Тогда это казалось хорошей идеей (СИ)

Костяшки пальцев постучали в дверь.
— Адель?
Я приподнялась, пораженная.
— Пит?
— Ага, — сказал он своим обычным низким, грубым тоном, — Хочешь впустить меня?
Я кивнула в знак согласия, но ответила:
— Нет.
— Хейзел и Мэт…
— Мэдди, — поправила Мэдди.
— Извини, — он прочистил горло, — Хейзел и Мэдди сказали, что ты делаешь тест на беременность? Это немного неожиданно.
— Вы сказали ему? — крикнула я, — Черт возьми, девочки!
— Мне жаль, — сказала Мэдди, — Он увидел коробку на столе.
Это не имело смысла.
— Что? Как? Она здесь, со мной.
Хейзел вздохнула.
— Мы взяли запасные на случай, если у тебя будет положительный результат и нужно будет сделать еще один, чтобы убедиться. Ты и так перепугалась при виде одного; представь, что бы с тобой сделали два.
— Хорошо, — сказал Пит, — Ты действительно думаешь, что беременна?
Я только нахмурилась.
— Почему ты здесь?
— Я пригнал твою машину. Подумал, что она может тебе понадобиться, так как твой гипс должны были снять.
— Ей только сегодня его сняли, — подтвердила Мэдди.
— Отлично, — сказал он, — У меня все равно были кое-какие дела, так что…
Конечно, он был здесь не по какой-то романтической причине типа "умереть без меня". Будь проклято мое глупое сердце за то, что я надеялась на обратное. После всех бесчисленных лекций о том, что я должна отказаться от него, какая — то идиотская часть меня все еще держалась. Должно быть, это просто плохая привычка. Должна быть какая — то реабилитация от неправильных мужчин. Консультации, держание за руку и, может быть, немного пытки водой для таких экстремалов, как я. Все, что нужно, чтобы выкинуть его из головы.
— Выйдешь, пожалуйста? — спросил он.
Я ничего не ответила.
— Ну же, красавица. Я чувствую себя идиотом, разговаривая с тобой через дверь.
— Да, а я чувствую себя идиоткой, сидя на полу в ванной, слишком напуганной, чтобы посмотреть на результаты теста, — сказала я, вытирая слезу, — Но вот мы здесь.
Ничего.
— И не называй меня так.
— Дамы, не могли бы вы оставить нас наедине? — спросил он.
Я услышала шарканье, шепотом угрозу Хейзел отрезать ему член, если он меня расстроит. Потом тишина.
— Ребенок? Черт, — сказал он, голос звучал ближе и ниже, как будто он сел рядом с дверью, — Я не знаю, что сказать.
— Мы не знаем наверняка, что он есть.
— Хм.
— Мы никогда не говорили о детях всерьез. Без особой причины — просто интересно, как бы ты отнесся к тому, чтобы завести одного?
— Честно говоря, мой собственный опыт был настолько дерьмовым, что я не видел веских причин для того, чтобы навязывать это кому-то еще, — сказал он, — К тому же, у меня был не самый лучший пример воспитания. Что, если бы я все испортил?
— Но ты бы этого не сделал. Тебе было бы не все равно. Кроме того, посмотри, как хорошо ты вел себя с ребенком, с которым ты застрял на лето на протяжении всех этих лет. Практически твои лучшие моменты.
Он замолчал на мгновение, потом спросил: — А как насчет тебя? Насчет детей, я имею в виду.
— Конечно, когда-нибудь, может быть. Но не сейчас.
Один из кранов капал. Я никогда не думала, что они могут быть такими громкими. Крошечный звук отдавался эхом в маленькой комнате и казался громом.
— Что ты собираешься делать, если окажешься беременной, Адель?
— Не знаю, — Я закрыла голову руками, зажмурив глаза, — Я просто… Я не знаю.
Молчание.
— Правда в том, что дело, которое у меня есть в городе — это ты, — сказал он, — Я приехал, потому что скучал по тебе.
Я нахмурилась в недоумении.
— После того, как ты уехала, ну… Я был зол на тебя некоторое время из-за дерева.
— Это была не моя вина.
— Этого бы не случилось, если бы ты не лазила по деревьям посреди ночи, как сумасшедшая, — сказал он, — Ты понимаешь, что люди обычно не занимаются такими вещами. Ты ведь понимаешь это, да?
Я закатила глаза. Изысканный и превосходный жест, который он не понял, благодаря стене из дерева, стоящей между нами.
Молчание.
— Я поздно приняла таблетку, когда была в отпуске, — призналась я, просто чтобы выговориться, — Я приняла ее, как только вспомнила. Думала, что все будет хорошо. Но если я беременна, это моя вина.
 
— Почти уверен, что для зачатия понадобились бы двое, — сказал он, — Я мог бы использовать с тобой презервативы, но не хотел. Никогда не делал этого раньше, но мне слишком понравилось быть в тебе без защиты.
Мне нечего было сказать.
— Ты уже посмотрела на него? — спросил он, голос стал мягче.
— Нет.
— Когда-нибудь придется.
— Я знаю.
— Адель, какое бы ты решение не приняла — я поддержу тебя.
— Спасибо, — сказала я. Потом остановилась, — Как я буду заботиться о ребенке? В моей жизни нет места для ребенка, не сейчас.
Он ничего не сказал. Наверное, был занят своими собственными паническими настроениями по свою сторону двери. Что было бы вполне справедливо, правда.
— Хейзел и Мэдди замечательные, но я уверена, что они не планировали, что у меня будет ребенок в ближайшее время, — сказала я, — Дети шумные, и им нужны вещи. Много вещей. Мне придется искать другое место для жизни. Я думаю, есть декретный отпуск, так что с работой должно быть все в порядке…
— Ты останешься в Сиднее?
Я на мгновение сосредоточилась на дыхании, нуждаясь в том, чтобы успокоиться.
— Честно говоря, я пока не знаю.
— Если ты беременна, — сказал он, — Я хочу, чтобы ты знала, что мы могли бы растить ребенка вместе. Я не хочу быть каким-то отсутствующим засранцем, который только присылает деньги. Тебе и ребенку нужно больше, чем это, и ты заслуживаешь большего.
— Ты бы хотел, чтобы я переехала на север.
— Мне бы хотелось, чтобы мой ребенок был рядом со мной, конечно, — из его горла вырвался какой-то странный звук, — Я имею в виду, что хочу, чтобы вы оба были рядом, чтобы я мог помочь. Черт, я просто… пытаюсь понять, как правильно поступить.
— Я тоже.
Тишина.
— Ты скучал по мне?
— Да.
— А немного подробнее об этом? — спросила я, — Ты казался вполне уверенным в том, что я не переверну твою жизнь с ног на голову, а теперь ты здесь?
На этот раз вздох был ближе к стону.
— Я был уверен. Или я так думал. Мне нравится моя жизнь такой, какая она есть, Адель. Я много работал на своей работе, чтобы Эндрю смог сделать меня партнером. У меня ушли годы на то, чтобы построить свой дом, сделать все именно так, как я хотел, как я всегда себе это представлял. Наконец — то у меня появилось собственное пространство, дом, которым я могу гордиться, деньги на некоторые вещи и пара хороших друзей. А потом возвращаешься ты.
Я молчала.
— Думал, что после твоего ухода все станет как прежде, но я не мог жить дальше, — сказал он, — Не хотел. Продолжал думать о тебе и…
— И что?
— Вернись со мной на север.
Мои глаза распахнулись от удивления.
— Независимо от того, беременна ты или нет. Я думал об этом и считаю, что ты должна переехать на север и устроиться на работу, — сказал он, — Я приехал сюда, чтобы сказать тебе об этом. Машина была просто предлогом.
Ха.
— Я думаю, если бы у нас все не пошло наперекосяк, ты бы так и поступила.
Я пожала плечами. Возможно, он был прав.
— Может быть, между нами все наладится, может быть, нет, — продолжал он, — Я не знаю. Но в любом случае, я проделал весь этот путь не для того, чтобы не участвовать в твоей жизни. Что бы ни случилось, мы всегда были друзьями. Я хочу вернуть это. Я всегда этого хотел.
Ха.
— Я прошу у тебя терпения, полагаю.
Интересно. Хотя он уже говорил что-то очень похожее ранее о том, чтобы посмотреть, как все сложится между нами, и ничем хорошим это не закончилось. Возможно, у нас не было достаточно времени, чтобы он разобрался в своих чувствах ко мне, и предложение было искренним. В конце концов, мы провели вместе всего несколько дней. А может быть, он хотел удержать меня рядом, но на безопасном расстоянии. Так же, как и с любой другой женщиной, с которой у него были неясные отношения. Трудно сказать. Хотя, учитывая нынешние обстоятельства, у нас, вероятно, были более насущные проблемы.