Держись от меня подальше (СИ)

— Хорош кряхтеть, Шерри, — окликнул брата Оливер, тот изобразил на лице слабый оскал и не поскупился на совет:
— Лучше заткнись.
— Да ладно, я же знаю, ты хочешь пойти. Ну, хочешь, я поговорю с тётей Фросей? — Олли откровенно издевался над братом. — Отпрошу тебя у неё и пообещаю, что не выпущу тебя из-под собственной опеки.
— Ты сейчас предложил мне опозориться вместе с тобой на людях, в общественном месте, так сказать? — процедил он сквозь зубы.
Звёздный брат в шутку обиделся:
— Я же как лучше хочу, о тебе беспокоюсь…
— Я тебя щас убью! — мстительно пообещал Артём, направившись к бару в третий раз.
— Эй-эй. Стоп. Может ты не будешь сегодня экспериментировать с «водой жизни»?
— А я и не собирался, — он обернулся к брату, крепко держа в руках закупоренную бутылку, как будто это была бейсбольная бита. — Я тебя ею тресну, если ты от меня не @Нецензурная речь@. Окей?
— Окей, — Олли поднял руки, сдаваясь. — Уже ухожу.
— Погоди, сначала поможешь мне, — бутылка вновь вернулась на законное место, а Шеридан поведал брату план своего побега.
Сбежать из дома он решил уже давно, но сегодня окончательно уверился в необходимости побега на сто процентов. Самое последнее, что он мог простить людям — это насмешки над его величеством, а живя с родителями, которые все ещё продолжали быть инвесторами иждивенца, сидящего на их шеях, он становился бездонным колодцем для насмешек, хоть половником черпай да не захлебнись.
По плану Шера Оливеру рассчитывалось занять на некоторое время его место, а ему покинуть дом под видом Олли. Предполагалось, что Оливер будет изображать из себя брата до тех пор, пока его не обнаружат родственники или не сдаст Веник, который может случайно выявить подмену, ему всегда везло на всякие нелепости. Поэтому рэпер отзвонился ждущей его снаружи Соне и соврал, что ему пришлось срочно уехать, так как дело касается жизни и смерти, и ей придётся добираться домой одной. Соня наслала на своего парня все ведомые и неведомые проклятия, пожелала охрипнуть на сцене и помереть от жажды на глазах миллионов своих фанатов, которые бы затем кровожадно растаскали его бренное тельце на сувениры. Оливер её слова воспринял стойко, шепнул на прощание, что «обожает свою горячую штучку» и, проследив в окно, как она ушла, отдал Шеру команду к началу действий.
Чётко следуя намеченному плану, Шер наскоро побросал в спортивную сумку шмотки первой необходимости, распрощался со своей коллекцией сникеров, пообещав им шёпотом скоро забрать их с собой, спёр по-тихому из сейфа Ефросиньи свой телефон, надвинув на глаза козырёк кепки и натянув поверх неё капюшон, спешно покинул территорию резиденции старшей четы Охренчиков, и запрыгнул в свою родную «бэху», от которой ему наконец-то были возвращены ключи.
Вообще, вся эта ситуация с обменом машин была такой дурацкой, что без смеха не взглянешь. Они с братом решили поспорить, как это обычно делали, на какую-нибудь глупую ерундовину, так, ради азарта, чтобы развеять скуку. Вот и в тот раз они забились на то, что, пробегая по коридору с подносом, полным горячего чая на двоих и изящным антикварным заварником, Вениамин Аристархович о верёвочку, добродушно протянутую парнями в десяти сантиметрах от пола, не споткнётся, а споткнувшись, не упадёт и удержит равновесие, как истинный гарсон, получивший медальку и звание почётного халдея в Ассоциации Рестораторов. На кон они поставили свои тачки. Проигравший должен был отдать свою машинку победителю в пользование на неделю.
Но, к вящему разочарованию обоих, Веник так и не дошёл до веревочки, растянувшись на полу за три метра о подкинутую кем-то безгранично заботливым банановую кожуру. Шеру чуть позже вспомнилось, что это его рук дело, но сознаваться он посчитал делом ниже своего достоинства. Так что сложившиеся обстоятельства парни отнесли на счёт роковой случайности, приведшей к полному разгрому обоих. Нарушать правила спора было нельзя, и они обменялись, таким образом, Оливеру пришлось кататься на шестой «бэхе», а Артёму на «Эскалейде».
 
— Здравствуй, красотка, — проведя по приборной панели, ласково обратился к своей четырехколёсной подруге Артём, — больше я на тебя спорить буду, обещаю. О-о-у, во что же тебя превратил, родная, этот Оливер-Руки-Крюки-Из-Жопы.
Он с негодованием оглядел салон, на заднем сидении которого был целый склад пакетов с логотипом Bronx Style, проматерился на счёт сдвига Оливера по теме одежды и необходимости её пиарить, иначе зачем скупать целый магазин — разумеется, шмотьё ему выдали бесплатно в обмен на рекламу. Он закинул к ним свою котомку, достал из бардачка диск наугад, вставил его в магнитолу и, когда салон наполнили басы соло-альбома исполнителя Триады, мгновенно узнал вторую часть альбома «Точка Росы» и понял, что сделал верный выбор. Он выбрал пятый трек и резко стартанул.
Охренчик-младший немного поколесил по городу, наслаждаясь тем, как дорога мягко стелется под колёсами и слушал музыку, а затем решил отправиться по адресу той квартиры, что досталась им в дар с Леной от мэра. Он созвонился с Толяном, чтобы разузнать адрес, но тот смог снабдить его информацией лишь о номере дома и улице, а вот квартиру Шеру предстояло найти самому, как и пробраться в неё, ведь те ключи, что были у него, он отдал своей жёнушке, с которой у него сейчас были напряжённые отношения, и звонить, чтобы забрать ключи, он точно не собирался. А сейчас даже испытывал некоторое ощущение жалости, что отказался от помощи Оливера, который легко мог бы помочь ему снять квартиру в любом районе города.
Подъехав в центр, где расположился шикарный многоквартирный дом, в котором и должна была быть необходимая квартира, он решил не рисковать и не штурмовать крепость своими отмычками. Здесь ведь и охрана на высшем уровне, так что полицаи, в случае чего, за полминуты нарисуются, а обратно за решётку — вот уж глупость сверх меры.
Артём решил ещё немного покататься по городу, по которому успел соскучиться за двадцатичетырёхчасовое принудительное заключение, ему хотелось надышаться воздухом, прежде чем он приедет на тусу в клуб. Наездившись вдоволь, он припарковался у моста при въезде в город, который ему особенно нравился. Дойдя до его середины, он достал телефон и изучил пропущенные вызовы, но перезванивать никому не стал, лишь отметил, что он всё же был нужен многим из его друзей.
— Да… Нужен всем, кроме тебя, — как-то обречённо выдохнул он, открыв фотографию спящей девушки, на лице которой красовался фингальчик, ничуть не смущавший его нежных чувств.
Что-то его кольнуло в сердце в этот момент, будто она просила его о помощи, якобы с нею что-то произошло. Его сердце заколотилось чаще, рука зачесались в желании набить морду обидчику, но он молча созерцал её изображение, ещё крепче сжимая в руке телефон, умом понимая, что это его больная фантазия, которая ищет причин для встречи. Экран быстро покрылся мелкими каплями дождя, пока совсем не погас, а потом Артём ещё некоторое время не мог отвести взгляда от потухшего дисплея, но ехидный голосок в голове не преминул намекнуть ему, что в довершении картины ему только скупую мужскую слезу пустить осталось, и он вновь взял себя в руки.
Дорога до клуба не заняла много времени, а вот количество присутствующего там народа смущало. Создавалось впечатление, что клуб резиновый.
Перед тем, как покинуть машину, он дыхнул в сложенную лодочкой ладошку, и понюхал — запах виски все ещё не выветрился. «Парням это не понравится», мелькнуло в голове Шера, он зажевал две подушечки мятной жвачки, которую выплюнул уже через десять минут, и вдруг понял, что очень сильно хочет пить. С этим желанием он пошёл на абордаж клуба, первостепенно решив заглянуть в бар.
— Приветос, брателло!
— Оу, ваззап, мэн!
— Ка-а-акие люди!
— Йоу, браза!
Доносилось до него со всех сторон сквозь звуки музыки, он кивал им, бурчал что-то в ответ. Кое-как он добрался до барной стойки, где его ждало разочарование. Официант извинялся, но «вся вода закончилась, ибо наплыв участвующей в конкурсе молодёжи предельно высок, а они предпочитают до выступления алкоголем свои молодые организмы не заливать, в наличии же остались только спиртосодержащие напитки, но если господин хороший хочет пить, то в зоне ресторана на втором этаже можно хоть воду из-под крана попросить».