Ты дышишь солнцем (СИ)

Белоснежная сова влетела в чуть приоткрытое окно и села на край стола. Том, нахмурившись, снял с совиной лапки письмо. Такая яркая красавица принадлежала Вальбурге Блэк: она любила играть на контрастах. Ходили слухи, что красавица-Блэк твердо решила остаться в семье и сейчас активно соблазняет своего троюродного брата. Том же знал ее как главную интриганку Слизерина, к тому же невероятно внимательную особу, с каким-то особым взглядом на вещи. Они не очень-то хорошо ладили. Вальбурга ревностно относилась к влиянию своей семьи. Ей не давало покоя, что мальчишка-полукровка стал главным на факультете. Поэтому письмо от мисс Блэк стало для Тома полной неожиданностью.
Это был пухлый конверт из плотной бумаги, печать с гербом Блэков, острым почерком были написаны лишь инициалы Тома. А внутри оказались фотографии с самыми разными людьми. Том развернул сложенный вдвое лист и принялся читать.
Сразу к делу. Давно хотела тебя отблагодарить за брак Малфоя. Если бы не твоя помощь этому наглецу, Малфои бы точно потребовали моей руки. Мы с Абраксасом очень рады, что так и останемся хорошими друзьями. Он же мне рассказал, что вы подозреваете Дамблдора в чем-то, но не знаете в чем. И еще колечко я у него заметила, приметное такое.
Видел ли ты запонки у Дамблдора? Заметные, золотые, с какой-то птицей. Посмотри на фотографии внимательно, я долго их в архиве собирала. Это его школьные друзья, многие знакомые после обучения. А у трех женщин такая же брошь. Вряд ли это артефакты, иначе бы их не носили только на работу, но аналогия тебе понятна. Мой дядюшка рассказывал много интересного про нашего профессора. Времена ведь были еще более строгие, чем сейчас, и полукровке, даже талантливому, непросто пришлось. Это еще один намек.
Удачи. И, если посчитал мое письмо особенно полезным, я видела женский вариант кольца у Натали Долоховой. Еще один намек, Реддл.
В.И.Б.
Том, в очередной раз подивившись наблюдательности и наглости Вальбурги, уже внимательнее просмотрел фотографии. Работники министерства, колдомедики, несколько девушек, которые впоследствии вышли замуж за чистокровных волшебников. Большая часть этих магов — маглорожденные и полукровки. Малая — волшебники из молодых и бедных родов.
Усмехнувшись, Том откинулся на спинку кресла. Те же Вальбургиевы рыцари, только созданные очень давно, с упором на полукровок. Талантливых, цепких, но не из тех, кого аристократы примут с распростертыми объятиями. Том пролистал фото еще раз. Оливия Спенсер-Мун, мать сегодняшнего Министра Магии. Быть может, воспитанный в традициях своего чистокровного отца, Леонард и не во всем слушал мать, но советовался точно. А уж о том, как тонко некоторые умеют манипулировать, Том мог бы многое рассказать.
Поэтому он достал из нижнего ящика стола еще один женский перстень с минимальным набором чар. Хотел Друэлле подарить. Но закинул перстень в конверт, на листе написал всего несколько фраз.
Думаю, тебя порадует название нашего тайного общества. Вальбургиевы рыцари. Наслаждайся. Если попадешь в плен — посильнее нажми на камень — и я узнаю, где ты.
Т.М.Р.
  
Глава 12. Дама с книжкой
 
В выходные, после ужина, Том предложил Натали прогуляться по парку. Обсуждая скорое возвращение в Хогвартс, они дошли до любимой беседки Натали: белоснежное строение на сваях, к которому вел дощатый помост. Тони летом нырял с него в пруд, распугивая уток. Натали подошла к перилам, глядя на другой берег. Там росли плакучие ивы, цвели кувшинки и стояли деревянные скамейки. Пока Натали наслаждалась видом любимого парка, Том достал из кармана кольцо. Несколько ночей не спал, зачаровывая.
— Натали, — он коснулся ее плеча.
Девушка отвернулась от озера. Легкую взвинченность Тома она заметила сразу после ужина, поэтому подозревала, что в дальнюю беседку ее повели не Хогвартс обсуждать. Она протянула Тому ладонь, надеясь, что он не заметит дрожь и несколько нервную улыбку. В ее прошлой жизни у нее не было даже таких невинных поцелуев, как ее попытка быть смелой в то воскресенье. В ожидании чего-то прекрасного и волшебного она была особенно красива: карие глаза сияют, яркий румянец красит нежную кожу, приоткрытые губы будто просят коснуться…
 
Том, как и положено в любом романе, встал на одно колено и, держа ее за руку и глядя в сияющие глаза, произнес:
— Я люблю тебя, Натали. Согласишься ли стать моей женой?
— Да, — чуть дрожащим голосом ответила Ната, а потом не менее взволнованный Том надел на тонкий пальчик своей теперь уже невесты прелестное кольцо.
Волновались они по разным поводам. Том все же боялся отказа, боялся, что для Натали он покажется слишком уж реалистом, жестоким, бескомпромиссным и так далее. Натали просто была невинной романтичной особой, которая попала в сказку. К тому же, ее больше волновало не предложение, а то, что последует за ним.
Том, встав с колена, осторожно обнял невесту, притягивая чуть ближе к себе, еще раз посмотрел в светящиеся от счастья и волнения глаза и поцеловал. Сначала осторожно, почти невесомо, но когда Ната обняла его за шею, сама потянулась к его губам, Том уже не смог сдержать свое давнее желание.
— Я, наверное, сегодня самый счастливый на земле, — признался он чуть позже, все еще обнимая ее за тонкую талию.
Ната уложила голову ему на плечо; не могла прогнать с лица улыбку, в груди сладко щемило, и она тоже готова была признать себя самой счастливой девушкой на свете.
— Может, мне пора им намекнуть, что так долго целоваться — неприлично? — поинтересовался Тони у мамы, с которой они сторожили влюбленных из окна.
— Неприлично подглядывать из окна и соблазнять девушек до свадьбы, — не отрывая взгляда от пары, парировала Татьяна. — А они и так вели себя непоправимо прилично. Другие бы уже в каждом закутке целовались, но твой друг, как истинный джентльмен, держал дистанцию.
Тони, обреченно взглянув на мать, горько вздохнул. В прошлом году ей пришло возмущенное письмо одного родителя о недостойном поведении сына. Пришлось платить, а Тони — смириться с недовольным взглядом хаффлпаффки и стараться держать себя в руках.
— Тебе, кстати, тоже уже можно невесту искать, — Татьяна все еще смотрела в окно. — Какую-нибудь образованную веселую девушку… У Друэллы случайно нет некурящей сестры? И иди кому-нибудь сову отправь. Громко, но к ним не обращаясь.
Тони, посмеиваясь, пошел в кабинет. Напишет Нотту, что Том теперь тоже определен по жизни. Громко топая и разговаривая с совой, он вышел на заднее крыльцо. Том и Натали, словно очнувшись от громкого голоса Антонина, наконец-то разжали объятья и так же не спеша направились обратно к дому. Татьяна, радостно потирая руки, вернулась в гостиную, к мужу:
— И где шампанское? Нужно ведь это отпраздновать!
Прием в честь помолвки Долоховы устроили перед самым отъездом в Хогвартс. Алексей, полностью здоровый, уже получал заверения в получении еще и новой должности. Тома все поздравляли, девушки смотрели на Натали с некоторой завистью.
Так как его дядя еще был жив, Том не мог получить право называться наследником Мраксов, но посетил Гринготс, где прошел проверку на родство со Слизерином и получил доступ к сейфам. Разумеется, абсолютно пустым. Зато он теперь мог смело щеголять своим родством, без обвинений во лжи. Красивый парень, талантливый, молодой, да еще и со столь знаменитым предком. Тома портила только чистота его крови, но на романтично настроенных барышень это не влияло. Они вздыхали и завидовали Натали. Молодой и очень красивый жених. Его неидеальность лишь придавала ему особый шарм. Однако особенно всех волновало то, с какой любовью жених и невеста смотрели друг на друга.
В поезде, наглухо закрыв дверь, друзья копались в фотографиях. Мама Генри работала в отделе министерства, который обеспечивал допуски и проверял кандидатов на ту или иную должность. Она сделала копии фотокарточек министерских работников. Фото показывали человека лишь по пояс, но маги на изображениях любили чесать нос, теребить мантию и махать рукой, поэтому запонки и броши можно было заметить. К тому же, были фотографии с министерских вечеров, где присутствовали жены и мужья министерских работников. Макс все это превосходно комментировал: кто с кем дружит, кто кого ненавидит — он знал почти все.