Белая неко, серый Dodge (СИ)
— Винсент, ты совсем больной? — разговаривая по телефону, бушевал Эйс. — Что за тачку сюда вчера притащили? На кой чёрт нам сдался этот драндулет из Маленькой Италии, да ещё и на именных номерах штата Нью-Йорк? Ах, это не драндулет, а Cadillac Brougham d'Elegance 92? Не понимаешь своей дурной башкой, что он слишком броский и на документы от старого Lincoln его поставить просто невозможно? Что такое? Хер в жопе мешает? Может, он у тебя вместо мозга? Значит так, Сипачелли: ещё парочка подобных выходок — и проповедовать будешь уже не прихожанам, а исключительно сокамерникам или рыбам! Всё, не ругайся, а лучше свяжись с Гониффом: парень должен дать наводку на что-нибудь стоящее… — заметил он стоящих на пороге меня и напарника. — Перезвоню.
Место, откуда бывший юрист руководил конторой, было под стать ему самому: такое же когда-то величественное, но теперь погрязшее в запустении и заваленное хламом. Особенно бросались в глаза приколоченный к стене календарь за 1993 год с крупным изображением Джины Дэвис в бейсбольной униформе, стоящая на полу и забитая листовками с телефонами всех окрестных магазинов запчастей пробковая доска, а также криво вставленная в рамку и висящая на двери железного шкафа фотография, где молодой хозяин автосвалки и ещё трое мужчин позируют около пурпурной Alfa Romeo 2000 Berlina Iniezione 74 с белым бантом на капоте (Томмен как-то рассказывала, что именно спорное дело компании-импортёра данной экзотики и загубило их фирму по оказанию юридических услуг). В помещении стоял острый запах курева (а ещё, кажется, гудрона), от которого с непривычки было можно отбросить коньки, поэтому рисковать, заходя непосредственно внутрь комнаты, мы не стали.
— Добрый день, мистер Бупкис. — оставаясь у входа, начал я. — Эдит не у вас?
Повисло некоторое молчание: Эйс явно обдумывал, что нам от него нужно.
— Эдит? Да, у меня. — после некоторого молчания произнес он, оглядывая нас с головы до ног. — С самого утра занята делом, причём, в отличие от некоторых, занимается им крайне добросовестно и качественно. — тут мы с Биллом одновременно поняли, что его явно тянет на откровенность. — В основном, конечно, собирает, считает и сортирует инструмент, ибо с ним надо быть настороже: стоит только отвернуться, как у торцевых ключей и двухконцовых отвёрток вырастают ноги. Кроме того, откручивает и готовит запчасти к продаже…
— У неё хорошие руки. — подал голос Одди. — Это всем известно.
— Хорошие руки и плохое чувство патриотизма. — поднявшись из-за письменного стола, с жутко противным скрипом распахнул дверцу железного шкафа и выудил наружу морской бинокль бывший юрист. — Продукция General Motors ей, видите ли, не нравится! «Топай-ка ты, уважаемый Эйс, в жопу со своими Cadillac и Chevrolet!» Тоже мне, мадам Бриклин…
— Но они же не ваши! — удивился мой темнокожий друг.
— Так и посылают не в свою! — покрутив винты фокусировки, приставил оптический прибор к глазам и выглянул в окно Бупкис. — Третий ряд, недалеко от задней стены.
— А Plymouth Sundance или Dodge Shadow не завозили? — вновь спрашиваю я.
— Хрен его знает; спроси у Рэда. — не отрываясь от бинокля, махнул рукой Эйс. — Слышь, умник в грязных сапогах! Немедленно перестань курить возле бочек с топливом! Да-да, я к тебе обращаюсь! — окликнул он какого-то забывшегося фермера. — Оглох, что ли, глиномес проклятый? Соблюдай технику безопасности или убирайся отсюда к чёрту!
Разузнав о новых поступлениях, арендовав набор инструментов и неторопливо покинув ангар, мы пошли по рядам битых, полуразобранных и просто выброшенных от ненужности автомобилей. Народу вокруг нас в тот день было предостаточно: например, практически под самым забором парень с высокой причёской «под бриолин» и вымазанным в масле лицом что-то прикручивал под капот своего жёлтого Ford V8 Deluxe 40; невдалеке двое пропитого вида мужиков усердно выпиливали лонжерон с опрокинутого набок двухдверного хэтчбека Toyota Corolla 75; поминутно сверяясь с бумажкой, худощавый дед в шляпе-канотье ставил багажник на крышу пережившего все свои лучшие дни Chevrolet Parkwood 60…
— Кто служит в страховой, тому рассказывать не надо
Известный всем, но в правилах неписаный закон:
Опасен Volvo спереди, Ford Pinto — только сзади,
А старый Cadillac ты берегись со всех сторон.
— доносились из-за разбитого (и уже разобранного на четверть) универсала Chrysler New Yorker Town&Country 58 знакомые голоса, но не успела выдуманная весёлая песня кончиться, как раздался жуткий грохот, после которого мы с Одди поспешили обойти поставленный «на кирпичи» фуллсайз, дабы узнать, что произошло.
— В здоровой тачке здоровый дух — редкая удача. — предстала перед нами отряхивающая руки Томмен. — А данный экземпляр, похоже, ещё нас всех переживёт, если ему вдруг, как SAAB 93 моего папаши, повезёт попасть в хорошие руки. — выдернула она из щели между замятой внутрь дверью и задним крылом пострадавшего от удара в правый бок ярко-синего шведского лифтбека застрявшую монтировку. — Не поддаётся, зараза…
— Осторожнее, Эдит! — повернулась к ней усердно откручивающая закисшие болты капота и кривого телевизора (с которого уже сняли фары и поворотники) Сигрейв. — По лицу себе не съезди… — тут её взгляд упал на нас. — Привет, ребята! Какими судьбами?
«Сюрприз, сюрприииз: Бупкис жопой зацепился за карниз!!!» — чуть было не брякнул я.
— Тим в пожарный узел вмазался. — опередил меня Билл (версия звучала правдоподобно: из стены здания нашего офиса действительно торчали несколько больших труб, в которые при парковочных манёврах каждый день кто-нибудь, да въезжал). — Ничего серьёзного…
— Будем считать, что я, как непосредственный представитель State Farm Insurance, этого не слышала. — понимающе кивнула азиатка. — Эдит, парни пришли!
— Отлично! — закончив отряхиваться, обрадовалась дочь профессора. — Поможете открыть эту дверь? Там застряла хорошая синяя карта с чистым кожаным низом… А свежий Sundance я видела в соседнем ряду: Тим, сходи туда, пока его ещё не разобрали.
— Без проблем. — откликнулся на просьбу девушки Одди, пока я, последовав данному мне тактическому совету, отправился искать Plymouth. — С удовольствием помогу.
— Так, запихивай лом в дверь, а я буду дёргать за ручку. — объяснила порядок действий Томмен. — Просто у Тиффани не получается правильно распределить усилия, а у меня, к сожалению, второй пары рук, увы, пока не выросло…
— А возможно ли, чтобы внезапно выросло? — работая монтировкой, спросил парень. — Или же, например, оказалось внедрено с помощью науки? Скрещивают же человека с кошкой…
— Человека с кошкой? Ха! Ты ещё начни затирать, что массово делают автомобили, которые способны самостоятельно ездить. — саркастически подметила Сигрейв. — Впрочем, глядя на то, как Гарри носится со своей Фуксией, не удивлюсь, если она начнёт приезжать к нему по щелчку пальцев или свистку. Мне кажется, что он в неё, попросту говоря, втрескался…
— Да подожди ты! — прикрикнула на неё задумавшаяся Эдит. — Теоретически — возможно; на практике же, откровенно говоря, заниматься этим попросту никто не будет: во-первых, всё это — долго, нерентабельно и довольно-таки затратно; во-вторых, эксперименты над людьми в нашей стране запрещены; прочие комментарии излишни. — поднатужившись, со всей силы дёрнула хромированную ручку дочь профессора; заклинившая дверь наконец-то поддалась и открылась, да так неожиданно, что Томмен даже хлопнулась на задницу.
— Будучи фактически реанимированным дважды за полгода, я бы не только приезжал по щелчку пальцев, но и сам развозил бы пиццу по клиентам. — кинув монтировку в салон, помог дочери профессора подняться на ноги темнокожий мастер AT&T. — Зимой он менял ей коробку передач, а весной…
— Да-да, весной спас от клейма «Salvage». — перебила Тиффани. — Ещё и наорал на меня, обвинив в желании лишить его единственной машины… Доказать причастность к той аварии непосредственно Кноттса не получилось ни у наших парней, ни у копов, но мы уверены, что он организовал данный инцидент из-за порчи жизни его любимой Энджи.