Битва драконов. Том 1 (СИ)

Исполняющий роль привратника боец распахнул тяжелые дубовые створки дверей и без слов пропустил Романа внутрь. Спустившись по ступенькам на уровень ниже, он оказался в просторном зале с приглушенным освещением. Только возле бара было относительно светло. Там стояло несколько человек в военной форме. На погонах одного из них искрились звезды капитана, а двое других, как и Елагин, предпочли прийти в клуб, надев на себя строгие гражданские костюмы. Но по тяжелым взглядам, то и дело рыскающим по полупустому залу, Роман сразу определил в этих людях волкодавов, возможно, даже из ГОНа.
Приглядевшись к компании, Роман усмехнулся и направился к бару.
— Господин старший лейтенант! — оживился капитан, увидев его. — Ну надо же, какая встреча! А я слышал, что вас комиссовали.
Волкодавы с интересом голодных хищников уставились на подошедшего Романа, но пока никто не делал попыток представиться.
Капитан Самодуров, со значком генштабиста на кителе, служил в отделе разведки на должности старшего аналитика, и одно время тесно работал с экспедиционным корпусом в Сербии, и даже пару раз вместе с Романом участвовал в поездках по приграничным районам Краины. Чем он занимался, капитан, а тогда еще старший лейтенант, никогда не говорил. Исчезал на пару дней со своим помощником, а потом появлялся на дороге, где проходил русский конвой, молча запрыгивал в грузовик и так же молча доезжал до гарнизона. Капитанское звание, судя по всему, Самодуров получил недавно.
Они крепко пожали руки друг другу. От капитана не укрылись изменения, произошедшие с левой кистью Елагина.
— Везунчик! — разглядывая розоватые пальцы с просвечивающейся кожей, удивился Самодуров. — А говорят, что возможность регенерации падает с каждым днем промедления. А ты чуть ли не год без лечения… Как удалось-то?
— Повезло, — усмехнулся Роман, поглядев на волкодавов. — Встретил старого друга-волхва, он и организовал лечение. Слышал про биокапсулы?
— Слышал, — в свою очередь ухмыльнулся капитан. — Профессия обязывает. Никак, Назаров тебе подсобил? Но он же не Целитель!
— Зато у него обширный круг знакомств. В общем, скоро такие увечья перестанут быть проблемой, — Роман продемонстрировал свои пальцы с нежно-розовыми пластинами ногтей, на которые с жадным любопытством поглядели офицеры.
— Не про Никиту речь идет? — спросил один из гражданских, широкоплечий, светловолосый, с ультракороткой стрижкой.
— О нем самом, — подтвердил Роман. Какой смысл скрывать очевидное, если волкодав знает Назарова по имени?
— Майор Савчук, — протянул ему руку светловолосый и показал на рыжеволосого, у которого на щеке Роман углядел забавную родинку в виде снежинки. — А это капитан Левченко. Мой коллега. Подразделение ГОН.
Дабы закрепить знакомство, Самодуров купил бутылку «Голицына», к нему шоколад и лимон, после чего все четверо заняли свободный столик в дальнем уголке клуба, куда не долетали громкие звуки от бильярдных столов.
— А когда ты его видел в последний раз? — заинтересованно спросил майор после первой рюмки коньяка. — Никита пропал в Китае, когда мы вместе с ним работали на чужой территории.
«У Никиты, оказывается, в шкафу прячутся интересные скелеты, — усмехнулся про себя Елагин, правильно расценив слово „работал“. Обычный сленг диверсантов. — Вроде и открытый человек, а каждый раз узнаешь про него нечто новое».
— Пару недель назад, — ответил он, лихо опрокидывая в себя жгучий напиток. Зашуршал фольгой, отламывая кусочек шоколада.
— Надо же! — хмыкнул майор озадаченно. — Когда мы без него вернулись, такую головомойку нам устроили! Великий Князь Константин все вверх дном перевернул, в каждой воинской части бесконечные проверки на профпригодность! Во Владивостоке, в штабе сухопутных войск, столько голов полетело! Не удивлюсь, если большинство обиженных до сих считают Назарова виновником своего крушения.
— А что там произошло? — полюбопытствовал Роман. — Сам-то Никита вскользь упоминал о поездке в качестве проверяющего своих новых разработок. Кстати, первые «бризы» обкатывались на границе с Китаем.
 
— Я их и обкатывал, — кивнул Савчук. — Отличный костюм, многим жизнь спас. Признаться, очень переживал за парня, когда он остался прикрывать наш отход. Уф, тогда нужно выпить за чудесное воскрешение господина Назарова. Его магические штучки очень нужны армии.
— Расскажешь про этот медицинский центр? — спросил Самодуров у Романа. — Слухи-то разные идут, а ты, вроде как, первым испытал на себе возможности новых технологий.
Еще находясь на лечении, Елагин поинтересовался у Никиты, насколько можно распространять информацию по медицинскому центру. Ведь вопросы у тех, кто знает Романа, в любом случае возникнут. На что волхв сказал, что не собирался делать тайну из новых методик регенерации живой ткани. Единственное, просил не упоминать технологические особенности лечения. Для пытливого ума достаточно намеков, а Никита собирался запатентовать свое изобретение до того, как слухи обрастут подробностями и начнут расходиться широкими кругами.
Романа слушали внимательно, не перебивая встречными вопросами. Даже по окончании рассказа лишь переглянулись и потянулись к рюмкам.
— Получается, что оторванные руки-ноги можно восстановить и через пять лет? — задумчиво спросил рыжий Левченко. — Когда капсулы можно ожидать в армии?
— Фамильный секрет, — засмеялся Роман. — Мы лишь первые подопытные, на которых отрабатывались новые техномагические приемы. Полагаю, лет пять-шесть придется подождать. Потенциал новых принципов лечения весьма высок, и Никита не упустит шанса снять все сливки.
— Молодец парень, — одобрительно кивнул Савчук. — Не тушуется, сам себе дорогу торит.
— Я, собственно, по поводу Никиты сюда заглянул, — признался Роман, понимая, что ходить вокруг да около можно бесконечно. Волкодавы, конечно, ему не помощники, а вот Самодуров может через свои каналы выяснить, откуда ветер дует. — Мне кажется, на него Шереметевы всерьез ополчились. Ты что-нибудь знаешь, Виталий Алексеевич?
Самодуров не торопился с ответом, сжимая в руке рюмку с коньяком и периодически покручивая ее.
— Аристократы не по нашему ведомству проходят, — пошутил он. — Но я слышал краем уха про сорванную свадьбу княжича Велимира. В столице очень много людей пересекаются между собой, слухи циркулируют с бешеной скоростью. Никто напрямую не обвиняет Назарова, а нафантазировать можно что угодно. В общем, я могу только выдвинуть косвенную версию: невеста Шереметева — кажется, Васильева? — проходит по грифу «особой важности». Императором не приветствуется ее уход в клан Шереметевых.
— Особой важности? — изумился Роман. — Что такого в этой Васильевой? Кто она такая, вообще?
— По слухам, необычной красоты боярышня, — улыбнувшись, пожал плечами Самодуров. — Одаренная, как и большинство тех, кто ведет свой род с ведической эпохи становления Руси, или по побочной линии. Но есть одна особенность: в ее крови смешаны гены андалусских вельмож и русских дворян. Возможно, это обстоятельство и побудило Его Величество самолично запретить свадьбу. Не просто же так? Причина всегда должна быть. Я всего лишь предполагаю, господин старший лейтенант, и надеюсь, что мои мысли не пойдут гулять в среде дворянства как утверждение всевозможных слухов.
— Слово офицера, — слегка наклонил голову Роман. — Если кто об этом узнает, то это будет Назаров — сторона, вынужденная защищаться от обвинений.
— Хорошо, — удовлетворился ответом генштабист. — Надеюсь на ваше благоразумие. Давайте выпьем, что ли? Коньяк нагрелся, я чувствую его букет даже на расстоянии.
Офицеры рассмеялись и последовали совету Самодурова. Роман в какой-то степени почувствовал облегчение. Пусть неприятная история с Никитой задела его краем, основательно пошатнув позиции в отношениях с Ольгой, сдаваться Елагин не собирался. Он обязательно предупредит своего старого друга, извинится перед девушкой и, наконец, обозначит свои позиции. Терять эту замечательную девушку старший лейтенант не хочет. Сам же Никита, скорее всего, не имеет никаких видов на «сестру». У него сложилось такое мнение во время бесед с Олей в медицинском отсеке «Изумруда». В голосе девушки уже тогда проскальзывала обида на «бесчувственного чурбана». Только готов ли Никита вычеркнуть из списка своих жен Олю? Если готов — Роман тут же сделает предложение Целительнице.