Айлин – дочь адмирала (СИ)

– Доброе утро, адмирал. Я поставил глушилки, – приветствовал их бион.
– Пап, а покажи мне Землю, – попросила Айлин.
– Бион, покажи, – приказал адмирал.
Айлин во все глаза смотрела на приближающийся голубой шар на голографическом экране.
– Галактическая Нить Персея-Пегаса, комплекс сверхскоплений Рыб-Кита, Ланиакея, сверхскопление Девы, Местная группа галактик, галактика Млечный Путь, рукав Ориона, Солнечная система, планета Земля́, – начал свой рассказ бион, – третья по удалённости от Солнца планета Солнечной системы. Самая плотная, пятая по диаметру и массе среди всех планет Солнечной системы и крупнейшая среди планет земной группы, в которую входят также Меркурий, Венера и Марс.
Айлин смотрела на фотографии красивой планеты с её материками и океанами: моря, горы, снег, дождь, смеющиеся люди, у которых глаза голубые, зелёные, карие – ей очень всё нравилось!
– Папа, кто это? – воскликнула она.
– Это – котёнок.
– Ты меня так называешь! Разве я похожа на это?
– Это тоже житель нашей планеты, как и собаки и птицы и другие животные, рыбы и звери. Наша планета прекрасна! А котёнок – он маленький, нежный и игривый, – так часто называют детей и даже возлюбленных у нас.
– И нет купола, можно дышать свободно!
– А когда воздух наполнен запахами трав и полевых цветов – вообще сумасшествие какое-то! Когда ветер приносит тебе брызги волн и звуки музыки, – такое блаженство!
– Музыка?
– Да, музыка! Бион, включи, мы потанцуем!
– Как это – потанцуем, пап?
В кабине раздалась медленная красивая мелодия, адмирал протянул дочери руку и, насколько позволяло пространство, повел её в медленном танце.
– Папка, как здорово! – сказала после танца Айлин с сияющими глазами. – Давай ещё?!
– Я бы с радостью, родная, но нам пора. А перед этим нужно вытащить чип из твоей руки.
– Зачем?
– Он показывает твоё местонахождение. А ещё, я подозреваю, – через него можно послать импульс, и если для теонурианцев с двумя сердцами это будет как предупреждение или лёгкое наказание, для нас с тобой может оказаться смертельно. И в ходе последних событий нужно перестраховаться. Верить нельзя никому – мы для них чужаки.
– А как же мои Питкер с Нэйкой?
– Они хорошие ребята и друзья, но до момента, пока не узнают о тебе правду. Как и все, кто об этом узнаёт, начнут думать, что мы предатели и хотим угнать их межзвёздник на Землю.
– Тот парень, Теол, там, на собрании, так и сказал о тебе. – Айлин тревожно протянула отцу руку, которую тот обезболил, приложив пластырь.
– Не бойся, больно не будет, – адмирал сделал небольшой надрез, через который вытащил пинцетом маленький чип. – Сейчас пластырь и чип рядом под другой пластырь. Готово. Под перчатками и не видно.
– Да, совсем не больно, – Айлин уже натягивала перчатки. 
– Что ещё сказал тот парень на собрании? – адмирал наводил порядок на столе.
– Они собирались все к тебе на стажировку, чтобы саботировать твоё капитанство.
Адмирал хмыкнул:
– Это я и так понимал. Ну поиграем значит. – Бион, как ты? Четверть цикла продержишься ещё тут? Потом перенесём тебя на межзвёздник.
– Мы возьмём биона с собой в тренировочный полёт? – удивилась Айлин.
– Нет, дочь, наш бион останется на планете, защищать Теонуриан от Сониума, поднимать штурмовики. Мы перенесём его в наш старый, земной межзвёздник.
– А как? – удивилась Айлин.
– А это – пока секрет, – адмирал улыбнулся.
– Ты специально нового биона настроил на меня, а сам полетишь на земном корабле с этим бионом? – всё поняла Айлин.
– Умница. Ты всё правильно поняла – птенцы должны вылетать из гнезда, – адмирал не стал рассказывать дочери, что его бион очень слаб – это ведь от него отделяли клетки для создания новых бионов. И всё бы ничего, если он и дальше продолжал управлять огромным межзвёздником, он бы восстановился быстро, но Тогун перестраховался и оставил бион себе.
Адмирал вспомнил тот день: он пришёл в лабораторию, где уже находился Ник Толка, следящий на экране за данными и потому не видел, как Тогун быстро отделил несколько умирающих клеток, которые ему протянул бион, а маленькое тельце друга сунул в карман комбинезона, где тот растёкся по плоской поверхности, с трудом ожидая возможности оказаться в специальной питательной электролитной среде.
 
– Ник, бион погиб, – Тогун с горечью указал на почерневшие мёртвые клетки. – Я ведь доверил его тебе.
Ник был растерян, Тогун со злостью развернулся и вышел из лаборатории. Он не испытывал чувства стыда перед Ником, – Ник всё докладывал главе альянса, был у Тоя "на прикорме". Тогун унёс бион в свой челнок и поместил в специально предусмотренную для него ячейку с питательной средой с подключенной нейросетью челнока. Сутки он не выходил, не отвечал на вызовы, ожидая хоть какого-то сигнала от биона. Только когда случилась атака штурмовиков Сониума, Тогун поднял свой челнок и рванул отгонять этих настырных "ос", тогда и проснулся бион, напитавшись энергией челнока в полёте. Когда адмирал вернулся к работе, альянс выдохнул, – адмирал пережил потерю биона. А все остальные бионы были созданы уже в лаборатории на Теонуриане, с нужной альянсу заложенной в них программой, как думал альянс. Но земному биону было мало такого импульса и он гораздо медленней, но всё же терял клетки. Тогда Тогун допустил его до многозадачности – позволил во время штурма управлять всеми активами защиты планеты. Импульса теперь хватало на долгое время, но нужно было что-то решать, иначе бион не выживет. Сообщение старика Айка как нельзя кстати было для адмирала, только бион его напугал сообщением о том, что не сможет выполнить гиперпрыжок. Да и старик не внушал доверия, играя какую-то свою игру, ведь не мог он без ведома нынешнего главы альянса вывезти Мари, да и с той девочкой-свидетелем слишком всё просто получилось у друзей Айлин.
  
Глава восьмая
 
– Так и не удалось поговорить с Айлин, – вздохнула Нэйка.
– Не грусти, – Пит привлёк её к себе, целуя в макушку. – Главное – всё хорошо закончилось и она теперь с отцом.
– А адмирал-то – хорош! – подняла глаза Нэйка. – Молчал, молчал, пока они там её грязью поливали, всех запомнил, кто гадости говорил, потом бац – а вот он я, с доказательствами, а вы все – дерьмо, мою девочку тут обижаете! Как вам эта запись, а эта?
Пит уже тихонько подхихикивал, как Нэйка показывала всё лицом.
– А видел, видел, как Той Кринс покраснел? Я думала, у него глаза вылезут! – она уткнулась в грудь Питкеру, а он ей в макушку и они смеялись друг у друга в объятиях, накрывшись одеялом на узкой кровати. Нэйка и Питкер любили друг друга, понимали с полуслова, и когда он коснулся губами её виска, проведя рукой по узкой спине, Нэйка подняла ему навстречу лицо для поцелуя. Её хитрые глаза сияли, мягкие губы манили, и Пит не смог устоять, чтобы в очередной раз не проверить их на вкус…
***
– А здесь для тебя сюрприз, – Тогун, закрыв дочери глаза, открыл прозрачную дверь оранжереи и, обняв Айлин, шагнул вместе с ней вовнутрь.
Айлин сначала почувствовала незнакомый запах свежести и открыв глаза удивлённо озиралась вокруг: деревья! И цветы!
– Папа! Как это здорово! Какая красота!
– На Земле – это обычные растения, которые можно увидеть всюду, – Тогун радовался, глядя, на Айлин. – Я заставил их вернуть мне семена и саженцы с нашего звездолёта. Всё это – для тебя. – Тогун обнял Айлин, поцеловав в макушку. – И ещё есть один секрет. Идём.
Они прошли в самый центр небольшого сада, в котором стояло кресло под прозрачным куполом.
– Если ты приложишь вот здесь, – адмирал указал на выемку в верхней части купола, – свой чип, ты перенесёшься этим лифтом в рубку управления. Он не зависит он биона и электричества. Чистая механика. Попробуем?
– Ого! Давай!
Айлин отодвинула край перчатки, коснувшись чипом выемки и купол откинулся назад. Адмирал сел в кресло, взяв на колени дочь, купол закрылся и кресло начало быстрое движение вниз, Айлин подняла голову: колодец лифта уходил вверх и вскоре кресло на круглой платформе опустилось в светлую просторную рубку, она подскочила и пошла к открывшейся перед ней панораме с мостика. Отсюда был прекрасно виден город: словно многослойный пирог одетый на колбу, а вокруг, с трёх сторон, жилые блоки, спаянные между собой и уходящие вдаль, до невидимой отсюда границы купола. Четвёртый сектор весь занимал космопорт, половину которого составляла верфь: ограждённая от города, она была видна Айлин как на ладони. Слева длинный коридор для вылета из-под купола, справа вниз уходил подземный тоннель для доставки туилизия. Портили вид своей асимметричностью башни альянса: в первой, круглой, заседало правительство, Айлин помнила зал заседания, где состоялся суд. И вторая, где это правительство проживало. В каждом блоке было окно под углом, чтобы в него было видно кусочек светила над куполом. Там же проживал и отец, скорее находился "на виду". Айлин стало нестерпимо жаль отца – чужак, пытающийся выжить на планете, где его хотят только использовать, ни друзей, ни родни, кроме неё, Айлин, и криокапсула с женой, непонятно для чего и где спрятанная.