Расплата дьявола

– Откуда вы это знаете? – удивилась Вал. – Вас не было, когда он рассказывал об этом инспектору.
– Я… я… прочел об этом в газетах. Дальше… От конторы Руига до «Сан-Суси» добрых сорок минут езды в час пик. Так что возможно, что он сказал правду, когда сообщил, что был у «Сан-Суси» в пять пятнадцать в понедельник. Запомните, он был с двумя помощниками. Он заявил, что сюда не заходил, а сразу же уехал назад и вернулся в начале седьмого. Почему? Вероятно, на попав сюда в пять пятнадцать, он должен был вернуться назад, чтобы подписать завещание Спета. Но когда он вернулся, с ним не оказалось его помощников! О чем это вам говорит?
– Понятия не имею, – нахмурилась Вал.
– Вероятно потому, что он больше в них не нуждался. Но зачем он привозил их в первый раз? В качестве свидетелей нового завещания. Выходит, если после шести они ему уже не были нужны, то, как мне кажется, они свою задачу выполнили до шести часов. Иначе говоря, они присутствовали при подписании нового завещания между пятью пятнадцатью, когда Руиг заявился сюда впервые, и пятью с половиной часами, когда умер Спет. А точнее, он умер в пять тридцать две.
– Новое завещание? – воскликнула девушка. – О, боже! Тогда это означает, что…
– Ш-ш-ш! Не надо, чтобы об этом знала Мун. Мы не знаем точно, как все это случилось и что сказано в завещании, но мы можем быть уверены, что Спет перед смертью подписал новое завещание и, что Руиг со своим людьми находились в этом кабинете приблизительно в период убийства.
Вал задумалась: звучит логично и все объясняет. Любое новое завещание лишает Винни Мун гигантского наследства. Когда же на сцену выступил Вальтер? Нашел ли он новое завещание? Защищает ли он Винни Мун? Какую роль во всем этом играет елейный малыш Руиг?
– Что это? – резко вскочил Эллери.
– Что? – испугалась Вал.
Эллери указал ей направление. В пятидесяти ярдах от них прямо за прудом находилась терраса бывшего дома Джарденов. Что-то мерцало там в лучах заходящего солнца.
– Понятия не имею, – призналась Вал. – Там терраса нашего бывшего дома. Но мы ничего там не оставили, кроме одного или двух стульев.
– Надо взглянуть.
Они тихо спустились с террасы и принялись осторожно подкрадываться к бывшему дому Джарденов, бесшумно раздвигая кусты. Над террасой висел тент, но солнце все же освещало площадь в несколько дюймов шириной в глубине террасы. На самой террасе они обнаружили источник мерцания, лежавший на столе. Это был старый бинокль.
– Фу, какая ерунда! – разочарованно промолвила Вал. – Всего-навсего старый бинокль.
– Стойте! – приказал Эллери. – Не прикасайтесь к столу! – он аккуратно стал исследовать поверхность стола. – Вы хотите сказать, что бинокль оставили вы?
– Ну, да. У него разбита одна из линз.
– Так вы оставляли его на этом столе или нет?
– Конечно, нет, – удивилась Вал. – Его здесь не было. Папа любил смотреть бега и держал дома несколько биноклей, а этот мы оставили тут в доме.
– Где вы его оставили?
– В куче хлама в зале.
– Тогда как он сюда попал?
– Не знаю, – искренне призналась Вал. – Но какое это имеет значение?
Эллери ничего не ответил. Он стал осматривать дверь, ведшую в кабинет. Дверь была чуть приоткрыта.
– Странно, – пробормотала Вал, подходя к двери. – Все было заперто, когда мы уезжали отсюда. Если только сюда не приезжал хозяин, пока нас не было.
– Если вы внимательно посмотрите, то заметите, что замки взломаны. Вряд ли хозяин стал поступать таким образом.
– О! – неожиданно воскликнула Вал, указывая на стол. – Чьи-то следы!
Она осторожно подошла к столу. Эллери улыбался. Поверхность стола была покрыта пылью. Казалось, что пыль располагалась двумя слоями. Вал внимательно вглядывалась в два овальных пятна. Они были сделаны на первом слое пыли, а сверху их прикрывал второй слой. Один след был больше другого и отстояли они друг от друга всего в нескольких дюймах.
– Проклятые дожди, – нахмурился Эллери. – Стол частично находится под крышей и можно было бы определить отпечатки пальцев.
– А эти следы похожи на следы пальцев, – возбудилась девушка. – Это – большой палец, а это мизинец.
 
– Да, и они уже покрылись пылью. Дождь частично смыл следы, но на первом слое пыли кое-что заметно, – он достал платок и осторожно взял в руки бинокль. – Бинокль и эти следы появились одновременно. – Осмотрев бинокль, он завернул его в платок и сунул в карман.
Вал возбужденно бегала по террасе.
– Все понятно! Во время убийства было светло и кто-то стоял и наблюдал, как происходило убийство. В бинокль увидеть это легче легкого. Выходит, был свидетель убийства!
– Великолепная версия, – согласился Эллери. – Вы заметили очень важную вещь, бэби. – Он вновь уткнулся в следы на столе.
– Значит, кому-то известно, кто прикончил Солли Спета. Тому, кто видел!
– Похоже на правду, – Эллери осмотрелся. – Вы сказали, что оставили кучу хлама. А где этот зал?
– Несколько дверей отсюда, – пробурчала Вал, не осознавая, что говорит. – Пойдемте, я покажу. – Она провела его в пустой гимнастический зал. – Вот, – проронила она, открывая дверь.
Эллери вошел внутрь и бегло исследовал кучу выброшенных вещей. Ничего интересного здесь не было и он собирался отправиться назад на террасу, когда его взгляд упал на маленький чулан в стене. Дверь была закрыта, но не заперта. Подойдя к чулану, он открыл дверь. На вешалке стояла гиря. Он удивленно посмотрел на нее, взял в руку и подбросил.
– Странно, очень странно, – пробормотал он, глядя на кучу хлама в зале.
– В чем дело? – не поняла его Вал.
– Гиря… Обычно ими пользуются, но двумя сразу. Почему вы взяли с собой только одну?
– Одну? – переспросила Вал. – Но мы их вовсе не брали. Обе оставались здесь.
– Вот как! Тогда одна из них исчезла.
Вал удивленно взглянула на него и пожала плечами. Эллери положил гирю на место и прикрыл дверь чулана.
– И еще одно, – сказала Вал, когда они вернулись на террасу. – Человек, который наблюдал в бинокль и оставил эти следы, имеет на левой руке всего два пальца. Ведь это след левой руки?
– Да.
– Два пальца!
– Кстати, я думаю, – улыбнулся Эллери, что вам надо позвонить в полицию.
– Зачем?
– Сообщить им о нашей находке. Глюк совершил небрежность, не осмотрев ваш дом.
– Ой! Бинокль исчез! – воскликнула девушка.
– Он у меня в кармане. Его я тоже оставлю на столе. Срочно звоните Глюку. Он должен прислать дактилоскописта, если, конечно, остались отпечатки.
Они вернулись на террасу дома Спета. Эллери остался на террасе, а Вал пошла позвонить в кабинет. Эллери слышал, как она просила подозвать Глюка. Затем он впал в раздумья по поводу этих следов. Его мысли прервал странный звук, и он пулей влетел в кабинет.
– В чем дело? Что случилось? – он с тревогой уставился на побледневшую Вал.
– Это Вальтер, – пробормотала она. – Всегда Вальтер… Что бы ни случилось, всегда Вальтер. Вы знаете, я говорила вам об этом. Это тот, который ворвался в кабинет Руига.
– Ну и что?
– Инспектор Глюк только что мне сообщил… – она вздрогнула и закуталась в пальто. – Он сказал, что Вальтер Спет освободил моего отца. Вальтер освободил папу! – Вал захихикала, потом хихиканье перешло в смех. – Он только что признался Глюку, что это он был в папином пальто в понедельник и что это его видел Франк… О, Вальтер!
Девушка закрыла лицо руками. Эллери отвел ее руки и взглянул прямо в лицо.
– Пойдем отсюда! – приказал он.