Битва драконов. Том 1 (СИ)
— Нет, — признался Виктор. — Только болтаться дерьмом в проруби не хочу. Великий князь Константин мог бы избавить меня от клятвы, но предпочел держать под каблуком.
— Его право, — откликнулся Балахнин, хитро прищурившись. — Ты фактически готов на измену. А я не хочу портить отношения с императорским кланом. Зачем мне проблемы?
— У меня тоже есть право, — не стал соглашаться с князем Китсер. Этак дойдет до того, что ему поставят в вину все, что сотворил его отец. — Как вы знаете, Алексей Изотович, вассальное право заканчивается со смертью его принявшего, а дети в таком случае имеют право на пересмотр отношений. Я просил Константина Михайловича снизойти до права расторгнуть все договоренности и отменить клятву, но не дождался ответа.
— Ну, да, не спорю насчет прав, — неохотно согласился Светлейший. — И гадать не буду. Если ты здесь, значит, решил разорвать отношения. А не боишься громкого процесса после событий годичной давности?
— Вы намекаете на мои отношения с Назаровым?
— Почему намекаю? — пожал плечами Балахнин. — Прямо говорю. Я знаю, что ты имел контакты с иностранцами. Не только с Ватиканом. Довольно много людей иного толка побывало в твоей московской усадьбе.
— Было дело, искал контакты, потому что пытался вырваться из очерченного круга.
Балахнин тяжело вздохнул.
— Все-то вы, немчура, пытаетесь выпятить свою значимость, обижаетесь на всех, кто переходит вам дорогу, начинаете искать в происходящем заговоры, ищете решения и подводите под них свою логику…. Сколько веков Китсеры живут в России?
— Больше трех, — сухо ответил Виктор, — этого было достаточно, чтобы обрусеть. Я русский больше, чем многие живущие здесь издревле.
— Хорошо сказал, — кивнул Алексей Изотович. — Но видишь, как бросился отстаивать букву закона. Возмутился, что императорский клан тебя выкинул на улицу, сразу ищешь подоплеку произошедшего. Себя продать решил. Мне-то, впрочем, плевать. Хочешь служить — служи. Но за вход цена высокая, а за выход — смерть. Есть чем платить?
— Речь идет о Великом князе Константине. Хорошая цена?
Лицо Балахнина даже не дрогнуло. Князь молча, через голову гостя, созерцал ненавязчивый рисунок обоев на противоположной стене.
Виктор понял, что нужно продолжать. Сказано «а» — говори дальше. Иначе сочтут несерьезным человеком, а завтра в канаве очутишься с простреленной головой. Не кого-то очернять собрался, а члена императорского клана.
— Мой дед и отец были в натянутых отношениях со стариком Назаровым, отец в большей степени. Я не понимал причину междоусобицы… вернее, знал, но не понимал. Несколько лет назад он поведал мне одну историю, бросающую тень на Константина Михайловича….
— Короче, — недружелюбно оборвал его Балахнин. Он в напряжении ждал каких-то откровений, и затянутое начало откровенно разочаровало.
— Никита Назаров не просто так оказался в семье Меньшиковых, — напрягся Китсер. Или сейчас его спустят как паршивую дворняжку с парадной лестницы, или выдвинут в первые ряды бойцов с несправедливостью. А как иначе назвать действия императорского клана по отношению к его роду? — Мой отец всерьез подозревал, что старый хрыч Назаров принадлежал к адептам тайного Ордена Гипербореев, которые были хранителями магической праэнергии на протяжении многих веков. На основе этого он сделал вывод, что потомки Назаровых тоже обладают природными способностями. Но в ходе родовой войны, в которой погибло очень много людей как с нашей стороны, так и со стороны Назаровых вдруг оказалось, что передавать Искру праэнергии некому. Анатолий Архипович остался один.
— Потом нашелся его правнук, — кивнул Балахнин. — Хочешь сказать, что Великий князь Константин узнал об этом от твоего отца и решил завладеть перспективным мальцом?
— Да, так и было.
— И ради такого дела отослал свою старшую дочь в Албазин, где в то время проживал Никита Назаров?
— Да. В память девушки под ментальным воздействием была заложена четкая задача: влюбить в себя парня. В результате романтические встречи переросли в серьезные отношения, чего и добивался Великий князь.
— То есть Константин Михайлович осознанно пошел на такой шаг? — недобро посмотрел на барона Балахнин.
— Вы об этом не знали?
Князь расхохотался. Смех его был искренним и веселым. Вытерев выступившую слезу, Балахнин быстро успокоился.
— Помилуй, барон, да откуда же мне знать про такие тонкости? Вполне понятно, что княжна Тамара, как дочь наместника Дальнего Востока и Забайкалья, могла отправиться в гости к влиятельным людям по каким-то договоренностям, а не для охмурения никому не нужного мальчишки-сироты! И в мыслях даже не было просчитывать такой вариант!
— Никита — не простой волхв, — напомнил Китсер. — Подумайте, Ваше Сиятельство, почему у Назаровых было много одаренных, но ни один из них не дожил до седых волос, кроме Патриарха.
— Я думал об этом много лет, чуть не сломал голову, а потом плюнул на ребус, — пробурчал Балахнин, вставая. Он дошел до шкафа, сделанного в современном стиле из добротных материалов, открыл стеклянную дверцу и достал бутылку коньяка с двумя стопками. Молча вернулся на свое место и разлил напиток. Первым поднял стопку, предлагая сделать то же самое барону.
Китсер принял этот жест за хороший знак, и охотно поддержал князя. Коньяк был хорош, с выраженными нотками элитного бренди и горечью шоколада.
— И так и не пришел к правильному выводу, — добавил Алексей Изотович, не торопясь смакуя напиток. — Неужели сегодня узнаю истину?
В его голосе послышалась ирония.
— Мне еще дед говорил, что природная Сила не передается по наследству, — сказал Китсер, внимательно отслеживая реакцию Балахнина. Князь был бесстрастен, казалось бы. Но в глазах прыгали искорки нетерпения. — Гипербореи знали какую-то хитрость, позволявшую выявить среди своих наследников истинного носителя Силы пяти Стихий. Не каждый из них мог стать таким, каков сейчас Назаров — универсал, которому все дается с легкостью. И артефактор, и боевой волхв… А Никита стал. И существует человек, который может раскрыть тайну его универсализма.
Балахнина проняло. Он наклонился вперед, и барон почувствовал, как воздух, насыщенный мириадами невидимых иголок, пронзил его, вызвав беспричинную панику.
— Кто? — выдохнул Балахнин.
Однако Китсер сумел отбить магическую атаку, вызванную нешуточным волнением князя. Он про себя улыбнулся, как рыбак, которому удалось поймать хитрую рыбу на крючок.
— Отец Никиты, — ступив на тонкий лед шантажа, обронил Виктор. — Он единственный, кто может подсказать, каким образом его сын получил Дар праэнергии Космоса.
— Надеюсь, я могу узнать имя? — расслабленно спросил Балахнин.
— Ваше Сиятельство, — укоризненно посмотрел на него Виктор. — Я на свой страх и риск пришел к вам, фактически совершив предательство. Имя отца Назарова — единственная моя гарантия безопасности.
— Что ты хочешь? А! О чем я спрашиваю? Конечно же, войти в мой клан…
— И получить полноценную защиту как представитель клана, наравне со всеми.
— А почему ты так уверен в своей нужности? — усмехнулся князь. — Я ведь могу узнать о родителях Никиты в Генетическом банке, не прибегая к услугам со стороны.
— Но ведь до сих пор не узнали, — дерзко ответил Китсер, — потому что не смогли. Данные по крови Никиты Назарова засекречены, и полной информацией владеют только Меньшиковы.
— Получается совсем грустно, барон, да? — морщины на лбу Балахнина показали работу мыслей. — Назаров теперь может обзавестись целой армией уникальных детей, а через двадцать лет смести всю сложившуюся систему противовесов в аристократическом обществе. Так и до трона недалеко.
— Не совсем все печально, Алексей Изотович, — качнул головой Виктор. — Я же говорю, что для получения космической праэнергии не достаточно быть одаренным и жену такую же иметь. Тамара Константиновна, несомненно, сильная Берегиня. Да и вторая жена Никиты — Дарья — тоже обладает некими свойствами, о которых нам пока ничего не известно. Слухи, правда, идут, что она Валькирия, но…. Уверяю вас, князь, что невозможно стать тем, кем стал Назаров, просто по праву крови.