покачал головой от осознания того, что наши странствия по аномалии действительно заняли лишь один день, а не неделю или месяц) подобные мелочи уже даже не воспринимались как проблемы. Особенно учитывая, что на полочке перед зеркалом обнаружилась запечатанная в пластик одноразовая бритва и тюбик с кремом для бритья. Взглянув на свою довольную, но всё же слегка заросшую рожу в зеркало, я хмыкнул и подмигнул сам себе.
— Всё-таки мы выиграли, ваше благородие. И то хлеб, — мой голос был слегка хриплым.
* * *
Спустя примерно полчаса, я уже стоял на небольшой кухне перед включённой газовой плиткой. Девушки уже должны были скоро проснуться, так что я решил устроить нам небольшой пир, насколько содержимое гостиничного холодильника позволяло. К счастью, мы всё-таки раскошелились на номер подороже, так что позволяло оно немало. Вот и вышло что я уже добрые полчаса возился с завтраком, мурлыкая в тон включённому на музыкальную волну радиоприёмнику.
Песня кончилась как раз когда я перевернул омлет.
— Срочные новости, — раздался из приёмника уверенный мужской баритон, — Сегодня, в шесть тридцать утра, барьер, окружавший Верденскую аномалию исчез. Поднятые по тревоге войска немедленно приступили к разведке местности, но никаких следов барьера, как и самой аномалии не обнаружили. Может ли быть, что напоминание о тяжёлых последствиях Великой Войны наконец-то исчезли? Об этом мы поговорим с…
Раздался звонок в дверь, и я выключил радио, приглушил огонь под сковородкой и быстрым шагом направился ко входу, пока нежданный гость не перебудил спутниц. И вовремя — когда я распахнул дверь, девушка-служанка уже снова тянулась к звонку.
— Да?
— Эмм… вам телеграмма, — сообщила гостья, стараясь не опускать взгляд.
«А, ну да, я же халат снял, когда пошёл готовить, вот и стою в одних трусах» — подумал я без особого стыда. Чего стыдиться, того, как служанка с интересом кубики у меня на животе пересчитывает?
— Благодарю, — ответил я, вытащил из руки девушки бланк и пробежал его взглядом, — Дорогая племянница… новые гардины… вы уверены, что это мне?
— Ну… — служанка смогла справиться со взглядом и смотрела мне в глаза, — Телеграмма для постояльцев, въехавших вчера в тридцать второй номер. Так что видимо — да…
— Занятно. Ну что ж, спасибо, — сказал я и взялся за ручку двери.
— Подождите! — служанка покраснела, — А… ммм… когда к вам можно будет зайти… убраться, я имею в виду?
— Не знаю, — честно ответил я, — Но думаю, скоро — вряд ли мы задержимся здесь надолго.
С этими словами я закрыл дверь и качая головой, вернулся на кухню. Нечасто доводилось оказаться в положении красотки, которую пожирают взглядом.
— О чём задумался? — спросила показавшаяся в дверях Алиса, одетая в одну из купленных мной накануне сорочек.
— Да так, глупости всякие, — опыта придворных интриг оказалось вполне достаточно для того, чтобы не вздрогнуть и не начать придумывать глупую ложь, — Телеграмму принесли совершенно непонятную. Думаю, адресом ошиблись. Хотя говорят — именно для нас.
 
— Да ну? — блондинка подбоченилась, и я обратил внимания, что под позаимствованной у меня рубашкой в общем-то ничего нет, — А дай-ка я прочитаю.
— Наслаждайся, — сказал я и сунул девушке бланк, — Только потом мне объясни в чём соль всех этих «племянников», «племянниц» и тех глупостей про «шаланды полные кефалей».
Алиса моргнула, быстро пробежала текст взглядом и скривилась так, будто я ей лимон скормил вместо утреннего кофе.
— Слушай, как там завтрак?
— Да, честно говоря, почти готов, — сказал я, взглянув на сковородку.
— Тогда я пойду подниму Арлетт и уже вам обоим расскажу.
— Погоди, что расскажешь-то? Про кефалей?
Девушка покачала головой, разом посерьёзнев
— Рыба тут не при чём: это шифровка. И шифровка это не от кого-то там, а почти с самого верха, — наверное моё непонимание было достаточно явно написано на моём лице, чтобы Алиса сжалилась и уточнила, — Мы похоже оказались слишком успешны, Стас, и нашей операцией и её последствиями заинтересовались на самом верху.
  
Эпилог
 
В камине горел огонь и это был единственный источник света в просторном помещении. Впрочем, сидевшие на стульях с высокими спинками люди, едва различимые в тусклом и неверном свете, казалось, не замечали неудобств.
— Значит, Отражающий не справился. Забавно, — сообщил мужчина с низким, хриплым голосом, — А я говорил, что его затея обернётся провалом.
— Ты много говорил, Зодчий. И вспоминать любишь только об удачных «пророчествах» — заметил обладатель другого голоса, молодого и с явными ироничными нотками, — А мы между тем раз за разом оказываемся поставлены перед фактом очередной неожиданности. Может быть, тебе лучше сменить Читающего, раз ты так проницателен? Потому что он-то давал этой операции шанс на успех в районе восьмидесяти процентов.
Названный Зодчим подался вперёд так резко, что стул под ним жалобно скрипнул.
— Может мне и стоит, Чарующий, раз уж…
— Господа, хватит, — новый голос не был ярким или запоминающимся, но спор затух не начавшись.
Обладатель приятного голоса отреагировал первым.
— Прошу прощения, Властелин. Вы правы: не время и не место искать виноватых и заявлять «я же говорил». Приношу извинения Зодчий.
— Принимаю и прошу тоже меня простить, — сказал Зодчий, тут же отодвигаясь назад, — Я поддался эмоциям.
Властитель этого поспешного перемирия не прокомментировал, сменив тему:
— Танцующая, у тебя вроде бы было предложение?
— Да, Властелин, — женщина, даже в полумраке явно выделяющаяся на фоне остальных гостей изящными формами, наклонилась вперёд, — План Отражающего был хорош, но, к сожалению, нам не повезло. Такое случается. Но в неудаче есть место и новым возможностям. Уничтожение Верденской аномалии открывает интересные перспективы для западноевропейских отношений, и мы можем некоторыми из них воспользоваться. Например тем, что это означает для самой Франции
Невысказанное предложение повисло в воздухе и раздался голос Зодчего.
— Ты хочешь подтолкнуть южный сепаратизм, не так ли? Хорошая идея, но думаю новый ферзь на доске запросто задавит подобное движение в зародыше.
Женщина кивнула:
— Несомненно. Но это займёт его силы, мы же в это время сможем подготовить ваш проект, уважаемый Зодчий. Разбив Францию, мы создадим очаги напряжённости и привяжем к ним внимание общественности, по крайней мере на пару месяцев. И даже если названный вами ферзь справится с подавлением новой угрозы, мы выиграем достаточно времени, чтобы перевести план в новую фазу…
— Это… хорошая идея, поддерживаю, — заявил Чарующий, — Мы ничего не тратим, но можем многое приобрести.
— Что ж, звучит разумно. Главное снова не подставиться, — пожал плечами Зодчий.
Властелин встал со своего места и пошевелил поленья в камине длинной кочергой. Остальные тут же затаили дыхание: каждый находящийся в комнате знал этот явный невербальный сигнал: глава ордена думает и оценивает риски.