Среди чудовищ и ведьм (СИ)
Щеки начали пылать, а сердце пустилось вскачь.
Я отвела глаза, а Мадс, совершенно не подозревающий о моих внутренних метаниях, поднялся и тут же снова сел.
— М-да… — сказал он.
— Плохо?
Он кивнул и прикрыл глаза.
Я принялась копаться в сумке: достала хлеб и кусок сыра, который мы взяли с собой в дорогу.
— Если бы не ты, Мальта, мы бы уже неприятно проводили время в подвале верховного мага.
Теперь уже не только щеки пылали, а все лицо. Признаться, я ужасно гордилась собой. Мой дар, реально пригодился. Привычка попадать в видения и возвращаться в реальность — сыграла добрую службу. Правда, я не слишком-то что-то контролировала, но все равно — приятно.
— Ты когда-нибудь сталкивался с такой ловушкой? — спросила я, в тайне надеясь на еще одну похвалу.
— Нет, — Мадс покачал головой, — Даже не знал, что такая магия возможна. Все было таким реальным. И та магия, против которой я боролся. Это… не знаю даже, как объяснить, она была настоящая. Все заклинания были выстроены до мельчайших подробностей: каждый символ. Наверное, эти ищейки наполовину тролли! Кто еще мог до такого додуматься.
— Ты не думаешь, что Ио… специально нас туда направил?
Парень помолчал.
— Не знаю, — честно признался он.
— Мы все-таки вырвались.
— И это, мать его, настоящее чудо! Но все-равно, нельзя здесь оставаться надолго, какими бы гостеприимными стенами не обладал этот сарай.
Я рассмеялась. Не то, чтобы шутка была уморительной, но почему-то сказанное Мадсом казалось ужасно смешным. Или дело в том, как звучал его голос.
— А ты как себя чувствуешь? — спросил он.
— Нормально. Как обычно, — пожала я плечами.
Мадс вытянул вперед руку, кисть сильно дрожала.
— Что ты вчера там сделал? Ну, после того, как пришел в себя?
После того, как Мадс очнулся, огляделся, он сотворил какое-то колдовство. Вот только говорить он после этого не мог. Все силы ушли на то, чтобы добраться до этого самого сарая, в котором мы сейчас завтракали.
— Сбил их со следа и оставил подарочек. Этим ублюдкам придется повозиться. Конечно, не грезы, но шутка тоже эффектная, — он зло усмехнулся, — Искренне надеюсь, что это займет их на какое-то время.
— Они отстанут он нас?
— Нет. Нужно быть осторожными. И нам бы поточнее узнать направление, куда идти…
— Да, я понимаю.
Мадс бросил на меня виноватый взгляд.
— Сейчас попробую узнать, где наша ворона, — как можно беззаботнее ответила я.
Нельзя попасть в «молоко». Мне нужно конкретное видение. Хочу увидеть ведьму. Я так сильно сжала кулаки, что ногти врезались в ладонь, но я не обращала на это внимания.
Где ты, ведьма-ворона?
* * *Перед глазами возник загруженный повозками тракт. Скрипели колеса телег, фыркали лошади, звенели бубенцы на шеях многочисленных овец и коров.
Ведьма была в человеческом обличье. Сидела в телеге и грызла яблоко. Меня поразила, эта простая и мирная картина. С другой стороны, почему бы ведьме не есть яблоки, если она их любит и может достать?
Вдруг видение подернулось зыбью и стало расползаться, как старая ткань. Я еще видела, как к ведьме обратилась толстая крестьянка в белом чепце. Рот ее открывался и закрывался, но что она говорила, я уже не слышала.
Зато наложился другой голос, который ни с каким другим не спутаешь. Неторопливая манера речи, как будто говорящий жадничает, и каждое слово — золотая монета, с которой он расстается.
— Значит, они обошли ловушки.
— Не совсем… одна сработала. Мы точно знаем.
Перед глазами возник уже знакомый мне кабинет Бальтазара Тоссы.
Верховный маг по своему обыкновению сидел в кресле, руки покоились на груди, перстни на толстых пальцах поблескивали драгоценными камнями.
Его собеседник был высок и худ, длинные темные волосы падали на лицо, как будто отгораживая его от мира. Серая мантия… Значит, это «ищейка».
— Я что-то не вижу перед собой ни мятежного молодого Мадса, ни своей вещательницы, — Бальтазар чуть повысил голос.
— Это была хорошая ловушка. Из нее никто не выбирался… раньше.
— Но не в этот раз.
— Да. Они выскользнули.
— И раз ты стоишь передо мной, вы потеряли след.
— След найдется, — ищейка несколько мгновений колебался, — Они вышли из «Сна». Оба.
— Возможно, твой «сон» был не так хорош, не хватило деталей? Или заклинание было слабым.
Глаза ищейки зло блеснули.
— Оно было сильным. Хватало всего. Я устроил так, чтобы этот Мадс вымотался, пока будет бороться с фантомами.
— И ты был настолько уверен в себе, что предпочел ждать в столице, вместо того, чтобы следить за всем на месте.
— Охотник, когда ставит ловушку, не сидит над ней, чтобы не мешать глупой дичи в нее влететь.
— Леность — вот как это называется. А я считал тебя лучшим, — Бальтазар поджал губы и скорбно уронил голову. — Я дал важное, но простое задание. Девчонка вообще ничего из себя не представляет. Да, у нее были удачные пророчества, но все же. А Мадс… что ж… он силен, но далеко не всесилен. И что я получаю? Небрежность!
Теперь верховный маг смотрел прямо, прожигал укоризненным взглядом.
Ищейка явно чувствовал себя неуютно. Сомнение начало разъедать его разум. А что если правда: он допустил просчет и один из сотен колдовских символов был неточен и осталась лазейка…
— Каждый может ошибиться, — философски заметил верховный маг, — Но главное, это то, что ошибку можно исправить. И чем скорее, тем лучше. Твои псы вынюхивают?
— Разумеется. Не только маги, но и обычные. Трактирщики, городские стражники, беспризорники. Рано или поздно они проявят себя.
— Лучше бы рано. И на этот раз сделай как следует.
Ищейка поклонился и быстро покинул кабинет.
— Готова поклясться, от него воняло дерьмом. Ты неслабо на него нажал, — Кьяра зашла в кабинет из покоев.
— Подслушивала? — Бальтазар коротко улыбнулся.
— Разумеется.
Верховный маг грузно поднялся и подошел к окну. Беспощадный свет выхватил сеточку морщин под глазами. Да, и в целом вид у него был усталый.
Кьяра тоже пришла к такому же выводу.
— Государь, вам нужно поберечь силы. — Она подошла к нему сзади и обняла, прижалась щекой, замерла.
Эта нежность казалась странной и какой-то неуместной.
— Но ты же меня поддержишь?
Он развернулся и заключил целительницу в объятия.
— Я думаю, в этот раз, нужно попробовать более радикальное средство.
— Только не говори, что нужно соблюдать умеренность в еде и перестать пить вино. Так можно можно дойти до упражнений. Заставишь меня бежать на месте, или не приведи магия, подбрасывать вверх ноги, словно я танцовщица, а не благородный владыка умов и сердец.
Кьяра отстранилась и серьезно взглянула ему в глаза:
— Нет. Я говорю не об этом, — она помолчала, — Скажу как целительница, не как твоя любовница, и не как твой друг.
— Звучит серьезно.
— Тело стареет, Бальтазар.
— И что ты предлагаешь?
— Я же сказала: «радикальные меры». Откладывать нельзя. Завтра я поеду в замок и приготовлю все необходимое.
Бальтазар нахмурился, помолчал.
— М-да… ну, что ж… надо так надо.
— К новой луне все будет готово. И ты должен будешь приехать.
— Постараюсь выкроить время.
— Нет! Ты дашь мне свое слово. И сдержишь его.
— Хорошо, хорошо. От твоего напора мне прямо не по себе.
— Просто я не хочу в постели старика, — Кьяра игриво рассмеялась.
— Столько честолюбия. И почему я это терплю! — Бальтазар говорил шутливо строгим тоном, но вдруг он стал серьезным: — Ты знаешь, я всегда был против и разрушил многие ордена, занимавшиеся запретным искусством.
— Знаю, — кивнула Кьяра, — Но только подумай, сколько полезного ты можешь сделать, какую пользу ты еще принесешь. Тебе нужны силы, здоровье и молодость. И если тебя это утешит, то это лучшая участь для таких отбросов как они.
— Но эта магия… уж слишком она опасна и мораль весьма…