Держись от меня подальше (СИ)
Настроение Леси было неприлично приподнятое, а Егор, присаживаясь на диван для просмотра выбранного ею фильма, задал уже давно интересовавший его вопрос (к тому же его волновал факт наличия на теле Леси мужской рубашки):
— А чья это квартира?
— Подруги Ленки. Она замуж выскочила за типа с пресмешной фамилией… блин… как же… что-то такое с хреном связанное…
— С хреном? — переспросил Егор, готовясь к худшему.
— Ага…
— Может… Охренчик? — братец Лены округлил глаза.
— Так точно! — Леся игриво приставила руку к голове.
— Охренчик? Уверена?
— Ага, сто процентов. Мы ещё с Ленкой долго угорали над его фамилией.
— Лена тоже угорала? — уточнил Егор, уже ни в чем неуверенный.
— Ну, она скорее выразила сочувствие, ты же знаешь, какая она у нас благодетельная, — Леся тепло улыбнулась. — Только я не поняла прикола — что это за кретинище называло себя её парнем?
— Это господин Охренчик собственной персоной, — отозвался Матв, абсолютно не желая верить в то, что сейчас так ясно предстало перед глазами.
А вот Леся думала вслух:
— Значит, он женат, то есть у этого козла есть жена, Лена об этом знает, но всё равно с ним встречается? О, как низко она пала! — Леся, ужаснувшись, грохнулась на софу. Егор поспешил её исправить, пока подруга сестрёнки не учудила ещё чего (отпаивать девицу в обмороке ему было не с руки — тело и душа рвались накостылять Артёму за прыткость и заодно Лене за безрассудство):
— Это значит, что Лена вышла замуж за этого кретина, — мрачно возвестил он.
Леся развеселилась:
— То есть наша Ленка сейчас Охренчик?
Егор кивнул, а девушка заржала в голос.
— Совесть имей, — окрикнул её Матв, — неужели ты считаешь, что это смешно?
— Да! — не стала церемониться Леська. — Идиотская фамилия, вот ей под-фартило-о!
Она уже чуть ли не по полу каталась. Олеся уже даже не знала от чего ей смешнее: то ли от того, что такого красавчика наделили зверской фамилией (у него, сто процентов, есть кто-то из небожителей, кому он по-крупному нагадил), то ли из-за того, что подруга теперь щеголяет с офигенной завидной фамилией. Как бы то ни было, Егор тоже заразился и присоединился к гоготу, который был прерван звонком в дверь.
11
— Здравствуй, братик, я не вовремя, да? — осторожно поинтересовалась я и начала пятиться назад.
— Привет! — он хитро прищурился и, схватив меня за руку, втащил в квартиру, абсолютно не смутившись своего нескромного вида. Да, мы родственники, я его и голым не раз видела — мы в детстве всегда в ванной вместе купались, в общем, смотреть на его голый торс я могла без стеснения, но он вроде как сейчас у моей подруги. А это наводит на некоторые мысли. Радостные мысли!
Леся сидела на диване, поджав ноги и уперев невидящий взгляд на ловящего руками в воздухе самолёт Супермена. На моё приветствие она не ответила, пребывая в глубокой задумчивости.
— Тебе есть что нам рассказать? — Егор усадил меня на кресло рядом с диваном и поставил руки на мои колени, давая понять, что сбежать мне не даст.
— Мне есть что у вас спросить!
— И что же? — удивился братишка.
— Ты и она… вы вместе?
Не знаю, кто из них поперхнулся больше, но определённо, я попала в точку. Эх, Егорка, кажется, ты больше не гей!
Брат опустил глаза, а Леся, до этого кусавшая в нерешительности губы, вообще отвернулась.
— Ну-у…
Егор начал выразительно мычать, но Леська его перебила:
— Мы решили попробовать!
Сложилось такое впечатление, что Егор был удивлён гораздо больше меня — его гляделки стали размером с глаза голодных питомцев китайских тамагочи.
— Значит, ты не влюблён в Лёшу? — решила уточнить я.
Теперь настала очередь Леськи пучить глаза.
— Ты что, Ленк, — отшутился Егор, — это мы решили тебя так разыграть!
— Правда? — кажется, я и сама уже не верила своему счастью — мой брат нормальный! Троекратное ура!!!
— Правда-правда! Просто прикольнулись с Лёхой, скучно было, ты же меня простишь за это?
— Главное, чтобы Леся простила, — изрекла я мудрую мысль и стала подмигивать подруге, намекая, что самое время прощать.
— Да-да, я прощу своего пупсика, — растянула она губы в улыбке и притянула его к себе, а потом стала чесать ему голову. А я думала Егорка не очень любит, когда его волосы трогают. Видимо, любовь творит чудеса.
— Так, стоп! — внезапно вырвался из объятий своей любви мой братишка и вновь накинулся на меня. — У меня есть к тебе одна просьба.
— Конечно, говори.
— Паспорт.
— Что?
Шутит что ли? Зачем ему мой паспорт?
— Ты обещала выполнить просьбу.
— Да, я слышала, ты обещала, — поддакнула предательница-Леська.
Решив, что сегодня все сошли с ума, я достала свой персональный маленький альбомчик с ужасной фотографией и передала его Егору. Тот принял его, как гранату с выдернутой чекой, точно так же он его листал, а потом, ужаснувшись (ну, не всем же красавицами на фотках выходить), выкинул его «фашисту» — Радуге. Та повторила и мимику, и реакцию, в результате документ упорхнул в раскрытое окно.
— Вы чего? Совсем что ли? Это же паспорт! — завопила я, подскакивая к окну. Паспорт благополучно грохнулся на клумбу с цветами.
Эти двое, шокированные моим фото, полётом «альбомчика» в цветник не впечатлились. Так что я быстро рванула на выход — спасать документ. Кто, если не я?
На выходе меня догнали заданные хором вопрос:
— Ты вышла замуж?
— Ты теперь Охренчик?
Так вот что их шокировало. Да, не вас одних, ребята. Я сама, когда в первый раз увидела, тоже была немного удивлена, то есть обескуражена, то есть озадачена, в общем, охренела я.
Положение стало ахтунговым, даже более чем. Однако, впадать в истерику я не стала, а продолжила свой побег. После того, как я наслушалась летящие из окна: «Да как ты могла?», я нашла паспорт и устроила забег под лозунгом «Как можно дальше от психов!». А по пути меня догнал звонок мобильного телефона. Я думала, что это звонит психованная парочка, чтобы продолжить свой терроризм и дальше, но оказалось, что это Толик.
Он был немного недоволен, так как у меня дома никого не оказалось и ему дверь не открыли. Я, в свою очередь, расспрашивала его про Артёма. Услышав неблагоприятные вести, я чётко знала, чего хочу. Так что мы договорились, что Анатолий заберёт меня, мы поедем ко мне домой, я отдам ему халат, а потом он поможет мне провернуть одно дельце. На том и сошлись.
Анатолий не заставил себя долго ждать — его машина уже через пять минут вырулила из-за угла. К моему дому он спешил на всех парах и к разговорам склонен не был, так что я развлекалась слушанием музыки и обдумыванием поворота нашей непростой ситуации. Очень надеюсь, что моему братику с подружкой не взбредёт в голову посвящать остальных в нашу семейную жизнь.
Наша.
Семейная.
Жизнь.
О как звучит! А на самом деле — фи! Но всё равно Тёмка мне дорог. Это раньше я бы сто раз подумала, прежде чем вставать на защиту хамоватого дегенерата, сейчас его положение в моём сердце было крепко залито цементом, а для пущей убедительности ещё и суперклеем. Артём, определённо, стал тем человеком, которого я хотела защищать.
Вскоре Толик стал счастливым обладателем «плюшевого» китайского халата, а меня он, став неожиданно разговорчивым, посвятил во все подробности ночной экскурсии моего благоверного в места не столь отдалённые, уважительно выслушал мои ахи-охи, выразил искреннее сочувствие, что я такая неудачливая и теперь вынуждена влачить столь непрезентабельное существование и занимать абсолютно не вакантное место жены этого нарушителя закона, и расстроенно пробурчал себе под нос, что «лох — это судьба». А то я и сама не знала.
Теперь настала очередь Толика выполнять свою часть сделки, которая заключалась в том, чтобы протащить меня к Артёму. Немного ранее я самым честным образом пыталась до него дозвониться, но Анатолий сказал, что его суровая мать отобрала коммутирующее устройство, отобрала ноутбук и вообще всю технику из его комнаты вынесла. Раньше я бы с удовольствием посмеялась над беднягой-Охренчиком, а сейчас мне было его жаль, к тому же просто необходимо было попасть к нему, поговорить, обсудить наше положение, решить, что делать дальше. Да и сам факт того, что меня тянет к нему, меня раньше бы испугал, а сейчас я будто смирилась.