Держись от меня подальше (СИ)

— А Лене в глаз плюнули. Бабулька с первого, — ляпнул он самое обидное.
— Ядом плюётся уже? Вот гарпия, — возмутился дядя, который воспринял проблему всерьёз. — Давайте ей отомстим.
— Не надо ничего, она помочь хотела. Вылечить ячмень на глазу, — встала я на защиту старушки.
— Она просто неверно истолковала ситуацию, — развёл руками Шер. — У Лены был ячмень в глазу, я его изучал…
— А, вот как это теперь называется, — быстро сориентировался Максим. — Давайте-ка свои шуры-муры переносите на кухню. У нас пирог. Только из духовки.
Он широко раскрыл дверь, приглашая нас войти. Я приглашающе мотнула головой, но Артём сказал, что вынужден отказаться. От дяди Макса отболтаться было сложно, но он смог и довольно быстро.
Пирог оказался действительно выше всяких похвал. Чтобы не оказаться под обстрелом дяди, который хотел знать всё о наших отношениях с Шером, а также выведать, почему Фео не получил зелёный, я утащила кусок себе в комнату, включила сериал и просидела пару часиков, а за окном начал разливаться рассвет, ранний в середине июля.
Артём прислал мне пару сообщений. Милых и сдержанных. И я уснула в кровати с ноутбуком на руках. Сон я свой не помнила, но спала в ту ночь крепко.
А на утро позвонила бабуля Рада и отругала папу, что давно её никто не навещал. Папа с Максимом сослались на непрекращающуюся работу. Соня в лагере. Егор стал рассказывать о своей подготовке к свадьбе. Стас заверил, что помогает, и я даже подтвердила. А меня Стас защищать не стал. Так что остались только я и Сеня, два бездельника, которых решено было отправить в гости.
По бабуле я скучала сильно, не виделись мы с самого моего поступления. Я несколько раз хотела приехать, но каждый раз ситуация складывалось против. Я несколько раз попадала в больницу или заболевала перед самой поездкой. Да и бабуля всегда навещала нас не вовремя, её нечастые приезды обычно приходились на мою сессию.
И сейчас, выбирая между Артёмом и бабулей, я малодушничала. Я хотела остаться с ним. У нас всё только начиналось, я боялась, что уеду, а он забудет меня. Но если он забудет меня, то зачем мне такой контуженный со слабой памятью нужен тогда? Этого я не знала, но знала, что нужен.
Дядя Коля тоже надумал ехать, хотел проверить стоит ли в будущем бороться за наследство — у бабули был свой дом, резной красавец, который ставил дед. Расположенный у чёрта на куличках, если он и представлял ценность, то как шутил папа, только для тех, кто познал себя, ибо там не было толковой мобильной связи и интернета. Для звонков бабушка ходила в районный центр. Компьютера у неё тоже не было. Телевизор показывал определённые пару каналов, программа которых не менялась десятилетиями. Колонка стояла на улице, но баня топилась исправно. Газ бабуля тоже проводить не желала, предпочитая по старинке печь. Туалетные удобства также стояли на расстоянии от дома, а установленные в современных квартирах внутри они называла мракобесием, но бывая у нас в гостях, обычно терпела до последнего, и всё же пользовалась благами.
В общем, в чертогах бабули всё благолепие жизни современного человека отходило на задний план. Становится понятно, почему мы не особо жаловали поездки к бабуле, хотя приехав туда всегда проводили время весело. Нашей семье вообще никуда ехать не надо, цирк на колёсах и без колёс — это мы.
К тому же дорога, занимая всего около трёх часов, наполовину состояла из ям и колдобин. Наши современные родители привыкли к ровному асфальту, и я сомневалась, что они даже отвезти нас туда захотели бы. Но не попутках же добираться, как делала это бесстрашная баба Рада.
Тут кстати пришёлся дядя Коля, которому, разумеется никто не рассказал, какая колыбель цивилизации есть место обитания бабушки. Он был вполне себе бодр и решителен. Eго глаза горели азартом, прикидывая как удачно в будущем распорядиться наследством. В делах материальных он своего бы не упустил.
Страдали только я с Сеней. Бегать с камерой за коровами ему было скучно, бегать от гусей не сильно забавнее, но у местной молодёжи вызывало смех. Помню, мой прыщеватый жених Игоряша натравил на меня папу гуся, когда его семейство чинно шествовало к водопою. Этот глупый мальчишка посоветовал мне угостить птичек семечками, которые мы мирно щёлкали на лавке. Скажу лишь, что статус моего жениха он сразу потерял. Он вообще слишком громко смеялся, что свалился под лавку прямо в коровью лепёшку. А после даже засверкал фингалом под правым глазом, одаренный щедрым Егором.
 
В общем, деревенские будни Сеньку не прельщали, и мы завтракали с понурыми лицами, а остальные веселились. Егор меня успокаивал тем, что и сам приедет к ней, чтобы забрать на свадьбу. Только свадьба его ещё не скоро. И надеюсь, мне не придётся торчать в условиях первобытности до самого торжества.
И если вчера я неслась на свидание вприпрыжку, то сегодня спускалась навьюченная, будто неся на своих плечах всю тяжесть бытия. Но к моему удивлению и мимолётной радости меня встречал Артём в той же позе. И старухи на скамье вновь костерили таксистов. А я улыбалась, и пошла к нему, а потом вспомнила, что уезжаю. Он, видимо, хотел снова меня удивить и утащить на новое свидание. Так что моя радость быстро поутихла.
— Эй, куда намылилась? — выросла передо мной Грипп. — Снова на такси, денег на тебя не напасёшься.
Она стала рыться в бездонном кармане, похоже наскребая мне на новую поездку. Щёки залила краска.
— А мы к бабушке Раде едем, с семьёй, — я кивнула на выкатывающихся из подъезда дядю Ника и Сеню. Следом за ними шёл деятельный Макс, на вытянутых руках держа испечённый с утреца для матери её любимый рыбный пирог. У них на селе с красной рыбой была напряжёнка, но любила её она сильно. Приезжая к нам, всегда наедалась до отвала.
— Ведьма, ведьма, — каркающе зашелестели старушки, услышав имя бабули, тыкая друг дружку костлявыми локотками, а Сера перекрестилась и добавила: — Вот, не зря у ней ячмень-то вызрел на гляделке. Тело-то чует.
Чего чуяло моё тело по мнению Серы мне было неведомо, зато я знала, что оно чувствует к Шеру. Он уже стоял рядом и поприветствовав стал помогать мне с поклажей. По закону жанра, ушлые родственники быстро смекнули, что человек с лёгкой сумкой, а взяла я всего по минимуму, — идеальный кандидат, чтобы помочь. Со стороны я смахивала на туриста с рюкзаком размером со своё тело.
— Заждался вас, — шепнул он мне и улыбнулся.
— Ой, а я же еду к бабушке.
— Я знаю, — подмигнул он.
— Ты хотел увидеться перед отъездом? — озарила меня самая очевидная мысль, и она казалась ужасно милой.
— Ты мне даже не сообщила, — укорил он.
— Я забыла.
Я действительно забыла написать ему сообщение, которое планировала отправить из дома, памятуя о том, что там возможности не будет. А он, между прочим, отказался ехать в свой любимый лагерь. Ради меня. Или не ради, но время со мной он точно проводить собирался.
Артём стал перетаскивать наши котомки в свой багажник, я лишь хлопала глазами и одобрительно косилась на напряжённые мышцы.
— Артёмыч, здравствуй, — заорал дядя Макс, когда сосредоточенный на пироге, обошёл опасно толпящихся зевак. — Спасибо, что приехал.
— Это ты его позвал? — надо бы переставать удивляться всему подряд.
— Конечно, свежий воздух, парное козье молочко, ягоды, ммм… — стал перечислять дядя радости, умалчивая о горестях. — Пригласил Артёма вот насладиться.
— Что?
— Да мне не сложно, буду сегодня вашим шофёром, — примирительно заверил Шер, открывая для меня переднюю дверцу.
— Учиться тебе надо, а не шофёрить, — по-матерински похлопала его по плечу Сера, оглядывая салон.
И пока я мысленно возмущалась наглости оплевавшей меня вчера старухи, Николай Велимирович прошмыгнул на соседнее с водителем сиденье.
А следом к нам в машину напросился также Пирожкович уверяя, что приболел, он хотел показаться нашей бабуле знахарке. Дело обычное. Пришлось мне с ним и Сеней усаживаться сзади, а на мои колени ко всему прочему водрузили пирог, всю дорогу источающий головокружительный аромат прямо мне в нос.