Воин Справедливости (СИ)
Вдруг возле Острова Свободы откуда-то из глубины появляются вооружённые люди, быстро выскакивают из воды на берег и метают дротики в не ожидавших нападения флиртующих друг с другом драконов, рубят их мечами. Это диверсанты-пловцы на подводных каноэ тайно проникли в озеро через подводную пешеру. Сторожевой бот без промедления высаживает на остров десант и уничтожает часть диверсантов. Оставшиеся в живых ныряют под воду, садятся в каноэ, но бот отслеживает подводное каноэ по пузырям выдыхаемого воздуха и поражает стрелой из гигантского арбалета.
Нападение пловцов-диверсантов нанесло немало урона, есть тяжелораненные. Но пострадавшим оказывается первая медицинская помощь и яркий, шумный, весёлый парад продолжается.
Правда, огромная толпа пантеистов устроила акцию протеста против разрушения их памятного знака. На берегу озера проводятся молебны, религиозные фанатики несут иконы и скульптуры разнообразных богов, выкрикивают слоганы, дуют в дудки, бренчат гонгами, звенят колоколами переносной колокольни, тарахтят молитвенными барабанами, шумят, но, конечно, не могут перекричать любовные клики радужных драконов.
В день проведения парада я отправляюсь на трудную, долгую и опасную спецоперацию по освобождению лидеров радужного сообщества, драконов Дракоса, Драгулы и Драгокулона, томящихся в мрачных, сырых подземельях Никелевого Королевства. Одетый во всё серое, рваное и прожжённое, а так обычно наряжены обитатели этого королевства, славящегося своей продвинутой металлургией, я тащусь на костлявой кляче по усыпанной горелым шлаком кривой дороге в крепость Никельбург.
По кривым, узким, донельзя загаженным улицам ходят толпами мрачные мастеровые в закопчённых, прожжённых искрами кожанках. Трудно дышать от вони мартенов и смрада доменных печей, вокруг клубы мутного сизого тумана, слышны истошные матерные крики и бренчание молотков о наковальни.
Трое в чёрном уныло играют в карты, возле входа в замок. Их алебарды прислонены к выщербленной стене.
— Кто из вас Кухенмахер? — спрашиваю я.
Отложив карты в сторону, встаёт свирепого вида охранник. Бренчит связкой ключей.
— Пойдём. Золото принёс?
Входим в замок, идём широким мрачным коридором. Темно, лишь изредка из стены торчат факелы.
— Зарплата у нас, как вы понимаете нищенская, да и ту постоянно задерживают, — оправдывается страж, принимая от меня мешочек с золотыми монетами. Странная архитектура у замка, путь в подземную тюрьму проходит через королевские покои. Мы даже повстречали короля Никелевого Королевства, Никеля Первого со свитой, сидящих за столом и проводящих какое-то совещание. Мы поклонились королю и проследовали далее. Спустились по узкой лестнице в подземелье, где за решёткой томились закованные в тяжёлые ржавые цепи Дракос, Драгула, Драгокулон — лидеры драконьего радужного сообщества. Стражник тяжёлыми ключами отпирает замки цепей, снимает оковы с узников. У драконов вид, конечно, жалкий. Слезящиеся, заплывшие слизью глаза. Яркая петушиная раскраска поблёкла, полуоблезла с чешуи. Чешуйки кое-где отвалились, видны проплешины и гноящиеся язвы. Узники с трудом расправляют крылья, неуклюже переминаются на одеревеневших лапах. Драконы слабы, истощены, и это не удивительно — их кормили раз в неделю протухшими потрохами со скотобойни. В наибольшей степени сохранивший силы Драгокулон надул пузо, попытался изрыгнуть, но вместо пламени и грозного рыка из пасти выходит жалкая струйка пара и хриплое сипение.
Тут мне звонит Ксюша.
— О, ужас!
Оказывается, Ян на перемене играл с одноклассником, они бегали друг за другом со страшной скоростью и Ян случайно толкнул девочку, та упала и ударилась головой о стену
— Есть подозрения на черепно-мозгову травму. Возможно, девочке потребуется госпитализация... Её родители хотят подать на нас в суд!
В настоящий момент девочка в травмпункте, ей делают рентген. И я, и Ксюша с трепетом ожидаем вердикта травматолога: станет ли девочка инвалидом на всю оставшуюся жизнь или удар головой останется без последствий...
Я боюсь, что драконы не полетят. Настолько они слабы.
— Полетят! — уверенно произносит страж, — куда они денутся. Пусть только вдохнут вольный воздух...
Плоть у драконов очень слаба, но дух силён. У них едва хватает сил подняться на ноги, но простуженным голосом уже издают боевой клич, пытаются хлопать крыльями, стремятся в полёт. Выводим драконов по тайному подземному ходу, придерживая за крылья и хвосты, на смотровую площадку над пропастью. Драконы зажмурились от яркого света, глубоко вдохнули воздух свободы... И тут Дракос безрассудно ринулся вперёд, проломил перила и упал в пропасть... Казалось разбился, но у самого дна воспрянул, чиркнул крыльями по воде, взмыл высоко вверх, прохрипел победный клич. Одни за другим Драгула и Драгокулон нырнули в пропасть, взметнулись ввысь, ринулись за Дракосом. Драконий клин устремился на юго-восток, по направлению к Радужному Озеру.
Страж спокойно провёл меня через запутанные коридоры Никельбурга к выходу, мы ещё раз повстречали короля и поклонились ему. Страж уселся за стол, взял свои карты и продолжил игру как ни в чём не бывало.
— Остаёшься здесь? А как же гнев короля?
— Поделюсь золотом с ним, вот и все дела... — сказал тюремщик и пояснил. — Инквизиторы арендовали Большое Тюремное Подземелье и обещали кормить драконов, но сами за аренду не платят и драконов не кормят...
Дракос, Драгула и Драгокулон успели прилететь к окончанию парада, сделали круг почёта над озером под восторженный клёкот радужной тусовки и, обессиленные, приземлились на Острове Свободы
Когда я возвращался из Никелевого Королевства мимо Радужного Озера, близ устья Форелевого ручья уже возник палаточный городок с туристами. Неописуемо красивое зрелище — парад радужных драконов — привлекло огромное количество зрителей, порой из очень дальних краёв. На Острове Свободы день и ночь клубятся пёстро раскрашенные драконы с яркими гребнями. Храм Всех Богов почти достроен, но не на острове Свободы, а на вершине живописной скалы на побережье озера. Между прочим, в храме уже не только производятся богослужения, но и регистрируют однополые браки. Это единственное подобное место на всём огромном пространстве от Аметистовых Гор до Ущелья динозавров.
Вдоволь насмотревшись на пёстрый карнавал, я спешу на аудиенцию к Его Величеству Королю Предгорной и Загорной Агонии и обеих Грушевых Ширей Владиславу-Густаву Первому с адресованными к нему многочисленными прошениями о принятии под его высочайшее подданство, опеку и защиту в обмен на скромного размера дань. Одним из первых подал заявку на подданство магистр металлургии король Никель Первый.
— Ваше Величество! Нижайше просят! — подаю я пергаменты. — Не соблаговолите ли?
— Соблаговоляю! — Его Величество подписывает стопку прошений не глядя, своим размашистым царственным почерком и шлёпает печать в сургучовые кляксы.
Уверенно жму зелёную кнопку, рапортуя игровой системе о выполнении задания. Система уведомляет меня.
Вы выполнили задание № 13
Ваша сила повышена: +3 (15)
Ваша скорость повышена: +5 (25)
Ваша выносливость повышена: +6 (32)
Ваша внимательность повышена: +8 (40)
Ваша удача повышена: +20 (100)
Ваш социальный капитал повышен: +3000 (15842)
Итак, я вышел за узкие рамки Агонийского королевства и уверенно действую на региональном уровне — уже выполнил два задания. Социальный капитал стремительно растёт. Если так пойдёт дальше, то скоро получу третий уровень и меня ждёт блистательный Буреград, крупнейший город Междумореземья.