Товарищ Джедай (СИ)
Народ вокруг дружно засмеялся. Рассказ выходил знатный. И Мыльников, почувствовав одобрение сослуживцев, приободрился и продолжил рассказ о том, что видели только он и без малого три десятка остальных участников того десанта..
***
-..Он задавал вопросы, а я ему, всё как есть, без поддёвок, между прочим, рассказывал. И пояснял. И чем больше мы говорили, тем больше он хмурился. Я своим дал команду готовится к выполнению, и стал его обрабатывать. Шальная мысль у меня всё вертелась, а ну как сдрейфит, хоть без него умирать веселее будет, чем пижона тащить с собой. Или вообще, задание отменят! А он всё слушал меня и лётчиков из основного экипажа. Ничего от него не скрывали. Ему я как есть высказал начистоту… ни то — что прыгать с парашютом мы его за полдня не научим, ни то, что десантированию из ТБ-3 тоже учиться надо — через ту же кабину стрелков вылезти надо ещё суметь, да на крыло и с него уже… а до земли — полкилометра или даже километр. На пальцах немного ему пообъяснял, что к чему. Я тогда совсем обрадовался, думаю — всё, стух штафирка, неглупый оказался и понял, что обосрётся ещё в самолёте. Смотрю, пилоты — улыбаются, поняли, что к чему. А он на них переключился и наседает, расспрашивает, до какой высоты могут снизиться ночью, какая посадочная скорость, на какой скорости могут снижаться, с каких высот бомбят и прочее. Упорный оказался. Снова думаю, чтобы отписку какую соорудить или ещё что. Вообще, дело непонятное, конечно, Война идёт… а тут цирк какой-то… и тут он как выдаст!
— Давай, не тяни резину… - совсем уже заинтересовано стали уточнять и торопить талантливого рассказчика, аккуратно выдерживавшего положенные паузы, слегка поддатые собутыльники-сослуживцы.
— Он смотрит на меня и выдаёт так насмешливо: — я ощущаю в вас. всех… сильное недоверие. Чтобы снять вопросы, предлагаю небольшую демонстрацию. Делает пару шагов, как бы разбегаясь и как сиганёт вверх… как кузнечики, да! Все видели, как обычные кузнечики относительно своих размеров прыгают на какую высоту? Вот и он так. Метров на 50. Я даже не успел охнуть, глазами, только, как экипаж ТБ-3, зырк в верх, а он там перевернулся через себя и падает обратно… я подумал, ну всё, не знаю, как взлетел, но сейчас — точно разобьётся! Как с парашютной вышки же… только без страховки. И тут вот, перед землёй, что — то затормозило его. И он мягко так на ноги приземлился… и всё! Стоит и смотрит на нас, улыбается. Тут все, кто рядом с ВПП был — и мы, и наши из 214-й и техники и лётчики, рты пооткрывали только. А ему всё равно, стоит, ждёт просто. Тут командир экипажа бомбардировщика, справился с удивлением пораньше меня и у товарища кузнечика этого спрашивает:
— Вы, товарищ, простите, не помню, как товарищ генерал-майор вас назвал… конечно фокус удивительный показали и я не знаю, как вы это делаете, но прыгать без парашюта ночью, по моему, самоубийство.
— Да. Для всех. Кроме обученных одарённых… - отвечает тип. Кротко так, словно поп какой смотрит. А я тогда ещё подумал, что с ума схожу. И всё мне это снится. Даже за руку себя незаметно ущипнул.
— Чему обученных? Кем одарённых? Тут уже вцепился тогда в «кузнечика» старший лейтенант авиационный, командовавший ТБ-3, а я слушал их разговор.
— Долго объяснять. Лучше снова показать, веры в слова больше будет — ответил тип. И руку так, ладонью к верху, чуть наклоня делает… и старшего летёху, командира экипажа… не как котёнка за шкирку, а мягко всего в воздух вздымает. Не касаясь. Тот изгибается и ни туды, и ни сюды. В воздухе то! Я чуть не рехнулся тогда. У народа на аэродроме, уже не рты открылись, а разве что до земли челюсти не выпали. Мы же первый раз… фокусы его джедайские все тогда увидели..
***
Вечер 30 июня 1941. Аэродром между Брянском и селом Городище.
Блоггер головорежущий. Запись номер 73 — действие
Как я понимаю, на войне всё ускоряется. Особенно когда дымится пятая точка. Это я к тому, какую суматошную, по местным понятиям, скорость решений показали ИВС и советский генштаб. Стоило пасть Минску, а мне кое-что таки лично внести в дело обороны Советской Родины:-) Пока что последнее — это один из немногих видимых мне результатов моего вмешательства в ход войны.
От того и решили бросить «неожиданно выпавший бонусом супер-юнит» в мясорубку. Пусть такой из себя весь суровый Жуков, да ещё и в условиях июня 1941-го, и не поскупился на похвалы за ту информацию, которая шла от моих астродроидов с орбиты, но это всё, пока на уровне «в генштабе стали лучше представлять, где терпит, а где совсем х:?во и куда надо бросать все резервы..»
Ну и ладно. А что касается тогдашнего недоверия со стороны новых лиц, то подвешивание (пусть и без злобных целей) в воздухе, рассеивает многое… а вот командир экипажа ТБ-3, явно чем-то впечатлился до того, когда мы с лейтенантом Мыльниковым подошли к столу в столовке уже второго аэродрома, на котором я харчуюсь за последние дни. За длинным, совсем не ресторанным, а скорее, обычным, сколоченным из досок и накрытым простой скатертью столом, сидели Рубин, полковник Чупров, лично доставивший нас сюда со своим экипажем на самолёте «СБ» (что расшифровывалось, как я узнал, как «скоростной бомбардировщик») и командир и штурман с ТБ-3. И последние, судя по их недоверчиво-восторженным взглядам, брошенным на меня, что-то уже наслушались от Чупрова и Рубина сверх того подвешивания командира ТБ-3 в Силовом захвате для рассеивания сомнений в моей способности выпрыгнуть с высоты в сотни метров без парашюта, реактивного ранца или репульсорного кресла:-)
Ах да… Чупров, судя по всему, рассказал им про чудесный корабль, способный летать за пределы атмосферы! И, возможно, они сопоставили слухи, поплывшие в последние дни среди пилотов ВВС Западного фронта?
М.б…
***
Как мне объяснили, самолёт ТБ-3 считается тут по местным меркам уже весьма устаревшим, хотя и гигантским.
Впрочем, когда Чупров сказал командиру тяжёлого бомбардировщика, что размах крыльев его гиганта лишь на четверть длины больше линейного размера моего скромного фрахтовичка, а длина даже меньше его, тот крепко призадумался.
Но устарелость и медленная, всего 200 км/ч на высоте в 3 клика над Землей максимальная скорость бомбера обусловили его лучшую приспособленность для ночных, а не дневных бомбардировок и высадки авиадесанта, ибо небольшая скорость позволяет в нынешних условиях обеспечивать более-менее точное бомбометание неуправляемых бомб и высадку парашютистов, которых не разносит далеко друг от друга..
Покрытый миллиметровой гофрированной алюминиевой обшивкой ТБ-3 оставлял у меня впечатление летающего сарая, сколоченного из жести. Даже СБ воспринимался лучше, не говоря уже про ощущения, даруемые нахождением за бронированными пластинами из дюрастали толщиной в несколько сантиметров на моём «Бродяге».
Народ, летающий на подобных ТБ-3 и СБ нынешних земных самолётах — настоящие безбашенные чуваки.
Я снова в тот момент ощутил, что у меня бродит какая-то мысль… нет, даже идея, но не смог поймать её тогда сразу. Не до того было..
Позднее дополнение ON.
Идея оказалась очень хорошей! Лучшей, кмк, в складывающейся ситуации..
Позднее дополнение OFF.
У пулемётчиков трёх стрелковых отделений парашютно-стрелковой сборной НЕДОроты лейтенанта Мыльникова имелось три пулемёта ДП, у всех остальных бойцов были самозарядные винтовки СВТ-40, была даже пара снайперов, у которых на винтовках имелись оптические прицелы ПУ. Плюс ручные гранаты.
Рубин чётко мне дал понять, что Жуков настолько впечатлился тем, что я в одиночку сделал в Белостоке, что отправил со мной в общем-то людей как хорошо обученных «смертников». Или… он просто сказал отправить лучших из тех, что есть, а сколько из них выживет в такой миссии, это не важно? Главное — чтобы замедлить наступление фашиков!
Вообще, многие мотивы людей этого времени, как я начинаю подозревать, не помогает понять даже разглядывание через Силу их ауры. Или я просто мало сталкивался с воинскими людьми? Одно дело — получить у клонов на полигоне полков и легионов ВАР, подчиняющихся непосредственно Ордену, урок по работе с разведдроидами или побухать с адмиралом-отцом Адиры и совсем иное — работать вместе с теми, кто идёт на смерть? Они ведь не могут положиться на Силу..