Держись от меня подальше (СИ)

— Оливер? — неверяще спросила я, а моя челюсть, кажется, отправилась искать себе место парковки на бордюре, около моих ног, облачённых по случаю жаркого летнего дообеденного солнцепёка во флип-флопы (как научил меня называть обычные сланцы Егор).
— Оливер, — глубоко кивнул друг, продолжая улыбаться.
Определённо, не зря он так популярен среди девушек — его улыбка может свести с ума, даже несмотря на то, что в глазах залегла некая усталость, будто он полночи батрачил, таская на своей звёздной спине мешки с картошкой и свёклой, а остальные пол ночи мучился бессонницей, осознавая, что тех жалких пятисот рублей, которые он только что заработал, хватит разве что на праздничный веник из полевых ромашек, а никак не на достойный букетище. Но эта искорка усталости не помешала мне поддаться на чары его мимики, и я начала улыбаться в ответ. Самопроизвольно. Уголки губ просто не поддавались контролю.
Олли, удовлетворившись произведённым эффектом, поспешно выскочил со своей стороны и, обогнув в три прыжка машину, открыл передо мной дверцу. Мне оставалось только вновь умилиться его безупречным манерам и поблагодарить:
— Спасибо.
— Милая, тут «спасибо» не отделаешься, — заговорщицки прошептал он, а когда я попыталась возразить, приложил палец к губам: — Тсс!
Далее последовал мой жесточайший допрос на тему «Почему ты просил никогда тебе не звонить?», который, он, к слову, выдержал. Оказалось, что у него стащили телефон некие «бесчестные граждане», а потом, видимо, всему списку контактов отослали разных дурацких СМСок. Пришлось его пожалеть и простить, а также совместно проклясть антифанатов его творчества.
На все мои дальнейшие попытки узнать, куда мы едем и зачем, он отмалчивался, лишь криво усмехаясь и хитро строя мне глазки. Жалобы на то, что меня ждёт подруга с истерикой он игнорировал, говоря, что не задержит меня надолго. Зато его веселил мой «уморительный» вид, а также запыхавшееся лицо, с каким он меня встретил — я же улепётывала от опасных бабулек, ещё бы я не была взволнована, и он меня подкалывал на эту тему. Я пыхтела, как допотопный паровоз, но суперидеи Серы и Гриппа раскрывать не стала — об этом хотелось поскорее забыть и не вспоминать, как страшный кошмар. Подумать только — Агриппину в родственницы! Да это же, как скажут Матвеевы, когда узнают, «об стену убиться» покажется лёгкой смертью.
По пути я также продолжала поглядывать на экран мобильника, в ожидании звонка от Тёмы, но он молчал, всё было глухо, как в танке. В конце концов, Оливер спросил, почему же я не свожу взгляда с экранчика, а потом сразу же сказал, что это я от Шера жду вестей.
— Напиши «Не буду тебе навязываться, но хочу оградить от неприятностей…», — посоветовал он, так и не дождавшись от меня подтверждения догадки, — прибежит как миленький — мужчины трусливы.
Олли довольно усмехнулся, я тоже улыбнулась шутке, затем стала спешно выдумывать ответ, чтобы не посвящать его в мои глупые переживания. Какой-то сотой долей своего подсознания я представляла, что с моим муженьком могло произойти что-то серьёзное, но продолжала быть уверенной, что он не хочет мне звонить — вот так всегда, я предполагаю то, что по сути, должно меня ранить, а не то, что могло причинить боль ему. Может это и эгоистично, а может наоборот, не знаю — но думать, что с ним могла случиться беда, мне не нравилось.
Таким образом, я соврала другу, что пытаюсь сочинить сообщение для Леси, чтобы она не сильно ругалась моему опозданию. Оливер над моими потугами поржал и помог составить сообщение подруге. Она мне перезванивать не стала, но прислала ответ, что смерть моя будет долгой и мучительной, а ещё пошловато-извращенской.
Вскоре мы подъехали к модному торговому центру, который по своей территории уступал разве что «ИКЕА» и «Оби» вместе взятым. Сам он был двухэтажным, но весь первый этаж уделялся под парковку, а весь второй — под брендовые магазинчики и кафешки. Чтобы обойти всю территорию надо иметь крепкие ноги и упорное желание. Ещё недавно я и не подозревала, что у нас столько торговых центров в городе, сама я по ним не ходила, и убеждала в этом Леську. А сейчас чуть ли не каждый день в них бывала.
 
Теперь я знала, что у нас в городе два торговых центра: «Golden City Life», где меня одевал Шер, и «Rock your Life», куда меня привёз Олли. Если судить объективно, то первый был более интересен, ведь он включал не только магазинчики, но и развлекательно-увеселительные заведения, да и назывался культурно-развлекательным комплексом, зато второй был более любим неформальным контингентом местной молодёжи — здесь можно было одеться представителю любой субкультуры.
Оливер рассказал, что раньше здесь частенько случались драки между этими представителями, так что руководством было решено довести количество охраны до критерия «навалом», да ещё ко всему прочему облачить их всех в военную форму — крепкие брутальные мужчинки с волевыми квадратными подбородками, приодетые в милитари, наводили на всех священный ужас, в итоге территория стала нейтральной. Именно «Rock your Life» любители поконфликтовать без мордобоя выбирали для выяснения отношений. Нередко здесь, проходя мимо кафе-мороженого с воздушным невинным названием «Blue Clouds», интерьер которого на самом деле включал голубые тона, можно было заметить, как за круглым столиком на двоих сидели друг напротив друга два набыченных персонажа: панк с воинственным ирокезом и кучей проколотых местечек на теле и разукрашенный с ног до головы татуировками бритоголовый ненавистник наций (а вот интересно, знай они перевод названия кафе, они бы сюда завернули свои башмаки сорок пятого размера?), которые вот так простенько за вазочкой мороженого обсуждали недостатки друг друга.
Оливер рассказывал очень забавно, я хохотала, представляя себе героев, и это действительно выглядело смешно, хотя сомневаюсь, что тем панкам было до смеха. Олли говорил, что им поднадоедало колошматить друг друга почём зря, но исчерпывать конфликт каждый считал ниже своего шибко эверестового достоинства, вот они и отрывались здесь, тренируя остроту язычков.
Я стала немного побаиваться этого торгового центра, но Оливеру говорить не стала, хотя до самого момента, когда он меня отволок к сверкающей яркими надписями-граффити витрине, где скромно кучковались цветные манекены в разнообразной модной одежде, каждый из которых держал в руках или стоял на кубике с буквами, вместе составляющих название магазина «Урбанский стиль», я сомневалась, что мы пришли по адресу, вплоть до его воодушевленной фразы:
— Ну, всё, зайка, пришли.
— Зачем мы здесь? — я покосилась на зазывной плакатик «Дитё урбана, дуй сюды!»
— Приодеться, — подмигнул он мне и потащил внутрь.
— А-а, — до меня дошло наконец, — хочешь, чтобы я помогла тебе выбрать одежду.
Оливер рассмеялся, на его мягкий, задорный смех выскочило сразу три продавца, причем один из них был мужского пола. Узнав своего постоянного клиента, девушки тут же подхватили его под обе руки, а продавец с нечёсаной веками головой сомнительно уставился на меня, решая в уме, достойна ли я его внимания. Всё же, наличие в моей компании Оливера Басса (хотя это с какой стороны посмотреть — вроде это я была в его компании) послужило стимулом к признанию меня, как покупателя, и он подошёл ко мне:
— Здравствуйте, «Урбанский стиль» респектует вам своё приветствие!
Он одарил меня очаровательной улыбкой, которая к его оранжевой футболке с эмблемой магазина шла неимоверно. Девушки, кстати, тоже были в оранжевых маечках, на их бёдрах присутствовали мини-юбки, которые скорее напоминали пояса. Парень был в широких джинсах, на которых было много всяких железных висюлек, и белых кроссах. Я очень неприличным образом оглядела его с ног до головы и остановила свой взгляд на кроссовках, которые были идентичны оливеровским. Не то, чтобы я была фаном подобного стиля одежды, просто я вдруг заинтересовалась — как же им удаётся поддерживать их в идеальной белизне. Моя обувь, например, после двух метров покрывается пылью и прочим, а вот парни особо вроде за обувью не следят, но тем не менее, результат на лицо. Продавец с бейджем «Nice Guy» проследил за моим взглядом, понимающе кивнул и выдал фразу, растянув улыбку ещё шире: