Битва драконов. Том 1 (СИ)
— Прекрасно выглядишь, — сказал Велимир, когда Юля, поблагодарив охранника, открывшего перед ней массивную кованую калитку, вышла на улицу. Княжич с нарочитой небрежностью прислонился к капоту автомобиля и был чертовски хорош в небрежно расстегнутом темно-синем блейзере, выгодно показывавшем его фигуру. На белоснежной рубашке капельками-алмазами поблескивали овальные пуговицы. Идеальной длины серые брюки в полоску и надраенные до солнечных зайчиков туфли заканчивали ансамбль.
— Спасибо, — Юля неуловимым движением подставила щеку вместо губ для поцелуя. — А ты не боишься испортить свой наряд? Вдруг твой соперник тебя по земле валять начнет?
— Не веришь в мои силы? — усмехнулся Велимир, гася во взгляде неудовольствие от демонстративной холодности бывшей невесты. — Даже если упаду пару раз, есть магоформы для приведения одежды в порядок. Тебе ли не знать?
— А где секунданты?
— Они будут ждать на месте, — Велимир вместе с Юлей обошел машину, распахнул дверь и помог девушке сесть в кресло, цепко отмечая плавные движения ее тела и рук. — Просто я хотел побыть некоторое время с тобой. Ты же не против дать мне эти мгновения?
— Если тебя успокоит мое присутствие — пожалуйста, — пожала плечами девушка, наблюдая, как «рено-соболь» цвета мокрого асфальта (Антонина и здесь была последовательна в своих предпочтениях, жутко ненавидя повальное увлечение женской половиной столицы яркими красными и розовыми авто) выкатывается на дорогу.
Тоня просигналила и жестами показала, чтобы Шереметев, наконец, сдвинул свою тачку с места, и она пристроится следом. Движок радостно взревел, и «Дукс», оставляя на асфальте черные следы от провернувшихся шин, полетел по узкой дороге, сжатой с обеих сторон тротуарами и особняками.
— Поосторожнее, пожалуйста, — попросила Юля. — Здесь детишки иногда выскакивают на проезжую часть и кошки бегают.
— Кошечек пожалела? — усмехнулся Велимир, но скорость снизил, но только потому, чтобы дать Бельской пристроиться следом. — А меня тебе не жалко?
— Ты мужчина, тебя жалеть не надо, — отрезала Юля. — Начну утешать, еще и виноватой окажусь. Так что — мимо, Велимир Васильевич.
— Может, теперь ты мне признаешься, как ты познакомилась с Назаровым? — покосившись на спутницу, спросил княжич. На его пальцах, сжимающих руль, тускло блестел гербовый перстень и пара магических колец, в которых таилась энергия Огня и Воздуха. Уж это-то Юля прочувствовала своей чувствительной аурой.
— Признаюсь, — девушка прикрыла колени зеленым клатчем из имитированной под крокодила кожи. Так он глядел на ее ноги, что Юля всерьез опасалась за его зрение. Как бы не косоглазие не заработал. — Мы встретились в Вологде, когда я там была проездом в Устюг год назад. Просто шла по улице и решила выпить кофе. Назарову я, видать, приглянулась, и он попытался со мной познакомиться.
— Встреча была случайной? — обгоняя тихоходов по дороге, не унимался Велимир.
— Для меня — да. А за господина Назарова я не могу отвечать. Так что прекрати меня пытать. Во всей этой истории виновными выставляют меня и Никиту, а Шереметевы и Бельские такие чистенькие…
— Никита, значит, — ухмыльнулся Велимир.
— Ты меня слушаешь, княжич? — выдохнув из себя воздух, чтобы успокоиться, спросила Юля. — Или до сих пор бурлишь злостью? Ну, не я виновата! Почему бы тебе с отцом не поговорить? Он мог добиться аудиенции с императором, принять какие-то условия.
— Он встречался, — бросил Велимир, нажимая на педаль газа. «Дукс», чувствовалось, был нашпигован охранными рунами, и в случае заноса на трассе или столкновения сработали бы штатно, защищая пассажиров. — Император ему намекнул, что его личные повеления обратной силы не имеют. Боярышня Васильева переходит из разряда дворянской девушки в особу, которой заинтересовались очень и очень серьезные структуры государства.
— Что-ооо? — протянула Юля и рассмеялась, но очень неуверенно. — Какая я особа?
— За которой будут следить СИБ и контрразведка, — холодно бросил Велимир. — А ты опасная девушка, Юлия Николаевна. Может, и правильно, что император вмешался в нашу свадьбу…
— Скотина! — не выдержала Юля. — Вы же меня на посмешище выставили! Я целыми днями сижу в доме Бельской, никуда не хожу, из развлечений только телевидение и Сеть!
— Ты не заговаривайся, дорогая, — голос княжича заледенел. — И не вздумай больше так называть меня. Наша долголетняя дружба не повод для оскорблений. А то ведь я найду способ испортить тебе жизнь.
— Извини, — Юля разумно не стала накалять ситуацию. — Но я очень расстроена и не знаю, что делать.
— Езжай в Устюг, — пожал плечами Велимир. — Поживи с родителями, успокойся. Ты еще молодая. Жениха найдешь из местных дворянчиков. Да, кстати, я сегодня очень постараюсь, чтобы обломать Назарова. Моя победа окончательно развеет твое желание стать женой вологодского выскочки. И заметь, третьей женой! Всего лишь третьей!
— Я еще ничего не решила, — унимая бешеное биение сердца, откликнулась Юля, разглядывая проносящиеся мимо пролеты мостов, высотные дома, зеленые парки, уже тронутые дыханием приближающейся осени. — Если думаешь меня оскорбить подобными ремарками, то расслабься. И вообще, назаровские жены очень довольны своей жизнью. Я умею читать между строк и обнаружу любую ложь. А эти девушки не лгут. Им хорошо. Они не боятся говорить об этом. Так почему я должна комплексовать по поводу своей незавидной участи в семье Назарова? Может, и я получу толику счастья и уважения?
— Ха-ха! — нервно выплюнул Велимир. — Разбежалась, милая! Ты стала игрушкой в руках императорского клана! Меньшиков прямо сказал отцу, что госпожа Васильева с большой долей вероятности станет женой Назарова. Но не думай о тихом семейном уюте. Тебя используют цинично и нагло. Где интересы империи — там нет места любви.
— Много ты знаешь, — уставшим голосом откликнулась Юля, ощущая, как начинает давить на виски. И ведь не во всем Велимир не прав. Видимо, князь Шереметев и в самом деле получил исчерпывающую информацию от императора, но вот эмоции… Их не скроешь. Злится княжич, очень злится. А что ему не нравится?
Потянулись малоэтажные застройки, преобладали в большинстве своем аккуратные домики с разноцветными крышами и однотипными заборами из металлопрофиля, за которыми скрывались дворы и гаражи. Мелькнула в зарослях лента реки. Волковка — бывшая Монастырка — обросшая густой зеленью словно замшелый пень, то исчезала из виду, то ныряла под мостки, или неожиданно выскакивала во всей своей темно-бурой красе вдоль трассы.
— Скоро будем, — нарушил молчание Велимир, когда замелькали черные обелиски среди деревьев и кустарников. — Сразу после кладбища.
— Нашли же место, — фыркнула, оживляясь, Юля.
— Символизм в дуэли тоже важен, — заметил княжич, сбавляя скорость. Посмотрел в зеркало. — Думал, леди Антонина отцепится, ан нет. Хватка у нее жесткая.
— Женись на ней, — всерьез посоветовала девушка. — Не пожалеешь. Она дом в руках держать будет.
— Не в моем вкусе, — поморщился Велимир.
— Слышал бы тебя Арсений, — подколола его Юля, — точно бы залепил тебе в нос.
— Не залепил бы. Мы уже обсуждали этот вариант. Тоне нужен мужик-тряпка. А я не позволю, чтобы меня пытались строить по армейскому принципу.
Обе машины, свернув с прямой асфальтированной трассы на гравийную дорогу, медленно поехали вдоль буйной зелени, потом нырнули в подлесок — и сразу уютно зашуршало под колесами, даже звук моторов не смог внести диссонанс в умиротворяющий шорох.
Большая поляна, вытянувшаяся вдоль речушки, была заполнена десятками разноцветных автомобилей различных марок. Зрители — в основном, столичная молодежь — роились мелкими стайками, оживленно перетекали от одной компании к другой. Юля сразу вычленила одиноко стоящий «бриллиант», к которому прислонился Никита Назаров в черной футболке с короткими рукавами и в просторных штанах спортивного кроя. Рядом с ним перетаптывался незнакомый молодой мужчина в светлой рубашке и, кажется, Андрей Воронцов. Его Юля знала плохо, видела пару раз на вечеринках. Нахождение Андрея в числе сторонников Никиты говорило о его роли секунданта. Еще один мужчина, но уже в строгом костюме и черных очках, застыл неподалеку.