Ты будешь мой (СИ)

«Нет заклинаний, милая Илва? Тогда почему Санна не хочет меня видеть? Почему не желает плыть в со мной в Инесс? Потому что ты ей это внушила!»
Я смотрела на него в молчании пару мгновений, потом выдохнула:
«А он-на н-не хочет? — с моей точки зрения, русалка вела себя совершенно нелогично. Если только она не припасла для меня удар в спину. Будет, между прочим, очень мило: убить бывшего жениха — женился-то он на другой, значит, предатель. Убить, заставить «другую» страдать — одной стрелой двух зайцев.
«Ты прекрасно знаешь…»
«Б-ольше т-ты её н-не ув-видишь, — перебила я. — Св-вою морск-кую д-девку. Никогда».
Рэян опешил.
«Что? Да как ты… Как ты смеешь!»
«См-мею, — выдохнула я. — Т-тебя, люб-бимый, н-не удив-вляет, чт-то твоя «н-невеста» в-вернулась? Н-нет?»
Рэян, хмурясь, отозвался:
«Конечно, нет. Мы любим друг друга…»
Любят! О духи…
«Глуп-пости. Он-на п-прин-несла т-тебе клят-тву. А т-ты женился н-на д-другой. Т-теперь или т-ты умрёшь, или он-на — через пару месяцев. И п-пусть лучше он-на, чем т-ты».
Рэян молчал целую минуту, пытаясь осмыслить мои слова — он и раньше-то особым умом не отличавшийся, сейчас наверняка пытался взять в толк, как кто-то может умереть из-за него. И я знала: сейчас найдёт виноватую. Меня. Не то чтобы моей вины здесь совсем не было…
«Расколдуй её! Илва, я не хочу, чтобы она умирала!»
Впору было смеяться. Такая наивность… Не будь это Рэян, я бы сама дала ему мой кинжал и предложила заколоться — умереть вместо русалки. Сто к одному, что не смог бы.
И потеряла бы превосходное представление: умолять у Рэяна всегда получалось лучше, чем угрожать.
«Илва! Пожалуйста! Сделай что-нибудь! Что ты хочешь от меня? Я дам тебе всё, всё, пусть только Санна живёт. Я стану для тебя прекрасным супругом, ты будешь счастлива, пусть только Санна живёт. Пожалуйста!»
«Зам-мачниво, — перебила я — иначе это грозило затянуться. — Но н-невозможно. П-поверь, Рэян, если б-бы в-всё б-было т-так п-просто, твоя р-русалка уже п-плыла бы в Ин-несс. Или куда он-на т-там хочет. Н-но н-невозможно. Эт-то м-магия, кот-торая мн-не н-не подвластна».
«Я тебе не верю, — сказал Рэян после минуты молчания, встав с колен и глядя с прежней неприязнью. — Ты просто не хочешь, чтобы мы были вместе. И ты убьёшь мою любимую у меня на глазах, да?»
Я пожала плечами:
«Н-ну, если з-захочешь, я, конечно, д-дам т-тебе п-посмотреть, к-как она ум-мирает».
Рэян закрыл глаза. Какое-то время стоял так, успокаиваясь — я даже посмела надеяться, что теперь мы будем говорить как нормальные, здравомыслящие люди. Но не тут-то было.
«Отлично. Я сейчас же возвращаюсь домой — забираю мою свиту, моего брата и мою невесту. Наверняка наш с тобой неудачный брак можно расторгнуть — на Инессе отличные маги, а если они не помогут — фэйри Гленны разбираются в обрядах ещё лучше людей», — и словно действительно собирался выполнить этот в вышей степени блестящий план, Рэян повернулся и пошёл к двери.
«М-милый, а т-ты н-не забыл, что н-находишься в м-моём д-дворце и т-тут п-повсду м-моя ст-тража?»
«И они не посмеют меня остановить, раз я теперь супруг их повелительницы», — усмехнулся, Рэян, берясь за ручку двери.
До меня стало доходить, что он это, похоже, всерьёз.
«А я т-тоже н-не посмею?»
«Попробуй», — пожал плечами принц и скрылся за дверью.
Ещё не до конца веря реальность происходящего, я бросилась за ним, ударяясь о косяки и путаясь в юбках.
«Рэян! Рэян! П-подожди. Ст-той. Рэян!» — никуда он, конечно, не уйдёт. Да с чего он взял, что я дам ему уйти!
Рэян обернулся только у выхода из моих покоев.
«Илва, пойми, пожалуйста, одно: я никогда не буду тебя любить. Найди себе другого… другую игрушку».
«Мн-не н-не н-нужен д-другой, — отчаянно заикаясь, выпалила я. — Я т-тебя люблю!»
«А я тебя нет, — тихо отозвался принц. — И хватит об этом».
Дверь за ним окутал стремительно темнеющий туман.
«Т-ты н-никуда н-не уйдёшь, — прошептала я. — Т-ты ост-танешься со м-мной. Н-навсегда».
Понятия не имею, на что он рассчитывал — но он меня разозлил. И да, где-то в глубине я испугалась, что он действительно уйдёт. При здравом размышлении я должна была запереть его в спальне… и наслаждаться, как он дальше строит из себя узника страшной злобной королевы?
 
Одно знаю наверняка: в тот момент я уже не была способна рассуждать здраво. И то, что я сделала потом — я никогда бы не сделала в ясном уме. Заклинаниям подобного типа нужна либо тщательная подготовка — либо всплеск эмоций, которых у меня тогда было достаточно.
Кажется, я кричала: «Т-ты н-не уйдёшь!» и «Т-ты б-будешь м-мой!», пока не охрипла. И туман застил глаза или слёзы — мне было всё равно.
Всё-таки туман. Когда он рассеялся, Рэян лежал у порога, бледный, без движения и словно бы мёртвый. Во всяком случае, именно это я подумала, когда рухнула на колени рядом.
Но нет — он просто спал. И так крепко, что не слышал меня. Я билась над ним, пытаясь разбудить, но у меня ничего не выходило. Я понятия не имела, как у меня это получилось, и главное, что это такое.
Так меня и застал Брэндон — невесть почему свободно разгуливающий по дворцу, несмотря на все мои приказы и заклинания.
Впрочем, в тот момент его свобода меня волновала мало. Как какая-нибудь дурочка, я вцепилась в склонившегося над братом инесского наследника, умоляя его бежать за моими магами — наверняка же хоть кто-нибудь знает, что это такое. Хоть кто-нибудь подскажет, как его расколдовать!
«То есть ты не можешь? — спокойно уточнил инессец, и когда я истово замотала головой, усмехнулся. — Ясно. Попробуй это».
Я схватилась за брусок металла, показавшийся мне сначала серебряным — и только почувствовав знакомые иголочки сначала по руке, потом по всему телу, вспомнила, что это такое.
Стражу позвать я уже не успела. Да и не пришла бы она, наверное.
В глазах потемнело и боль от подсвечника — или чем ещё инесский наследник снова меня приложил, я уже не почувствовала.
Всё-таки никому нельзя верить.
* * *
Арин
Нигде мне не дают выспаться. Даже в элитной тюрьме.
— Санна. Санна, просыпайся.
Сначала мне кажется, что это Сильвен, но потом в глазах проясняется. Я сажусь, щурюсь, потираю виски, пытаясь понять, кто этот человек — знакомый, я его точно раньше видела — и часто. Хорошо его знаю…
— Брэндон?
Юноша, устало улыбаясь, наклоняется ко мне.
— Идём, Санна, нам надо спешить.
Я гляжу на его руку, пытаясь понять — кому это «нам» и почему «надо».
Брэндон ставит меня на ноги, которые немедленно отзываются такой жуткой болью, что я тут же падаю.
— Куда спешить? — выпаливаю я, лишь бы что-то сказать и не думать о боли.
Брэндон снова помогает встать.
— В Инесс, Санна. Мы отплываем — сейчас же.
Я вырываюсь.
— Никуда я с вами не поплыву. И объясни своему брату, что я больше не хочу его видеть. Пусть оставит меня в покое!
Брэндон вздыхает, ловит меня и прижимает что-то сладко пахнущее к носу.
— Честное слово, Санна, я не хотел, — всё, что я слышу, прежде чем провалиться в сон.
…Из которого меня снова наглым образом вырывают. Да дадут мне поспать ну хоть когда-нибудь!
Я слышу море, и сначала его рокот перекрывает голос смутно знакомого мужчины с пронзительным взглядом.
— Санна, — он издаёт странный свист, на который тут же отзываются воспоминания. Эта тональность, с поправкой на «произношение», означает «племянница». — Бальзам на сердце — видеть тебя живой и невредимой.
«Какой ещё бальзам?» — немедленно задаюсь вопросом я. Потом, оглядевшись и поняв, почему меня так качает, осознаю: мы на корабле.
— Куда мы плывём? — спрашиваю, машинально переходя на свист, но мужчина меня понимает.
— В Инесс, дорогая. Домой.
А я вспоминаю, наконец, кто он.
Килиан, Его Величество король Инесса. Мой троюродный дядя.