Белая неко, серый Dodge (СИ)
Из выхлопной трубы автомобиля вырывалась тонкая струйка дыма. Относимая в сторону слабым ветром, она медленно растворялась, исчезая в ночном воздухе. Подойдя поближе, Шон пригляделся и узнал транспортное средство: им оказался серый (словно бок индийского слона) Dodge Dynasty. Несомненно, это была Фуксия, но как она очутилась здесь? Сбежала с подъездной дорожки дома компьютерщика? Невозможно. Перед бывшим хулиганом не могла стоять машина Тентпенга: в конце концов, мало ли по стране катается точно таких же Dodge (Chrysler, если брать экспортную модель для Канады и Мексики)?
Озадаченный тренер-физрук невольно остановился. Его взгляд был почти примагничен к седану: невозможно было сказать, кто сидел за рулем (если в салоне вообще кто-нибудь находился); тихо урча двигателем на холостом ходу, Dodge прятался внутри тёмного пятна фонарного столба с перегоревшей лампочкой, явно кого-то ожидая.
Шон стоял на безлюдном тротуаре и напряжённо вглядывался в окна автомобиля. А если сейчас где-нибудь поблизости происходит кража со взломом? Значит, эту Dynasty угнали и используют, как транспорт для отхода… Да, звучит бредово, но какое ещё можно придумать объяснение? И ведь владелец преспокойно спит за тысячу миль отсюда! Надо бы позвонить в полицию: освещаемая изнутри тусклой неоновой лампой будка телефона-автомата находится всего в квартале отсюда. Впрочем…
— Эй, Гарри! — вырвалось у бывшего хулигана. — Гарри!
Внутри машины что-то отчётливо напряглось: судя по изменившемуся звуку, заметно повысились обороты двигателя. С чего бы это вдруг?
— Это ты, Тентпенг? — отразился эхом от стен домов и ушёл куда-то в глубину безлюдной улицы поставленный вопрос (после которого парню стало откровенно не по себе: уж очень противоестественно тот прозвучал). Его сердце провалилось далеко в пятки, когда в ответ со стороны Dynasty заиграла песня Legend In Your Own Time певицы Карли Саймон. Решив не строить из себя героя, тренер-физрук развернулся и хотел продолжить путь другой дорогой, как вдруг передние фары Dodge внезапно зажглись, пронзая темноту ярким белым светом. Сделав короткий бернаут, серый седан рванулся в его сторону, причём настолько резко, что от подобного рывка у него даже просела задняя часть; выскочив из темноты, Фуксия (теперь Сикконе окончательно в этом убедился, поскольку за рулём никого не было) по размашистой диагонали пересекла улицу, заскочила правой половиной на тротуар, после чего, противно скрежеща днищем по бордюру и высекая искры, погналась за обратившимся в паническое бегство Шоном. Бывший хулиган оказался на редкость ловким малым: несмотря на то, что его несколько раз чуть фатально не прижали к стенке (успешному завершению действия помешали парковочные счётчики), он быстро приспособился, прыгая то направо, то налево, тем самым увёртываясь от Dynasty в манере Жан-Поля Бельмондо, попутно пытаясь найти какое-нибудь недоступное для тачки возвышение. Вскоре ему это удалось: на торце одного из старых зданий красовалась прикрученная ещё во времена основания городка чугунная пожарная лестница…
— Врёшь, не достанешь! — со всех ног припустил к спасительному эвакуационному девайсу преследуемый взбесившимся седаном тренер-физрук. — Членов семьи Сикконе ещё никому просто так раздавить не удавалось! — в этот момент парень споткнулся о сливную решётку и плашмя растянулся на асфальте, тем самым подписав себе смертный приговор: как только он вскочил на ноги, то не успел среагировать на оказавшуюся слишком близко от него Фуксию, что, взяв приличный разгон, буквально снесла его, как скоростной поезд — застрявший во время пересечения отвратительно спроектированного переезда трейлер магазина «Bradlees Stop&Shop». Удар оказался настолько сильным, что Шона отбросило в сторону футов эдак на двадцать…
— Твою мать! — испытывая острую боль и силясь отползти куда-нибудь в безопасное место, заметил бывший хулиган тёмно-красные следы крови на светло-сером бетоне тротуарных плит, вследствие чего, весьма крепко выругавшись, зашёлся диким кашлем; между тем, уже порядком побитая Dynasty совершила разворот…
— But you're a legend in your own time, a hero in the footlights… — вовсю надрывается Карли Саймон, пока Dodge оперативно набирает скорость и включает ослепляющее обездвиженную жертву дополнительное освещение…
— Нет, нет, нет! — закрываясь руками, то ли шепчет, то ли кричит Сикконе. — НЕТ!!!
Фуксия переехала его пять или шесть раз; успокоилась она лишь тогда, когда подтянутое тело тренера-физрука превратилось в бесформенное месиво. Удостоверившись в достижении собственной цели, Dynasty громко посигналила и скрылась с места преступления; я бы мог написать, что машина вырулила из ситуации без потерь, но нет: разбитая светотехника, косо свисающий с креплений бампер, пережёванная решётка радиатора, а также помятые капот и передние крылья говорили сами за себя, придавая седану вид откровенного jalopy…
Внезапно разбрызганная по передней части кровь потекла против движения машины: как будто кто-то нажал на видеомагнитофоне кнопку «REW». В то же время сам собой начал выправляться гнутый передний «клюв»; болтающиеся туда-сюда на проводках внутренности прямоугольных блок-фар медленно принялись вставать в крепления, заново застекляться и ярко зажигаться; с лёгкими щелчками постепенно стали исчезать вмятины с металлических элементов; под конец, подтягивая за собой всю остальную «морду», на своё законное место вернулся восстановившийся центральный элемент со звездой в пятиугольнике. На тачке не осталось даже малейших следов инцидента: проще говоря, теперь серый Dodge можно было записать в категорию showroom condition, ибо на корпусе отсутствовала даже пыль…
***
Охранник построенного недалеко от Уайт Плейнс (чуть восточнее Энитауна) консервного завода Джереми Мак-Энн скучал на ночной смене, смотря то в экран пузатого квадратного чёрно-белого монитора Videology с диагональю четырнадцать дюймов, то во взятый у кого-то на месте проживания (мужчина квартировался в трейлерном парке, используя компактный автокемпер Toyota Chinook 18 Plus 78) каталог запчастей для тюнинга Spearco. По сравнению с вождением автобуса работёнка была легче некуда: сиди себе в будке при въезде, слушай кассеты блюз-рок-группы Savoy Brown (больше всего Мак-Энну нравилась композиция I'm Tired) кого надо — пускай, кого не надо — не пускай, начальству — отдавай честь. Днём на предприятие приезжали только рабочие; ночью — гружёные сырьём здоровенные фуры и сонные наладчики оборудования (а изредка — дополнительный состав сотрудников).
— Привет, Джереми! — остановился около будки коричнево-бежевый седан Pontiac Phoenix 78 с обтянутой полинялым винилом крышей. — Славная ночка; давно такой не было, а?
— Так точно! — осмотрев машину, открыл ворота охранник; весело бибикнув, джиэмовский четырёхдверник зарулил на территорию завода и направился к стоянке…
Что конкретно производили за обтянутым по периметру колючей проволокой сплошным забором — Джереми точно не знал. Все, кого он спрашивал, чуть ли не хором заявляли, что с линии внутри здания сходит «Лучший в мире томатный суп для стариков из Майами!». Этот факт для Мак-Энна являлся очень странным: зачем устанавливать настолько много устройств противодействия проникновению (окромя проволоки и железных ворот по периметру висели камеры видеонаблюдения, тёмные углы периодически шарили прожекторами, а около въезда в бетон были вмонтированы выкидные шипы и поднимающийся барьер-трамплин) на завод по производству жидких консервов? Героином они их там, что ли, пичкают?
— Как же меня бесит наш директор! — подкатил к воротам бирюзовый Chrysler Sebring 95 в кузове купе. — Задолбал требовать являться на рабочее место в законный выходной; давай, отворяй, да поскорее, а то он меня там сожрёт, если через пять минут не буду, где должен.
— А кого же он не бесит? — проведя рутинный осмотр, быстренько пустил машину внутрь Джереми. — Мудак — он и в Африке, как известно, мудак.