Грязная жизнь (ЛП)

Так и есть.
Мы с Линг никогда не доходили до постели, но было пару инцидентов, в которых губы Линг прижимались к моим.
Она на вкус как вишня. Я могу поклясться в этом.
Кладу кошелек на стойку, и паренек подпрыгивает, шокировано пялясь на меня. Я внимательно оглядываю его. Практически одного роста со мной, Линг была права. Он высокий.
— Есть свободные номера?
Парнишка тут же вспоминает свое место.
— Да, сэр. — Но все равно он не может оторвать взгляд от ходячей Афродиты, которая стоит возле меня. Он мельком бросает на нее взгляд. — Один номер?
В тот момент как я отвечаю:
— Да.
Линг произносит:
— Нет.
Я делаю паузу, чтобы зыркнуть на нее.
— Один номер.
Она выгибает брови, давая мне понять, что ей не нравится мой тон. Линг вновь смотрит на парнишку и слишком уж сладко улыбается ему.
— Два номера, пожалуйста.
Но парнишка все же помнит о моем присутствии.
— Сэр?
Я бросаю еще один взгляд на Линг. Она предупреждающе стреляет в меня глазами. Я стреляю в ответ, прежде чем поворачиваюсь и говорю.
— Два номера. Но пусть они буду рядом друг с другом, парень.
Он вновь сглатывает, его кадык подпрыгивает, и легонько пищит:
— Да, сэр. Как вы будете платить?
— Наличкой.
— Мне нужны какие-нибудь документы.
Я киваю.
— Конечно. — Я открываю кошелек, но вместо того чтобы вытащить водительские права, достаю сотку и кладу на стойку. — Ты запишешь нас под именами мистер и миссис Сонни Джонс. А причина, по которой мы спим в разных номерах — прямо сейчас мы в ссоре и не общаемся, и моя жена, — я указываю на Линг, — Лаура, зла на меня за то, что я пялился на официантку в местном кафе. — Я пару секунд молчу, позволяю словам проникнуть в его мозг. — Ты понял?
Не мешкая, он кладет деньги в карман, кивает и отвечает:
— Понял.
Я беру свою сумку и тянусь за сумкой Линг, но она вырывает ручку из моего захвата. Она поворачивается к парнишке.
— Ты мог бы помочь мне, хм…?
Он клюет на крючок.
— Да, конечно могу. И я Кори, но можете называть меня Чип.
Линг низко смеется.
— Ох, конечно, дорогой. Сколько тебе лет?
Я иду вперед и задыхаюсь от смеха, когда Чип отвечает:
— Мне восемнадцать, только закончил школу.
Линг подходит ко мне.
— Ну, поздравляю, Чип. Это прекрасно. — На выдохе она бормочет: — Прямо как я люблю.
Уголком губ я произношу:
— Веди себя хорошо.
Она фыркает, прежде чем ответить:
— Ну и какое в этом тогда веселье?
Мы останавливаемся перед нашими номерами, и я вхожу как раз в тот момент, когда Линг просит Чипа:
— Можешь занести багаж внутрь, дорогой? Я только сделала маникюр, не хочу так быстро его испортить.
Не тратя попусту время, я забираюсь в душ, а затем ложусь на несвежую постель.
Проходит час, а я все слушаю концерт. Крики от страсти и боли доносятся из соседнего номера. Я засыпаю под звуки секса, пока Линг делает из Чипа плохого парня за ночь.
Глава 2
АЛЕХАНДРА
Мой брак не всегда был таким. В самом начале он был пределом моих мечтаний. Я правда хотела такого мужа, как Дино. Он не давал мне расклеиться. Поддерживал, был терпеливым и добрым. Дино быстро стал моей опорой.
Мы встречались шесть месяцев, и за это время я узнала, что Дино Гамбино милый, веселый парень. Я обожала то, что он был собственником и всегда держал меня рядом, постоянно прикасался ко мне и обеспечивал тепло и уют. Хоть раз в жизни быть нужной кому-то казалось так приятно.
Что я не ожидала, так это связь, которая сформировалась между нами за такой короткий промежуток времени. Мы вдвоем могли выстоять против всего мира. Приятели. И вскоре он стал моим лучшим другом. Человеком, которому я звонила, чтобы посетовать на отца или просто, когда хотела услышать знакомый голос. Он всегда вызывал у меня улыбку или смех. Его беспечное поведение освежало. Дино всегда мог вытащить меня из моего самого печального состояния.
В день нашей свадьбы я без колебаний, смотря в глаза своему лучшему другу, произнесла «согласна».
 
Я считала, что мне повезло. Сколько людей могут сказать, что в браке со своим лучшим другом?
Мои сестры с трепетом наблюдали за нами, изумляясь, что два человека в браке по расчету могут быть так счастливы. Это дало им надежду.
Когда церемония подошла к концу, мы впервые поцеловались как муж и жена. Дино наклонил меня назад, я схватилась за него, и мы улыбались в губы друг друга. Обе наши семьи взорвались свистом и аплодисментами.
Нас на самом деле соединили, раз и навсегда.
Пока смерть не разлучит нас.
В тот вечер Дино отвез меня в наш новый дом. И вот тогда-то все стало неловким, ну, для меня. Я была девственницей. За одним из наших полуночных разговоров я призналась в этом, мое лицо пылало жаром стыда. Я стукнула себя ладонью по лбу в оглушительной тишине, которая окружила нас.
Пф, я была восемнадцатилетней дочерью главаря мафии. Естественно я была девственницей.
Но Дино просто рассмеялся, и этот грубый звук накрыл меня, как защитный слой.
— Я знаю, Белла. Не беспокойся об этом сейчас. Мы поговорим об этом, когда придет время.
С ним мне было так легко быть самой собой, и я безмерно ценила это.
Независимо от моей неловкости, Дино обнял меня и поцеловал. Мы уже целовались до этого, но этот поцелуй отличался от прежних.
Он был медленнее, глубже, и я почувствовала, как что-то внутри меня затрепетало.
Конечно, Дино был моим другом, но еще он стал моим мужем, не говоря уже о том, что он был привлекательным. И это был его супружеский долг. Я верила в замужество в каждом смысле этого слова. Я хотела детей, и был только один способ сделать их.
Когда он отстранился, и его губы оторвались от моих, я почувствовал внутри себя разочарование. Он посмотрел мне в глаза.
— Все в порядке?
Я тут же с энтузиазмом кивнула, и он засмеялся, прежде чем его губы вновь нашли мои. Он прикасался в правильных местах, и на мгновение я испугалась реакции своего тела на него. Только после того, как Дино объяснил, что все происходило как надо, я начала расслабляться.
Поскольку у меня не было матери и теток, которые бы все объяснили, мне оставалось надеяться только на Дино и доверять ему.
Кого еще я могла спросить о сексе? Отца? Брата?
Я так не думаю.
Он раздел меня нежно и поцеловал каждое местечко, в которое меня никогда не целовали. Я потеряла саму себя. По собственному желанию я отдала свое тело на ласки Дино.
Когда он начал раздеваться, я молча смотрела. Чем больше одежды он снимал, тем выше я натягивала на себя одеяло, прячась за него. Когда последний предмет одежды был снят, я лицезрела ту часть мужчины, которую никогда прежде не видела. Я отпустила одеяло, шокировано моргая.
Это было то самое?
Как, черт побери, оно войдет туда, куда надо?
Я не была доктором, но быстренько посчитала, что единственный способ, как это может войти в меня, с помощью хирургического вмешательства.
Он сделал шаг ко мне. Я отползла подальше.
Чувствуя мою неуверенность, он спросил, что не так. Сглотнув и моргнув, я не стала скрывать свое любопытство. Пару секунд спустя я открыла рот и произнесла тихим голоском:
— Будет больно.
Улыбка исчезла с лица Дино, затем его выражение лица смягчилось, и, к моему удивлению — и разочарованию, — то же самое сделала и та часть его, в которой я была заинтересована. Мой желудок скрутило от кучи эмоций. Я чувствовала и облегчение и расстройство.
Он забрался на постель и притянул меня к своему боку. Я была обнаженной, но не колебалась. Я вцепилась в него так же, как и раньше. Он был моим мужем, и я не буду стесняться перед ним. Было очевидно, что одна мысль о том, что мне больно, сбивала его настрой. Я приняла это за добрый знак.