Белая неко, серый Dodge (СИ)
— И махать кулаками, конечно, тоже. — подмечает сидящий на капоте собственного серого Dodge Dynasty мой друг-компьютерщик (да-да, тот самый!) Гарри Тентпенг (свой невзрачный седан он часто ласково называет Фуксией). Несложно догадаться, что именно с этим парнем в школьные годы у Сикконе были особые нелады.
— Может хватит, а? — устало закатывает глаза тренер-физрук. — Я ведь уже несколько раз приносил извинения и возмещал материальный ущерб.
— Нервные клетки не восстанавливаются. — парирует оппонент. — Кроме того, я уверен, что некоторые по-любому схлопотали из-за тебя ПТСР.
— Да что мне, весь город собрать, на колени перед тобой встать и куски искусственного газона начать жрать? — распаляется Шон.
— Так, ну-ка, брэйк, два шага назад и в разные углы! — подойдя к компании, здороваюсь с обоими за руку. — Не хватало ещё за вас потом залог вносить… Хотя на публичное поедание тобой искусственного газона я бы охотно посмотрел.
— Или кактусов. — поднявшись с заднего бампера серебристо-синего седана Saab 900 GLE 83, приобнимает меня брюнетка с короткими волнистыми волосами. — Привет, Тим.
Если кто и являлся в нашем городке прямым олицетворением понятия upper-middle-class, так это Эдит Томмен: она происходила из какого-то старинного рода благородных кровей (и семьи с относительно высоким уровнем доходов), но предпочитала этого не выпячивать, стараясь держаться максимально близко к сверстникам (то есть, нам). Помню, как впервые столкнулся на улице с её преимущественно отсутствующим в городе папашей: не вынимая изо рта изогнутой трубки, немолодой усатый вермонтский профессор английской литературы Дон Томмен, поправив квадратные очки и смерив меня своим преподавательским взглядом, задал мне несколько вопросов касательно текущего положения нашей школьной команды по бейсболу, после чего, явно оставшись удовлетворённым озвученными ответами (в тот раз мы перехватили чемпионский трофей у молодчиков из Атланты), пожелал успехов на практике и удалился куда-то в сторону библиотеки. Со стороны казалось, что он знал всё… Кроме того, что его дочь «больше по девочкам»: тайным амурным интересом Эдит оказалась красивая и недоступная для парней азиатка Тиффани Сигрейв (она трудилась страховым агентом, плюс была на два года старше её), что в тот день тоже присутствовала на парковке забегаловки.
— Слышали, что женский футбол включат в программу будущей Олимпиады? — опираясь на капот Dynasty Тентпенга (из салона седана звучит новинка Virtual Insanity певца Jamiroquai), спрашиваю у остальных.
— Давно пора. — подняв указательный палец, высказывается Тиффани. — Надо расширять спектр дисциплин для женщин: если баскетбол уже почти двадцать лет находится в списке состязаний и недавно получил собственную лигу в лице WNBA, то почему бы не проделать то же самое с футболом? В конце концов, если у первых из восходящих звёзд уже имеется Лиза Лесли, то у вторых данный статус может смело занять Брэнди Честейн!
— До соревнований ещё приблизительно полтора месяца. — сверяется с наручными часами (оные оснащены календарём) Гарри. — Как бы МОК не передумал.
— Зато вся Атланта уже на ушах стоит. — подходит держащий в руках две плоских коробки с пепперони Билл. — Билетов просто не достать! Кстати, о них: предлагаю ближе к концу недели выкупить задний ряд и сходить в кино на Twister, пока его ещё крутят.
— А зачем? — разводит руками Сигрейв. — Уже три раза за два месяца смотрели…
— Тогда на последний сеанс Beautiful Girls или It Takes Two! — не теряется Одди.
— Давно на VHS выпустили. — выдаёт Сикконе. — Причём обе ленты.
— Да даже если бы не выпустили, всё равно бы посмотреть ничего не получилось: сейчас в самом разгаре — фестиваль кинохроники. — вспоминаю увиденное по дороге событие. — Уж лучше собраться у меня, да пересмотреть что-нибудь из имеющихся кинолент… Например, A League of Their Own с Томом Хэнксом.
— Поддерживаю. — подаёт голос Эдит. — К нам из Портленда приезжает старшая сестра мамы; мне жутко не хочется торчать все выходные дома и слушать, как они беседуют о том, что видеоигры вызывают исключительно насилие в комбинации с апатией. Абсолютный бред, забористая чушь, а также неумелое и неправдоподобное объяснение того, по чьей вине их дети (которыми никто из них нисколько не занимался) выросли полными мудаками… А в качестве фильма на вечер предлагаю глянуть комедию Straight Talk: мне Эйс рассказывал, что там снялся Джеймс Вудс.
— Лучше что-то бодрое посмотреть, типа Natural Born Killers, а то от этих ваших комедий в сон клонит! — зевает Шон. — Боевики — вот, где настоящее американское киноискусство!
— Даёшь сатиру! — открывая коробку, кричит Билл. — The Distinguished Gentleman с Эдди Мёрфи идеально подходит для домашнего просмотра!
— Предлагаю совместить приятное с полезным, то есть, боевик с комедией: смотрим Johnny Dangerously, да и все дела! — выдвигает соломоново решение азиатка. — А то от боевиков потом не уснёшь; хорошо бы глянуть что-то романтическое…
— Никаких розовых соплей! — кричит мужская половина.
— На вас не угодишь! — корчит обиженную мину Тиффани.
— Притча во языцах. — посмеиваясь, вздыхаю я. — Женщины жалуются, что мужчины не любят романтические фильмы. Враньё! Мы их любим…но в специфичном жанре.
— Порно, если быть точнее. — рубит сплеча Шон. — Это как красивая любовная история, из которой выкинули всю скуку и нудятину.
— Прекратите, а! — вскидывает руки к небу Томмен. — Что нравится в кино большинству парней? Автомобили, оружие, пришельцы, сиськи, взрывы… Что нравится большинству женщин? Болтовня!!! Много болтовни. Из этого можно вывести формулу идеального кино: чтобы мужчинам интересно и женщинам хорошо… Что я, собственно, сделала, обозвав конечный продукт «Waiting to exhale…with a vengeance!»
— Ну-ка, ну-ка… — навостряет уши Тентпенг. — Даже интересно, что получилось.
— Итак, акт первый: группа хорошо вооружённых плохих парней врывается в общественное место; они укокошат всех, если их требования не будут немедленно выполнены. По какой-то причине действие разворачивается в фешенебельном торговом центре, однако, захватчики не знают, что в здании справляется с разводом, коротая время за бутылкой Zima Clearmalt в баре Hooters, известный суперкоп, которого играет… Брюс Уиллис! Впрочем, ему самому не известно, что его бывшая пассия сейчас находится в заложниках в командном центре плохих парней… Расположенном внутри бутика нижнего белья Victoria's secret. Кстати, экс-жена Брюса очень горяча: у неё — модельное телосложение и очень длинные волосы. Акт второй: прибывает ФБР и отключает электричество! Всё здание погружается в темноту, но плохие парни не сдаются: они зажигают шестьсот лавандовых свечей из магазина Bed, Bath and Beyond, а заложники рассказывают друг другу разные истории из жизни. Акт третий: погоня! Торговый центр штурмует прибывший спецназ, главный злодей убегает на гольф-каре без крыши, а Брюс Уиллис запрыгивает в выставленный посреди зала спорткар… Новый Dodge Viper с оснащённым подсветкой компактным косметическим зеркалом в солнцезащитном козырьке. Так вот, под фоновую Killer в исполнении группы KISS он на бешеной скорости гонится за ним по торговым помещениям: сначала — сквозь Sharper Image, далее — через Crabtree&Evelyn, затем — по косметическому отделу Neiman Marcus или Marshall Field&Co., где на входе стоит девушка с трибуной, которая брызгает вас одеколоном… БА-БАМ! Оба врезаются в неё; она отлетает и цепляется за люстру, а транспорт преступника теряет управление и залетает в магазин Tupperware, врезаясь в башню из контейнеров. Создаётся куча-мала, благодаря которой цель успешно обезвреживают и брутально арестовывают; в конце фильма показываем воссоединившихся суперкопа и его супругу на яхте; год спустя делаем дополнительный релиз режиссёрской версии, куда пихаем секс с прелюдиями на час; для кинотеатров же оставляем щекочущие нервы заигрывания, после которых жена говорит Брюсу, что «Хватит нам этой болтовни и тисканья; давай лучше посмотрим футбол», а затем, поцеловав Уиллиса, включает игру! Камера перемещается на экран, где МЯЧ РАЗЫГРАН, ПАС РЕСИВЕРУ, ПЕРЕХВАТЫВАЕТ КВОТЕРБЕК, СТАТИЧНЫЙ КАДР, ТИТРЫ!!! — восхищаясь подачей дочери профессора, после этой фразы мы все одновременно аплодируем и отпускаем массу одобрительных шуток. — Спасибо, я старалась.