Держись от меня подальше (СИ)

Пребывающие в квартире девушки решили не оставаться в стороне и облепили Джаву со всех сторон.
— «Playboy» отдыхает, — прокомментировал Дэн.
Раздался звонок в дверь.
— Вы ещё кого-то звали? — уже устал удивляться Артём и поэтому фраза прозвучала несколько обречённо.
— Только своих! — убедительно сообщили ему друзья, кинувшись открывать дверь.
«Своими» оказались Вика, поднявшаяся в компании Мартина, внешний вид которого отличался от того официального, радующего всех в дневное время: строгий костюм, галстук, лакированные ботиночки. В этот вечер на нём красовались лёгкие бриджи, яркая футболка и шлёпанцы на босу ногу.
В руках он держал пакетик, который старательно задвигал, пряча, за спину.
— Моё почтение господа и дамы! — приветливо помахала темноволосая кузина Шеридана.
— Мистер Охренчик, — с ходу обратился к нему её сопровождающий, желая прояснить ситуацию, но Сергей его перебил, точнее дружески поправил:
— Просто Шерри.
За что схлопотал от «Шерри» убийственный взгляд и тут же откорректировал:
— Шеридан. Просто Шеридан.
Шер заметно расслабился. Альтернативный вариант его имени нравился ему куда больше.
— Мистер Шеридан…
— Мартин, ты прямо бесишь, — напуская недовольства в голос, пробурчал Артём, на деле же было даже приятно воображать себя невесть какой важной шишкой, при виде которой все от слюны захлёбываются, забывая, что хотели ему сообщить.
— Что же так заковыристо? Не парься, можешь называть меня просто «Повелитель». И я даже разрешаю тебе не кланяться.
— Хм, — замялся Мартин.
— Если ты только «Повелитель мух», — хохотнул Илюха, найдя новых героев для своей фотосессии.
Вся мужская половина комнаты одобрительно загоготала, а Вика, улучив момент, пока девушки все ещё «отдыхали» от вспышек и теперь кидали ревностные взгляды на новую модель Фотографа, устроилась на диванчике около Данилы. Ей в глаза бросился кальян.
— Вас что, жизнь ничему не учит? — звонко поинтересовалась она, в наглую перебивая Мартина, отчаянно желавшего что-то сказать, плавно переводя взгляд от одного к другому. — Это что? Вы покурить решили? Ладно, твои друзья, — обратилась она к брату, заглядывая в самую глубину его серовато-голубых глаз, — но ты, Артём! Зачем ты идёшь у них на поводу?
— Какой поводок? Это мой выбор, — с вызовом ощетинился брат, на деле он ничего курить не собирался.
— И что в этом плохого? — буркнул Джава, в упор не замечавший проблемы.
— Ребята! Это вам не Амстердам, чтобы увлекаться подобными вещами и вести себя как конченные нарки. Это вредно! — не отступала Виктория, ненавидевшая всё, что хоть немного имеет свойства психотропных веществ.
— Да ни фига!
— Так наше же здоровье! — наперебой заголосили парни, а девушки им активно поддакивали.
— Это вам кажется, что ничего вредного в кальяне нет, — тоном практикующего врача из наркологической клиники встала в оборонительную позицию девушка. — Но на самом деле — это очень опасно. Опаснее, чем курение!
— Мы не курим! — в один голос ответили ей парни.
Лишь один Мартин промолчал, изредка балующийся одной-другой сигареткой.
— В том-то и дело, что вы не курите сигареты, считая это вредным. Но насыщение своих лёгких табаком через это адское устройство вам таковым не кажется, — она поднялась с дивана, желая выразить таким образом свой протест. — Это форменный самообман…
— А-а-а! — раздался визг со стороны ванной комнаты и аккомпанирующий ему плеск воды.
— У тебя, братик, что, свиноферма? Что за визги? — переключилась Вика, не оставшаяся равнодушной к истошному воплю
— Ага, типа того, — вполголоса подтвердил Артём и поспешил выяснить, что же могло случиться со спрятавшейся в ванной девицей.
— Ха-ха! — резко оборвался доносящийся оттуда же смех второго голоса, принадлежавшего всегда спокойному и адекватному Дэну. — А-а-а! Дура! Это ж случайно…
Шер уже успел позабыть, что сам направил туда друга, дабы найти иголочку для того, чтобы сделать дырки в фольге.
Вся веселящаяся в квартире компания во главе с хозяином апартаментов мигом оказалась у раскрытой двери к ванной комнате, где они обнаружили преинтереснейшую картину — бултыхающаяся в море пены Леся и практически валяющийся на ней недовольный Дэн, пытаясь переорать друг друга, дикими кошками пытаются «обласкать» друг друга.
 
— Чмо косоруко-ногое!
— Истеричка!
— Ты меня утопить пытаешься?
— Это ты пытаешься!
— Нет, ты!
— Хорош ругаться, неудачники! — осадил их Шер и протянул руку Ванильному, чтобы помочь ему выбраться из «объятий» Леси, которая и вправду чуть его не притопила, пытаясь самой не утопнуть.
— Спасение утопающего — дело рук самого утопающего! — напомнил Дэн Шеру, когда тот повторил действие с подругой своей девушки. Артём цепко посмотрел на него, но, оказалось, что Ванильному есть что добавить: — Или же двух спасателей, — и усмехнулся.
— Один, боишься, не справлюсь? — вздёрнул бровь вверх Охренчик.
— Ах, как видишь, дорогой друг, я пытался сделать это в одиночку. Но… наш утопающий не так прост, как кажется.
Они оба заржали на манер двух приятелей-горилл, затем неуловимым движением схватили её за руки, каждый со своей стороны, и вытащили «на сушу». Она изобразила обморочный припадок, размякнув на полу прихожей. Все, как один, сгрудились над её «бездыханным телом», тревожно вздыхая. Мартин порывался позвонить в скорую, но его перебил невиннейший комментарий Шера, который на сто процентов был уверен, что девушка продолжает игру:
— А ты что, Зось, нижнее бельё не носишь?
И он оказался прав.
Леся вскочила, как укушенная в попу попугаем, и стала прикрывать руками свою грудь, прижимая локти к насквозь промокшему халату, сквозь который видно было ровным счётом ничего, но она не сразу это поняла.
— В яблочко! — сам себя похвалил Охренчик, наградив бутылочкой тёмного алкогольного напитка.
— Будет щас тебе в яблочко! — огрызнулась мокрая девушка, ругая себя за наивность.
На её слова откликнулся Данила, которому действительно «подфартило» искупнуться:
— Между прочим, мне уже было…
— Как говорится, благими намерениями… — начала Вика.
— Вымощена дорога… — подхватили хором Ава и Ева:
А закончил фразу Шеридан:
— На новоселье! Слушайте, у нас же праздник, а мы тут ссоримся, ругаемся, как бомжи на свалке из-за недоеденного бутера из «Мака». Смешно же. Так что, бразы и дамы, — он поклонился женской половине и поднял вверх бутылку, — предлагаю тост! Так-с, только сначала, — он заметил, что Лесе поднять нечего, но быстро сориентировался и нашёл бутылочку и для неё: — Держи, подруга моей дражайшей второй половины. Друзья, давайте выпьем за то, чтобы всё получалось так, как мы того хотим. Мы — вершители своих судеб. Мы сами закладываем фундамент и строим свои жизни, сами «разбиваем палисадники» вокруг них, сами выбираем «соседей», с которыми нам предстоит сосуществовать. Всё это на наших плечах и в наших сердцах. Так что, будем!
Он поднял бутылочку, звон стекла заполнил комнату.
Они подняли первый тост, второй, третий. К четвёртому, Леся уже перестала следить за тем, кто и что говорит. А то, что было после пятого, она с трудом пыталась вспомнить утром, когда лучи палящего солнца скользили по её закрытым векам, от этого перед глазами рисовались кроваво-красные несуразные картины.
— Ах… — хрипло отозвался чужой голос, оказавшийся её собственным. — Чёрт.
Иллюстрации прошлого вечера, то есть ночи проплывали в её сознании, как слайд-шоу. Только эта презентация не была подобающе оформлена: не хватало соответствующей музыки, да и сами картинки скакали не по порядку. Казалось, что её составил неумелый ребёнок, который во второй раз в жизни к компьютеру подошёл.
Дэн подвешивает свою футболку под потолком, подпрыгнув, как под кольцом…
Вика вышвыривает часть кальяна в окно…