Битва драконов. Том 1 (СИ)
— У меня еще нет надобности воспитывать сыновей в духе служилых бояр, — усмехнулся волхв. — Я с Шереметевыми в разной весовой категории. Однако, признаюсь: в их клане есть очень сильные волхвы, умеющие удивлять противника.
— Интересно, — Софья с каким-то отвращением посмотрела на осетровый стейк, политый белым соусом, пододвинула к себе розетку с солеными рыжиками, едва не облизываясь, — как теперь сложится судьба Юли Васильевой? Мне жаль девушку. Несправедливо, что ее выставили виновницей этой нелепой ситуации.
— Глупость Шереметевых не имеет границ, — отрезал Владислав, стукнув ложкой по краешку тарелки. — Зина, будь добра, налей мне еще добавки. Я рискую не дожить до второго блюда!
Дородная пожилая женщина из прислуги едва заметно улыбнулась и сделала знак одной из помощниц, стоявших наготове, и проворковала грудным голосом:
— Кушайте, Владислав Александрович, на здоровье! Вы же сегодня весь день на ногах! И вы, гости дорогие, отведайте нашу стряпню!
Для гостей провели смену блюд, и цесаревич тихо сказал Зинаиде, что пока помощь прислуги не требуется.
— Минут через двадцать можно подавать десерт, — добавил он, и когда женщины ушли в подсобную комнату, пояснил свои слова про Шереметевых: — Князь Василий неправильно расценил ситуацию со своей несостоявшейся невесткой. Ему нужно было принять решение императора спокойно, а вместо этого он позволил Велимиру раздуть непомерный скандал, куда вовлек и Никиту. В результате реноме господина Назарова упрочилось, а победа на дуэли заставила задуматься болтунов. Так что девушка больше выиграла. Я не смею обсуждать приказы отца, и придерживаюсь своего мнения, отличного от императорского.
В этот момент Владислав посмотрел на Никиту, потом перевел взгляд на сестру, которая с показной рассеянностью слушала его речь.
— Я уже знаю, какую роль отводят Юлии. Поэтому у Никиты два пути: или привести в дом третью жену и взять под защиту род Васильевых, фактически принимая правила игры «безопасников», или сделать вид, что ничего не произошло, дав девушке свободу выбора. Князь Шереметев не осведомлен о потаенных течениях в недрах спецслужб, да ему и не положено знать многих государственных секретов. И в этом заключается проблема во взаимоотношениях между вашими семьями.
— И что же нам делать? — спокойно поинтересовалась Тамара. — Я не про расширение семейства, братец. Готовиться к войне с Шереметевыми и их союзниками?
— Его Величество просил передать, чтобы вы не беспокоились, — слишком официально произнес Владислав, а это означало лишь одно: князю Василию не дадут распоясаться. — Шереметевы получат компенсацию и будут сидеть тихо. Так что можете жить спокойно.
— Спасибо, — едко бросила Тамара и хотела что-то еще добавить, но Никита покачал головой, словно предупреждал жену, чтобы та не наговорила лишнего. — Ну, хорошо… У меня вот мысль появилась. Васильевы, они ведь вышли из-под вассалитета Бельских, которые почему-то до сих пор считают Устюг своей вотчиной. А ведь это не так. Мы живем на территории бывшей Новгородской республики, куда входила и Вологда, и Великий Устюг.
— И что? — настороженно посмотрел на нее Владислав. — Сестричка, когда ты начинаешь издалека, я сразу подозреваю, что дальше последует просьба.
— Правильно, — промурлыкала Тамара и обратилась к Даше: — Дорогая, не подскажешь, кто участвовал в экспансии Новгорода на Урал и северо-восток Руси?
— «Золотой пояс», — ничего не понимая, тем не менее ответила Даша. — Купцы, боярство. Борецкие, Авиновы, Гюрятиничи, Михалчичи, Анциферовы… Да их там было не меньше трех сотен знатных фамилий.
— Поинтересуйся насчет Анциферовых, и их роли в жизни моего мужа, — улыбнулась Тамара. — Я до сих пор удивляюсь, почему Никита не получил баронский титул, хотя разговоры об этом идут несколько лет. Дядя Саша, кстати, обещал, что устроит все в лучшем виде. Никита вернулся из Сербии, и до сих пор стоит тишина.
— Объясни толком, чего ты хочешь?
— Анциферовы осваивали северо-восток Руси и доходили до Северной Двины, поднимались по Вычегде, добирались до Ухты. К сожалению, архивы тех лет уничтожены в многочисленных пожарах. Бьюсь об заклад, что рукотворных.
— Претензии на земли? — догадался Владислав и рассмеялся. — Ничего себе, аппетиты у тебя, Тамара Константиновна! Не будет император от цельного каравая жирные куски отламывать!
— Губернаторство, — пожала плечами Тамара так непринужденно, словно показывала, что ее просьба — всего лишь прихоть и каприз женщины, в которой течет кровь Меньшиковых. — Великий Устюг входит в состав Вологодской губернии, находится в очень удачном месте. Хорошая речная транспортная логистика, открывающая путь на север и на юг. Поэтому я хочу узнать, почему Бельские держат город в своих руках, хотя их родовое гнездо в Гатчине? Что они там делают?
— Почему не хочешь сама спросить у отца? — Владиславу, судя по его взгляду, вопросы двоюродной сестры были неприятны или он не ожидал такого серьезного разговора.
А Тамара словно решила добить его:
— Я знаю, за какие заслуги Бельские получили Устюг на кормление, если выражаться по старинке. Северная экспедиция на Грумант в конце девятнадцатого века. Год не помню, да и не важно. Цель: поиск свободных ото льда путей для судоходства как официальная версия. После ее завершения, когда в столицу вернулось всего двадцать человек из восьмидесяти, князь Бельский Федор Тихонович получил в награду Устюг. Для многочисленного рода этот поистине царский подарок оказался как нельзя кстати. А за что, если цель не была достигнута? Значит, существовала иная причина: заткнуть рот участникам похода или же нечто другое…
Тамара замолчала, потому что прислуга по сигналу цесаревича стала подавать десерт. Быстренько убрали ненужную посуду и поспешили исчезнуть, ощущая тяжелую энергетику спора.
— Самое интересное, Устюг в то время находился в составе Архангельской губернии и был там до середины двадцатого века, после чего Великий князь Андрей Меньшиков, младший брат нашего венценосного деда продавил идею о передаче города в Вологодскую губернию, заодно став наместником Севера.
— Зачем ты мне об этом рассказываешь? — пробурчал цесаревич. — Я неплохо знаю историю рода. Значит, так нужно было. И если ты, сестрица, раскатываешь свои хорошенькие губки на губернаторство, вынужден напомнить. У императора помимо меня есть еще сыновья, твои братья…
— Алешка и Игорь, — кивнула Тамара, — так себе вариант. У моего отца и дяди Миши своя головная боль на Дальнем Востоке и на западных рубежах.
— Нет-нет, — замотал головой Владислав. — Остынь, сестричка. Осади лошадей. Мы сейчас с тобой влезли в дебри административно-государственных проблем. Я, конечно, в любом случае доложу отцу о твоей претензии. Вот Никита молчит — и правильно делает.
— Очень вкусный кекс, — отломив кусочек десерта серебряной вилкой, Никита отправил его в рот и запил чаем. — Просто замечательный.
Даша едва улыбнулась, в отличие от Тамары, нехорошо посмотревшей на мужчин.
— А разве в северных губерниях такие большие проблемы? — простодушно спросила Софья, которая заметно устала и все чаще прикладывала руку к пояснице. Владислав подскочил к ней, что-то прошептал на ухо, потом кликнул кого-то из горничных. Цесаревну увели, а Даша задумчиво, ни к кому не обращаясь, произнесла:
— Сейчас бы Оля вмиг определила, когда Софье рожать.
— Кто это? — поинтересовался наследник.
— Наша родовая Целительница, — неохотно ответил Никита. — Ты должен был о ней слышать, Владислав Александрович. Она у Кошкина учится, а в скором будущем войдет в структуру Вологодского медицинского центра.
— Ах, да! — хлопнул себя по лбу цесаревич. — Слышал же! Отец очень внимательно следит за строительством… Нет-нет, ничего спрашивать не буду! Не моя компетенция!
Он засмеялся и выставил перед собой ладони. Дальше разговор вяло перетекал с одной темы на другую, отчего у Никиты сложилось мнение о намеренном прощупывании всех интересов его клана. А разве не этим должен заниматься человек, готовящийся через какое-то время сесть на престол? Вполне логично ведет себя Владислав.