Тогда это казалось хорошей идеей (СИ)

Ещё пару кивков, рукопожатий и пожеланий спокойной ночи. Затем Пит сел около меня, украл мой напиток и сделал глоток.
— Ты встречаешься с ней уже давно, и она не знает, что морепродукты могут убить тебя? — сладко спросила я. — О чём ты говоришь с женщинами?
— Не знаю. О разном.
— О каком разном?
— О разном, — повторил он. — Ты сейчас даёшь мне советы по отношениям? Может, мне стоит устроить ужин при свечах, где мы будем обмениваться списком аллергий? Я понимаю, почему твои отношения не длятся долго.
— Очень смешно. Но я думала, ты поразишь её рассказом о том, как ты в подростковом возрасте съел креветки и раздулся как человек-шина. Я каждый раз смеялась до слёз.
Он на мгновение улыбнулся, то ли вспомнив, как это случилось, то ли вспомнив, как я смеялась над этой историей. Затем его взгляд потемнел, и он уставился в джин с тоником.
— Я не со всеми разговариваю так, как с тобой. Разговаривал. Как я разговаривал с тобой.
Зазвучала старая песня австралийской группы Aussie Crawl, и несколько парней из офиса отца, сидящие за соседним столиком, зааплодировали. Видимо, они хорошо приложились к бесплатному бару. На их столике стояло много пивных бокалов.
— Не знаю, — ответила я. — Думаю, о многом мы не говорили.
— Я должен был думать о твоём возрасте. — Он сделал ещё один глоток моего напитка, затем вернул мне его с улыбкой. — И ты говоришь, что мой скотч на вкус как задница.
— Бомбей Сапфир — это дар Богов, и я не хочу слышать ничего другого.
Минуту мы сидели молча, смотрели на сцену и слушали музыку. Одна пара страстно целовалась в тёмном углу; вокруг громко разговаривали. Даже Шанти смеялась, закинув голову назад. Папа стоял возле её стула, как страж, просто наблюдая, как она развлекается. Это мило.
— Извини, я была груба с твоей девушкой, — наконец сказала я.
Он откинулся на стул, положив лодыжку на колено.
— Не знаю, можно ли её назвать моей девушкой. Мы друзья.
Ха.
— Джереми Карас, да?
Я пожала плечами.
— Шанти познакомила нас. Кажется, он хороший.
— Конечно. — Он постучал по металлическому подлокотнику. — Талантливый парень. На самом деле, он художник. Я бы и сам не прочь купить его произведения, но он такие цены дерёт.
— Ну, ты стареешь, — сказала я. — Ты уже не можешь просто так тратить деньги. Нужно копить на виагру.
— Это грубое и дискриминационное замечание, юная леди, — строго проговорил Пит. — И в данном случае, оно не применимо.
— Уверенность очень важна. Я понимаю.
— Ты знаешь, что в детстве тебя мало шлёпали, да?
Я засмеялась.
— Кроме того, ты говоришь о сексе, когда нервничаешь.
— Нет, я так не делаю. — Я поморщилась. — А теперь ты просто выдумываешь. Раннее слабоумие. Так грустно.
Он только покачал головой.
— Дело в том, что мне трудно контролировать то, о чём я говорю рядом с тобой. — Я пожала плечами. — Я почти уверена, что сожгла мосты с тобой много лет назад. В некотором роде, это даёт свободу. Я могу говорить всё, что думаю.
— Не замечал, чтобы ты сдерживалась. Никогда. — Слабое освещение отбрасывало завораживающие тени на его щёки и линию подбородка. Даже на небольшую ямочку на подбородке. — Тебе он понравился, да?
— Джереми? Конечно. — Одним пальцем я играла с ломтиком лимона в моём стакане, выталкивая его на поверхность.
— Не уверен, что он тебе подходит.
— Почему это?
Он пожал плечами.
— Не знаю, просто чувствую.
— Знаешь, именно этого мне не хватало, когда я была моложе, — сказала я. — Получить от тебя советы насчет свиданий. Хотя тебе стоит быть более конкретным и не опираться на чувства. Но я могу задать тебе вопросы, которые всегда хотела задать парням, и ты расскажешь мне.
Небольшая морщинка между его бровями стала глубже.
— О чём?
— О сексе!
— Я не буду разговаривать с тобой о сексе.
— Но сейчас я достаточно взрослая, — ответила я.
— Напротив, мы уже слишком стары для таких легкомысленных поступков. — Один уголок его рта приподнялся. По крайней мере, я могла заставить его улыбнуться, когда хотела.
 
— В прошлый раз, когда я была здесь — я была слишком молода, а сейчас слишком стара?
— Точно. — Он кивнул. — Примерно три года назад было четырёхминутное окно, где такая дискуссия могла бы быть уместной. Жаль, что ты пропустила его.
Музыка сменилась на Cold Chisel и столик рядом с нами снова взбодрился. Кто-то прорычал:
— Барнси.
— Боже, как же давно я их не слышала, — сказала я. — Они играют классику.
— А ты ходишь только в хипстерские кафе?
— Мне нужно где-то доставать поджаренный тост с авокадо. — Я усмехнулась, слизывая джин с кончика пальца.
Рука Пита замерла, взгляд стал пристальнее.
— Знаешь, в каком-то смысле ты изменилась. А в другом ты такая же.
— Чего ты ожидал?
— Не знаю.
Я прочистила горло.
— У меня есть теория.
— И что за теория?
— Что со временем люди всё больше погружаются в себя.
Медленно он кивнул.
— Имеет смысл.
— На самом деле, это сказала моя подруга, Хейзел, — сказала я. — Она психотерапевт. Иногда наши беседы уходят в область философии и общего эмоционального роста, и благополучия. Или мы говорим о К-поп (прим. музыкальный жанр, возникший в Южной Корее). Но BTS (прим. первая группа, выступающая в жанре К-поп) важны для всех.
— Что, чёрт возьми, такое К-поп и… BTS?
Со стоном я посмотрела в небо.
— Насколько ты оторван от реальности?
— Видимо, намного. — Он рассмеялся. — Слава Богу, что ты рядом, чтобы рассказать мне об этом. Почему бы мне не принести ещё выпивки, и тогда ты сможешь ввести меня в курс?
Я смотрела, как его высокая фигура пробирается сквозь толпу и подходит к бару. Папины работники определённо пользовались бесплатной выпивкой, и удачи им в этом.
— Привет. — Густой, тяжёлый голос вернул меня к реальности. Передо мной стоял молодой человек, его глаза налились кровью от выпитого алкоголя. Одна его рука обвилась вокруг шеи более взрослого, но такого же пьяного мужчины, и было непонятно кто кого держит.
— Я Фитци, — сказал он. — Этой мой друг, Ларри. Не могла бы ты разрешить наш спор?
— Не знаю, — ответила я немного насторожено.
— Ларри говорит, что именно ты устроила ловушку Питу много лет назад, когда Эндрю его ударил. — Парень махнул в мою сторону полупустой бутылкой пива.
— Устроила ловушку. — Ларри усмехнулся. Кто знает, сколько пива они выпили, чтобы придумать весь этот каламбур?
— Очень оригинально и весело, — пробормотала я. Мои плечи опустились. Возможно, мне не стоило надеяться, что со временем слухи о скандале исчезнут. Возможно, я смогу вернуться домой лет через пятьдесят, и появится новое поколение, рассказывающие друг другу истории о дочери босса, которая сверкала своими сиськами в свой восемнадцатый день рождения. Хорошая идея для легенды.
— Но я говорю, что это не можешь быть ты, потому что у тебя пышный бюст, и никто бы не пожаловался, если бы такое предстало перед его глазами. — Ларри, стоявший рядом с ним, сдержанно кивнул, так, как мог сделать лишь очень пьяный человек. — Всё очень натурально.
— В любом случае, — продолжил Фитци. — Мы подумали, что если они достаточно хороши, чтобы сверкнуть ими перед Питом, то… Ой!
Голова Фитци резко наклонилась в сторону, выворачиваясь, правым ухом вверх. За его спиной стоял Пит с сердитым лицом. Он держал его за мочку уха, сильно выкручивая её. Фитци выпрямился, его пьяные ноги напряглись, когда он попытался встать достаточно высоко, чтобы облегчить боль. Но всё это привело к тому, что он оказался лицом к лицу с разгневанным Питом. Смех стих.
— Думаю, с тебя достаточно, Мэтью, — прорычал Пит. Очевидно, «Фитци» это прозвище для друзей, а Пит не выглядел дружелюбным.
Даже стоя на цыпочках, молодой человек был меньше Пита. Стоявший рядом с ним, Ларри, отошёл в сторону, решив, что осторожность наилучший вариант.