Туманная река 2 (СИ)
— За таких, как ты дали, — улыбнулся своими пожелтевшими зубами кэгэбешник.
— Небось, сам враг народа Берия руку жал? — я тоже улыбнулся.
— Пошел вон! — заорал Сидоров, — подпиши ему пропуск, — резко крикнул он Андроникову, — наш разговор еще не закончен.
Лейтенант беспрекословно черкнул что-то на повестке, и я с чистой душой вышел из кабинета.
— Ты куда уставился? — прошипел Сидоров своему коллеге, который с большим любопытством рассматривал наградной знак заслуженного работника НКВД.
— Что ты Петя, что ты, — засмущался Андроников, и сделал вид, что что-то важное потерял в бумагах.
— Ничего, — старший лейтенант мысленно обругал себя за прокол со значком, — мы этого фрукта прижучим по крупному, дай только срок.
Вечером в нашей избушке мы устроили небольшой пир, точнее Тоня и Наташа привезли откуда-то свежей выпечки, а я по-быстрому решил накоптить несколько жирных рыбешек скумбрии. Черный, как смоль кот Васька, который за последние дни прибавил килограммов пять присел с деловым видом рядом, и посмотрел на меня умными глазами. Давай, хозяин не жадись, прочитал я во взгляде котофея, прокопти парочку и для меня. Толик на стихийный сабантуй пригласил Иринку, которая жила в двадцати минутах ходьбы. Прохор же для посиделок сколотил две длинные лавки. И вот в такой компании, я, Санька, Вадька, Толик, Тоня, Наташа, Ирина и наш всеми уважаемый фронтовик Прохор, поедая нехитрую снедь, мечтали о будущем.
— Эх, зря ты, десять тысяч на счет детского дома отдал, — сокрушался Санька, когда я рассказал о своём походе в КГБ.
— И ничего не зря! — вспылила Наташка, — родному детскому дому надо помогать! А деньги мы еще заработаем.
— Хочу всех предупредить, — сказал я, — с этого дня никаких левых заработков. Работаем исключительно по договору. Боюсь, что кэгэбешники так просто от нас не отвяжутся.
— А как тогда на постройку нового дома раздобыть средства? — загрустил Вадька, который одной рукой, как бы нехотя обнимал Тоню.
— На этой неделе у нас три дискотеки, — стал считать я, — это примерно пятнадцать, восемнадцать тысяч. Что нам еще для полного счастья нужно докупить?
— Концертные костюмы на смену нужны, — первым выпалил Земакович, — а то после каждого выступления их хоть выжимай от пота.
— Тоня, — обратился я к нашему человеку на самой модной фабрике в Москве, — сможешь для нас специально сшить еще один комплект джипсов и рубашек?
— И платьев, — добавила Наташка.
— Сейчас такой завал на работе, — засмущалась Тоня, — может быть на следующей неделе.
— Годится, — согласился Санька.
— Новый синтезатор нужен, — скромно заметила Иринка, — на двух октавах среднего регистра много не наиграешь. Хотелось бы, чтобы октав было семь.
— Если Виталик с отцом спаяли всю электронику для двух, то сможет сделать и для семи, — решил я, — а клавиатуру и новый корпус изготовит золотых рук мастер Прохор. Возьмешься? — спросил я у фронтовика.
— Сделаю, — улыбнулся он.
— Итак, подведем итог, — я разлил всем по кружкам свежего хлебного кваса, — для постройки дома нам понадобится примерно сто пятьдесят тысяч рублей. Если на весь июль поехать с гастролями по всему золотому кольцу России и прочему Подмосковью, то к августу требуемая сумма у нас будет в кармане. Параллельно в горисполкоме вытребуем участок под постройку.
— И что мы все вместе будем жить в одном доме? — кисло протянул Толик Маэстро.
— А ты чем не доволен? — вспылил Санька Зёма, — еще недавно спали в одной комнате на пятнадцать человек!
— Да я так, — смутился Толик.
— Успокойтесь! У каждого в доме будет по своей комнате, — объявил я примирительно.
Глава 16
Субботняя дискотека в ДК Строителей стала событием в прямом смысле слова запоминающимся. Во-первых, кроме нового синтезатора из четырех октав, который смонтировал нам Виталик, мы опробовали первую в стране светомузыку из автомобильных фар. Во-вторых, Геннадий принес нам свеженькую еще пахнущую пластмассой нашу первую виниловую пластинку. На конверте была отпечатана картина Маши Ларионовой, которую она подарила мне на шестнадцатилетние, со всем нашим вокально-инструментальным ансамблем. Внизу была подпись «Синие гитары». Конечно, пластинку тут же в радиорубке поставили на проигрыватель во время антракта. Такой звук грянул из динамиков, что народ в первые минуты опешил, что такое, музыка есть, а любимой группы нет.
— Нужно будет объявить места, где можно приобрести первую пластину «Синих гитар», — зашептал мне на ухо Геннадий.
— Обратись к радисту, — махнул я рукой и пошел в музыкальную коморку.
Да это тебе не «Ландыши», подумал я, проходя мимо танцпола, даже для восьмидесятых и девяностых звучание было актуальным. А уж говорить про шепелявый аудио кассетный звук «Ласкового мая» или «Миража» вообще не стоило. С мыслями о том, что мы записали бомбу, я еле-еле пролез в необычайно наполненную людьми репетиционную.
— Вот руководитель нашего ВАИ, — похвасталась Наташа какой-то с темно-русыми вьющимися волосами женщине, одетой в женский костюм, состоящий из юбки и жакета.
Женщина между тем с интересом рассматривала концертный костюм, который ладно сидел на Толике Маэстро.
— И кто же вам смоделировал ваши, эти, джипсы клёш? — удивилась женщина, посмотрев на меня.
— Богдан сам все в эскизах нам нарисовал, — вновь ответила Наташка.
Кроме странной женщины в комнате было еще четыре девушки, скажем так, модельной вещности характерной для послевоенного СССР. И одну из них я узнал. Все же я в той жизни был профессиональным фотографом, и портрет манекенщицы Регины Збарской мне был отлично знаком. То, что я заинтересовался другой женщиной, не осталось не замеченным Наташкой, и она, никого не стесняясь, показала мне кулак. Жгучая брюнетка Регина что-то прошептала своей коллеге крашеной блондинке, и они загадочно обе заулыбались.
— И зачем же делать столько карманов? — женщина, по всей видимости, модельер дома моды, продолжала крутить Толика, как манекен, — два сзади, два спереди, два на куртке.
— Это одежда для повседневной носки, — ответил я и протиснулся поближе к ревнивой подруге, — а рабочему человеку лишний карман не повредит. Может быть, вы представитесь для начала, с кем мы имеем честь общаться?
— Я, — с еще большим интересом посмотрела на меня женщина, — Вера Ипполитовна Аралова художник-модельер всесоюзного дома моды. И кто вам такие идеи подсказал?
— А это когда Богдан с крыши упал, все и придумал, — ляпнул Санька, после чего получил болезненный, но незаметный удар локтем от Вадьки.
— Действительно девочки в этом что-то есть, — Вера Ипполитовна обратилась к своим манекенщицам, напрасно я отказывалась с вами ехать.
— Да, про эту дискотеку уже вся Москва гудит, — ответила ей Регина Збарская, — давно нужно было сюда приехать, тем более ваши сапоги на молнии очень хорошо будут сочетаться с брюками клёш.
— А вы, если я не ошибаюсь, Регина Збарская? — спросил я манекенщицу, после чего ее подруги упали от хохота.
— Я не Збарская, — покраснев, как помидор ответила девушка, — я Колесникова.
— Простите, поверил непроверенным слухам, — пожал я плечами, — как вам наша дискотека?
— Отлично! — вразнобой загалдели манекенщицы, — даже в Париже ничего такого не встречали.
— А музыка, какая необычная, — похвалила нас Регина, — и голос у вашей девушки замечательный.
На этих словах Наташка вцепилась в мое плечо, четко обозначив, что на чужой кусок, не разевай роток.
— А кто смоделировал платья? — Вера Ипполитовна, оставила Толика в покое и стала рассматривать Иринку.
Ирина выразительно посмотрела на меня.
— Я нарисовал только эскиз, — мне уже стал надоедать бессмысленные аханья вокруг одежды, и тут меня осенило, — есть отличная идея! Давайте организуем совместную акцию, ваш показ моделей под нашу живую музыку. А над новыми костюмами вместе поработаем.
— Верочка Ипполитовна, давайте согласимся, — манекенщицы почти хором стали уговаривать ведущего модельера страны.