Наследник для Свирепого (СИ)

Собравшихся было немало, длинный стол занят полностью. Пустовало только одно место, по левую сторону от Умара, в дальнем краю стола.
При появлении Алихана разговоры за столом смолкли. Умар пристально смотрел на сына и ждал.
— Добрый вечер. Извиняюсь за небольшое опоздание. Пробки подвели, — улыбнулся Алихан, как ни в чем не бывало. — Рад видеть всех вас. Дорогой отец…
Умар кивнул и перевел пристальный взгляд на девушку рядом со своим средним сыном.
— Позвольте представить вам свою невесту — Веронику…
Тишина стала оглушающей, звенящей. Алихан чувствовал, что дрожь в пальцах Вероники стала сильнее, и сжал их, потом переместил ладонь на талию и уверенно повел девушку к столу.
Алихан отодвинул стул для Вероники, сам остался стоять рядом, положив ладонь на спинку.
Тишина была оглушающей, каждый шорох и шелест ткани платья Вероники был слышен во всех углах большого зала.
— Эй ты… — подал голос Зияд и щелкнул пальцами, обратившись к слуге. — Принеси еще один стул, — попросил он. — Придется немного потесниться.
Возникла небольшая суматоха, вызванная необходимостью сдвинуться немного, чтобы за столом поместился еще один человек.
Перед Алиханом поставили дополнительный столовый набор. Рядом возник расторопный парень в униформе.
— Белое или красное? — поинтересовался слуга.
— Дама не пьет, — отозвался Алихан.
— Али, брат, вино из Франции. Отец достал лучшее из погреба, в честь нового контракта Махдаевых с зарубежными коллегами! — подал голос Башир.
— Поздравляю! — улыбнулся Алихан. — Но боюсь, Вероника сможет выпить только сок или воду.
При этом Алихан демонстративно посмотрел на жену Башира, как бы говоря, что причина не пить спиртное у Вероника та же самая, что и у беременной Зухры.
— Сок, — снова обратился к слуге. — Гранатовый.
Разговор за столом продолжился с того места, на котором остановился. Башир завел речь, рассказывая о планах, его горячо поддерживали и поднимали тосты.
Но Алихан чувствовал, как на него и Веронику посматривали все. Кто-то исподтишка, другие откровенно не скрывали своего любопытства.
Алихан побывал не на одном таком семейном ужине.
Махдаевы любили обсуждать достижения и в упор не замечали поражений или ошибок, поэтому за столом было произнесено множество тостов, но ни один из них не был произнесен в честь освобождения Алихана.
Его приняли по умолчанию, но упорно не хотели заострять внимание на негативном опыте из прошлого.
Ужин затянулся на два с лишним часа… Постоянно произносились тосты за успехи семьи. Очередной тост был произнесен самим отцом:
— За вклад моих сыновей в общее дело! Башир… Алихан, — отец посмотрел прямо на него. — Зияд. Вы — моя гордость!
Тост приветствовали шумными овациями.
После полутора часов застолья слуги пришли сменить блюда и подать десерты, гости разбрелись по комнатам.
— Как ты? — спросил у Вероники Алихан.
Он заметил, что девушка почти ничего не поела и постоянно смотрела в сторону двери.
— Мне нужно в уборную. Извини, я едва сижу… — честно ответила она.
— Пойдем, провожу тебя.
Алихан подал руку Веронике, повел ее на выход из зала. Путь им преградила Седа с улыбкой.
— Алихан, отец хочет с тобой поговорить. Тебе следует пройти в кабинет на первом этаже. Пока будешь говорить с ним, я покажу твоей невесте наш дом…
— Ей нужно в уборную, — ответил Алихан.
Седа подхватила девушку под локоть с правой стороны.
— Отведу, куда надо. Поговори с отцом, ему есть что сказать тебе после длительной разлуки.
Алихан едва переступил порог кабинета, как на него обрушился вопрос, заданный сердитым голосом:
— Что за фокусы?
  
24
 
Глава от лица героя Свирепый
— О чем вы, отец?
Алихан занял место в кресле, огляделся по сторонам.
— Ваш кабинет ничуть не изменился, — заметил он.
Умар нахмурился еще больше.
— Ведешь себя как мальчишка!
Мебель в кабинете была тяжелой, из редких сортов дерева. Массивная, броская роскошь. Отца Алихана окружало все исключительно лучшее: мебель, машины, одежда, даже женщину себе выбрал такой внешности, что можно было использовать ее в качестве модели на международных подиумах! И это на старость лет…
 
Алихан не то чтобы осуждал, просто скептически относился к истории о влюбленности молодой женщины в старика с проблемами со здоровьем.
Поэтому — да, он был настроен видеть во всем подвох.
— Спасибо, отец, за то, что рады моему освобождению.
— Об этом даже упоминать не смей, — попросил отец. — Опозорил Махдаевых.
— Вы произнесли тост за общее дело. Как к нему относится Зияд? Помогает в работе? Или просто прожигает жизнь? А я? Зачем упомянули меня? — поинтересовался Алихан.
— Затем, что ты, мой дорогой сын, после всех негативных событий просто обязан встать на путь исправления.
— И каким же образом? Чем именно я опозорил семью? Следствию не удалось доказать мою причастность к убийству и махинациям! Обвинения лишь косвенные.
— Дыма без огня не бывает, Алихан. Как только ты начал заводить бизнесы на стороне, я сразу же предупредил тебя о вероятностях провала. Не умеешь делать бизнес сам, не берись вообще. Надеюсь, жизненного урока тебе хватило, чтобы бросить ребячество и взяться за ум.
— Уже взялся. Буду более осторожен, намерен найти того, кто за этим стоял, невесту нашел.
— Невесту нашел? С этим придется повременить! — оборвал отец.
— Не понимаю, к чему вы клоните.
— На протяжении целого ужина за столом обсуждаются важные новости. Слышал об успехах Башира? — отец чуть не раздулся от гордости. — Политика…
— Грязные игры, — поморщился Алихан. — Зачем лезть туда, где будет прорва расходов?
— У нас громкая фамилия и множество связей. Вопрос того, как скоро кто-то из семьи займет место в кресле политика, был лишь вопросом времени. Я рад, что старшему брату хватает смекалки, времени и деловой хватки! Вот с кого нужно брать пример: успешный бизнесмен, прекрасный семьянин… В ваших с Зиядом силах сделать все возможное, чтобы помочь старшему брату укрепиться в новой роли, — помолчал, перевел дыхание. — Или хотя бы не мешать.
— Не мешать.
— Да, не мешать.
— Как Зияд помогает Баширу? Участвует в его кампании?
— Важнее, как ты будешь не мешать брату. Тебя выпустили недавно, но слухи снова поползли. Мне то и дело доносят, что то тут, то там полощут имя Махдаевых, обсуждая выдвинутые тебе обвинения!
— Ложные.
— Может быть, так. Распространению слухов это не мешает! Эти грязные слухи могут помешать продвижению Махдаевых в политику.
— Отец, случившегося не изменить.
— Я знаю! Но так же знаю, что если ты не будешь активно поднимать прошлое и мутить воду, слухи быстро улягутся. Еще быстрее они улягутся, когда все поймут, что Алихан Махдаев раскаивается за содеянное и не жалеет сил для поднятия региона.
Вот и стрельнуло то, о чем проболтался Алихану Зияд.
— Для поднятия региона?
Алихан постарался быть спокойным, но намертво переплел пальцы в замок.
Значит, Зияд не соврал и ничего не напутал! Отец хотел запихнуть Алихана в захолустье, чтобы глаза не мозолил.
Губы мужчины гневно дернулись. Похоже, отец и мысли не допускал, что Алихан не захочет плясать под его дудку.
— Я оказал тебе большую честь и отвел ответственную роль для поднятия региона! — невозмутимо подтвердил отец. — Открыто новое газовое месторождение, уже началась подготовка к добыче, активно завозится техника, выстраивается целый рабочий городок. Регион отдаленный, но очень перспективный. Захолустье в шестидесяти километрах от месторождения может стать процветающим мегаполисом, и Махдаевы будут активно работать над тем, чтобы именно так и стало в ближайшие несколько лет.
 
— Я рад.
— Значит, мы договорились! — выдохнул отец и поднял квадратный бокал с янтарным напитком. — Улетаешь на следующей неделе. За свои бизнесы не переживай. Башир может передать управление доверенному человеку и будет держать это на особом контроле. Тебя встретят. Уже куплен большой двухэтажный коттедж, даже эту русскую девку можешь взять с собой, в качестве постельной грелки, пока договариваемся насчет укрепления связей с руководителем того округа. У него есть дочь, не наших традиций, но мы сейчас обсуждаем этот нюанс, хотим найти общее решение, чтобы девушка приняла традиции Махдаевых. Думаю, займет некоторое время, но придем к соглашению. Семейная порука свяжет сильнее денежных обещаний.