Игра на выживание (СИ)

После того как брат доел батончик, Мирослава взяла у него блестящий фантик и положила в карман своей куртки, висящей на крючке, привинченном к спинке переднего сидения. Прежде чем снова попросить брата помочь с папиной сумкой, она решила немного схитрить и предложила:
- Давай сделаем так - чтобы не терять времени, сначала достанем наши вещи и выйдем из электрички, а потом ты мне по дороге расскажешь всё, что считаешь нужным. Договорились?
- Ага, - ответил Марек, вытирая ладошкой измазанный шоколадом рот.
Увидев это, девочка достала из кармана куртки носовой платок, и собралась вытереть рот и руки брата. Он нахмурился:
- Я сам.
Взяв из рук сестры платок, он сначала вытер руки, а потом на всякий случай и рот. Подав обратно, он сказал:
- Спасибо Слава, - затем, взглянув на багажный отсек, добавил: - Ты его сначала вытащи одним концом, и начинай опускать. А когда я смогу дотянуться, мы вместе его оттуда достанем.
Девочка поразилась изобретательности младшего брата, и сказала совершенно серьёзно:
- Никогда бы не додумалась... Молодец, Марек!
Мальчик немного смутился, но затем спросил:
- Начинаем?
После того как папин баул был спущен вниз, Мирослава достала мамину сумку с багажной полки и повесила на крючок поверх своей куртки.
- Давай всё сложим в одну сумку, - предложил Марек, - так будет удобнее нести.
Почувствовав лёгкий укол уязвлённого самолюбия, девочка просто кивнула, в очередной раз убедившись, что её младший брат в некоторых вопросах разбирается лучше её самой. Затем подумала:
"Мальчики и должны мыслить не так как девочки, возраст тут не причём! Но всё равно... У меня замечательный брат!"
Нести большую спортивную сумку с двумя длинными ручками по узкому коридору оказалось совсем неудобно. Попробовав так и этак, баул просто протащили по гладкому полу до широкого тамбура - Мирослава тянула на себя, а Марек толкал сзади. Оказавшись в просторном тамбуре перед закрытой наружной дверью, девочка на всякий случай попробовала раздвинуть створки руками, потом хитро прищурилась и утвердительным тоном сказала:
- Ты должен знать, что делать!
Ничего не ответив, Марек дёрнул красную рукоятку стоп-крана, но та даже не шелохнулась. Он нахмурился и пробурчал:
- Не понимаю...
Девочка подошла поближе и заметила маленькую табличку рядом с рычагом. Потратив несколько секунд на чтение, она поддела ногтем неприметное кольцо, прижатое к рычагу, и потянув за него, вытащила шпильку не толще обычного гвоздя.
- Теперь дёргай! - сказала она брату.
На этот раз рычаг легко сдвинулся. Буквально через секунду послышалось шипение откуда-то снизу вагона, но двери всё равно остались закрытыми.
- Жаль... - сказала девочка совершенно искренне. - Идея была отличная.
Мальчик смотрел на дверь, будто пытался её загипнотизировать.
- Пошли, Марек, попробуем в другом вагоне, может получится...
- Давай ещё немножко подождём, - негромко сказал мальчик.
И действительно, примерно через двадцать секунд двери открылись сами.
- Объясни! - потребовала сестра.
- Понимаешь, - ответил мальчик, - в игре за этот рычаг нужно дёргать, когда поезд движется. Двери открываются позже, когда он полностью остановится.
- А наш поезд стоял, - продолжила девочка, - но автоматика всё равно сработала так, если бы он двигался.
Мальчик кивнул:
- Ага!
На гравийную подсыпку сначала спрыгнула сестра, затем помогла спуститься брату. На этот раз высота оказалась подходящей, и они вместе стащили папину сумку с площадки тамбура и опустили на землю.
- Куда теперь? - спросила Мирослава.
- Вон к тем домам, - показал рукой Марек.
- Почему именно туда? - спросила девочка.
Пожав плечами, мальчик ответил:
- Других домов я не вижу.
- Логично! - улыбнулась сестра.
Взяв большую сумку с двух сторон за длинные ручки, они спустились с высокой насыпи в поле, на котором вместо культурных растений росли всякие сорняки. Папин баул к переноске оказался на редкость неудобным. Мирослава была на целую голову выше своего брата, и сумка свисала на один бок, отчего основной её вес приходился как раз на мальчика. Он пыхтел и старался на согнутой руке приподнять ручку выше, чтобы сумка не цеплялась за кочки и неровности, но на это требовалась дополнительная сила, и поэтому уже через тридцать метров девочка поняла, что поход до виднеющихся на краю леса домов для них становится настоящим подвигом.
 
- Привал! - скомандовала она. - Отдыхаем.
- Давай ещё немного пройдём, - сказал Марек, но в его голосе уверенности совсем не чувствовалось.
- У нас небольшая проблема, - сказала девочка, внимательно рассматривая сумку. Затем, произведя какие-то вычисления в голове, она сказала: - Давай попробуем по-другому! Я берусь за ручку как обычно, а ты её вешаешь себе на плечо.
Мальчик немного присел, накинул лямку на плечо, а его сестра взялась за другую. Теперь сумка свешивалась уже в обратную сторону, но Мирослава была старше и сильнее, к тому же, баул не цеплялся за землю, что уже являлось большим достижением. Пройдя несколько шагов, девочка остановилась и сказала:
- Теперь отдохнём подольше, а потом попробуем пройти весь путь без остановок. Доставай свой рюкзак, нужно подкрепиться!
Марек расстегнул молнию на папиной сумке, порылся в ней и достал пару шоколадных батончиков. Подав один из них сестре, он спросил:
- Как ты догадалась, что на плече будет легче нести?
Мирослава улыбнулась:
- Женщины сумки обычно на плече носят, чтобы руки оставались свободными. Мужчины наоборот, всё стараются в руках нести. А на плечо вешают, когда уже рук не хватает.
- Никогда бы не подумал... - покачал головой Марек.
- Ты тоже умница, - девочка снова взъерошила волосы брата, - про стоп-кран я бы сама не догадалась.
- Это не догадка, - серьёзным голосом ответил Марек, - я знал, что так нужно делать.
- Из компьютерной игрушки... - произнесла сестра, думая о чём-то своём.
Глава третья
Проснувшись в шесть часов утра, мужчина с удовольствием отметил отсутствие в организме каких-либо болезненных ощущений. Затем придирчиво осмотрел свою грудь, где ещё вчера красовался ватный компресс с фурацилином. Перед тем как лечь спать, Адам аккуратно его отклеил, и сейчас в этом месте находился обычный послеоперационный шов со стежками хирургической нити. За ночь рана хорошо подсохла и уже через несколько дней можно будет снять швы. Конечно, ни о какой физической нагрузке до момента полного заживания не может идти и речи. Исключительно по той причине, что обращаться в больницу бесполезно, теперь нужно привыкать к одиночеству, рассчитывая только на себя и собственное благоразумие.
Накинув на плечи лёгкий фланелевый халат, мужчина отправился в ванную комнату, где быстро умыл лицо и почистил зубы. Закончив с водными процедурами, он направился на кухню, чтобы сварить себе кофе. Пройдя через гостиную, каким-то шестым чувством он ощутил изменение в обстановке, но как ни силился понять, чем вызвано это тревожное ощущение, ничего необычного не обнаружил. Оказавшись на кухне, Адам достал жестяную банку из шкафа, висящего над длинным столом. Насыпав молотый кофе в турку, он хотел набрать воды, но такого напора, как ещё пару минут назад, уже не было - из крана текла лишь слабая струйка, которая через пару секунд вообще иссякла.
"Это уже интересно... - подумал мужчина, - но не смертельно"
Повернув голову, он посмотрел на пару пятилитровых пластиковых бутылок, стоящих у окна. Моника в них отстаивала воду для поливки цветов, и это был не единственный запас, который можно смело расходовать. На внутреннем дворе стояла специальная железная конструкция, сверху которой крепилась трёхсотлитровая оцинкованная бочка, используемая для летнего душа и других садово-огородных нужд. Как и в домашнюю водопроводную систему, вода в неё подавалась электрическим насосом из скважины, которую пробурили ещё во времена Варшавского Договора, когда деньги особой роли не играли, и все друг другу помогали, как могли.