Игра на выживание (СИ)
- Слава, я есть хочу...
Девочка улыбнулась, и направившись к плите, сказала:
- Какой ты смешной, когда так говоришь...
Плотно позавтракав, брат с сестрой отправились искать дом, который более подходит для жизни в сложившихся обстоятельствах. На этот раз они не стали с собой брать ничего тяжёлого, и прогулку назвали разведкой. Деревня, расположенная в непосредственной близости от железной дороги с одинокой электричкой, стоящей посреди заросшего бурьяном поля, оказалась небольшой, но очень современной, даже несмотря на то, что в основном здесь преобладали одноэтажные постройки, а двух и трёхэтажные можно было сосчитать по пальцам. Неприятной новостью стало то, что все проверенные дома оказались подключенными к центральному водопроводу, и поэтому колодцев рядом с ними не оказалось. Несмотря на то, что вдалеке стояла совершенно обычная водонапорная башня, вода из кранов всё равно не текла. Мирослава предположила, что там стоит какая-то автоматика, которая без электричества не работает, и Марек с ней согласился. Потратив на поиски уже более трёх часов, девочка спросила:
- Не пора ли перекусить?
Мальчик показал рукой куда-то вдаль, и сказал:
- Давай вон тот дом посмотрим!
Девочка устремила взор туда, куда показал брат, и с сомнением в голосе произнесла:
- Мне кажется, это не дом, а какой-то сарай или конюшня...
- Сначала проверим, а потом сразу пообедаем.
- Хорошо! - согласилась сестра.
Постройка действительно оказалась чем-то вроде большого кирпичного сарая с дощатыми дверьми в два человеческих роста, на которых висел ржавый замок. Зато сразу за ним обнаружился небольшой симпатичный домик. Такой, как рисуют в книжках - с черепичной крышей, распашными ставнями и цветочными горшками на окнах. В сравнении с тем домом, в котором они недавно ночевали, этот казался совсем крошечным.
- Слава, смотри! - Марек показывал пальцем под высокое дерево, стоящее рядом с домом.
- Вижу, - ответила девочка, ничуть не удивившись находке брата. - Колодец! Самый обычный.
Мальчик уже открыл калитку и направился по дорожке к дому.
- Только бы там была вода, - сказал он на ходу, - иначе и этот дом не подойдёт.
Колодец оказался самый настоящий - с ручкой снаружи, деревянным бруском внутри и намотанной на него железной цепью, заканчивающейся обычным ведром. Вода находилась на глубине примерно трёх-четырёх метров, и Марек первый раз в жизни испытал эту систему в действии. Наполненное ведро оказалось очень тяжёлым, и Мирослава помогла брату его вынуть наружу. Попробовав воду на вкус, мальчик сказал:
- Слава, попробуй! В кране совсем не такая, эта вкусная.
Девочка зачерпнула ладонями воду и приложила к губам:
- И правда, вкусная, - умыв лицо первый раз за день, она сказала, - теперь осмотрим сам дом, можно ли в нём жить.
Глава четвёртая
В спальне царил жуткий беспорядок. Левая тумбочка была завалена коробками с дисками, обложки которых явно указывали на весьма специфический характер записанных на них фильмов. На полу валялись распечатанные картонные коробки с предметами всех цветов и размеров, о способах применения которых можно было бы легко догадаться и без инструкции по применению, исключительно по внешнему виду. С правой стороны от кровати - на другой тумбочке стояла пара бокалов и несколько бутылок со спиртными напитками разной крепости - от сладких ликёров с блестящими этикетками до очень дорогого виски. На кровати лежали распечатанные пакеты из-под нижнего белья, а их разнообразное по форме и степени приличия содержимое было раскидано по полу и даже висело на высокой зеркальной створке шкафа, перед которым стояла обнажённая девушка с лицом, выражающим полную безысходность.
"Такое богатство, - подумала она, осматривая своё стройное тело, - и никому не нужно..."
Повернувшись к зеркалу спиной, она немного повиляла бёдрами, изображая какой-то танец, после чего сделала шаг к кровати и плашмя упала на неё, как фонарный столб, неожиданно потерявший опору. Уткнувшись лицом в мягкое одеяло, Элина уже не могла сдержать слёз:
"Что за наказание такое, почему именно я? За какие такие прегрешения..."
Перевернувшись на спину, и глядя в потолок, девушка мысленно просматривала документально-художественный фильм, в котором играла главную роль, а героиня - это она сама. Некоторые эпизоды Элина проматывала на высокой скорости, на других замедляла воспроизведение и даже ставила на паузу.
Произошедшее с ней до пятилетнего возраста, вспомнилось лишь в виде неясных, но ярких вспышек, как огни фейерверка, которые тут же блекнут и рассыпаются в пыль. Никакой смысловой и художественной нагрузки они не несли. То есть - самое обычное раннее детство, которое было у всех.
Первое серьёзное воспоминание, запечатлённое в памяти во всех подробностях, случилось как раз тогда, когда Элине едва исполнилось пять лет. Тогда она впервые со всей отчётливостью поняла, что мальчики и девочки устроены не совсем одинаково. Когда в малышовых группах детского сада все садились на горшки, это казалось настолько естественным, что не вызывало никакого интереса. Первый раз голого мальчика Элина увидела в деревенской бане, куда они с мамой сходили всего два раза. Тогда они летом жили у бабушки в деревне, где не было никаких привычных городских удобств, которые она считала чем-то обязательным.
Баня располагалась в большом двухэтажном доме с колоннами, когда-то давно принадлежавшем очень богатому местному пану. После войны всё поместье национализировали и на его землях организовали сельскохозяйственный кооператив, а сам дом использовался под нужды деревенской управы. Весь первый этаж здания занимала мэрия с паспортистом, бухгалтерами, соцработником, техниками и юристом. На втором располагался медицинский кабинет с фельдшером, и даже была специальная комната с высоким креслом и яркой лампой, где принимал стоматолог, приезжавший в деревню раз в месяц. В правом крыле здания находился большой зал со сценой - там иногда устраивали собрания членов кооператива, а по праздникам и выходным - танцы. Слева от дома располагалась котельная с высокой кирпичной трубой и большим железным бункером под уголь. Она не только отапливала здание зимой, но и снабжала горячей водой прачечную, которую впоследствии переоборудовали под деревенскую баню с одним общим помещением. Работала она всего два дня в неделю - в субботу там мылись мужчины, в воскресенье - женщины. В те времена в деревне ещё не было водопровода, и поэтому баня пользовалась огромным успехом у местных жителей.
Несмотря на то, что можно было помыться и дома, этот вариант бабушка отвергла наотрез, отправив свою родную дочь с внучкой в настоящую баню. Мама спорить не стала и уже через полчаса маленькая Элли сидела посреди огромного заполненного густым паром помещения в большом оцинкованном тазу, гоняя по нему зелёного резинового крокодила, привезённого с собой из города. Когда играть надоело, она начала озираться по сторонам и увидела справа от себя мальчика, тоже сидящего в тазу с тёплой водой. Возможно, девочка не обратила бы на него никакого внимания, но в этот момент к ребёнку подошла его мама и подняв за руку, начала намыливать мочалкой. Увидев, что между ног мальчика что-то болтается, маленькая Элина посмотрела на себя и убедилась, что у неё ничего не изменилось. Потом подошла мама и начала намыливать её саму. Девочка заметила интерес со стороны мальчика, который тоже внимательно её рассматривал. Для пятилетнего ребёнка новая информация оказалась неожиданной и требующей глубокого осмысления, чем Элли впоследствии и занялась. Через неделю она сама попросилась идти в деревенскую баню, чему мама удивилась, но спорить не стала. В тот день девочку постигло первое в её жизни глубокое разочарование - того мальчика в железном тазу она больше никогда не видела. Вернувшись в город, пятилетняя Элина с особым вниманием наблюдала за мальчиками в детском саду и убедилась, что никакой ошибки нет - у них действительно между ног совсем не так, как у неё. Вскоре девочка перестала об этом думать.