Игра на выживание (СИ)
Ральф хотел возразить, но в этот самый момент его голову посетила довольно необычная мысль. Точнее, её тень, которую удалось ухватить за хвост. Осталось лишь вытянуть - аккуратно, сантиметр за сантиметром...
- Участвовать в вашей авантюре я точно не стану...- произнёс задумчиво Ральф. Понимая, что переубеждать взрослого человека с его понятиями о чести и долге - пустая трата времени, молодой человек продолжил: - Но вы можете попробовать! Хотя... вероятность благоприятного исхода близка к нулю.
- Годится! - кивнул собеседник, всем своим видом излучая удовлетворение от услышанного.
* * *
Докурив сигарету, Адам затушил её о железную бочку, и начал рыскать взглядом, куда бы выбросить окурок. Наблюдавшая за его действиями Элина едва заметно улыбнулась, выпустив изо рта тонкую струю дыма. Обнаружив пустую банку из-под пива буквально в шаге от себя, и решив таким образом возникшую "проблему", мужчина негромко скомандовал:
- Пора ехать домой! Зови ребят!
- Пускай ещё немного порезвятся! - попросила девушка.
Боковым зрением она наблюдала за тем, как Мирослава помогает брату взобраться на крыло частично разобранного Ан-2, стоящего вдалеке от взлётной полосы и большого ангара, рядом с которым располагалась вертолётная площадка с "Соколом".
В отличие от биплана, вертолёт выглядел вполне работоспособным и готовым к взлёту. Во всяком случае, по довольному выражению лица Адама, полчаса ковырявшегося внутри и столько же снаружи, Элина сделала однозначный вывод о том, что поездку на "ПЗЛ" можно признать успешной.
- Смотри, какие они счастливые! - добавила девушка с какой-то мечтательностью в голосе, будто сама не прочь впасть детство, и присоединиться к ребятам.
Обратив внимание на выражение лица спутницы, Адам решил, что дела действительно подождут. В глазах девушки блестело солнце, и казалось, сейчас она забыла про усталость, накопившуюся за последние дни.
"Даже непонятно, когда она умудряется спать, - подумал мужчина, - Элли себя загнала, ей тоже нужно расслабиться..."
Воспользовавшись тем, что на него никто не обращает внимания, неторопливым шагом Адам прошёл ещё пару десятков метров, после чего свернул за угол здания и направился к самому дальнему цеху вертолётного завода. А точнее, к большой асфальтированной площадке, где много лет назад случилось событие, во многом определившее его судьбу. Достигнув цели, он остановился, закрыл глаза и задумался. В голове снова возник вопрос, который мужчина задавал себе, пожалуй, уже миллион раз:
Как сложилась бы его жизнь, если бы в тот день всё произошло иначе?
Но Адам уже столько раз на него отвечал, что все эти слова давно утратили вопросительную коннотацию, став своеобразным напоминанием о том, что молодость - место, куда вернуться невозможно, а уж тем более, что-то изменить. Мысленно проговорив фразу о том, что история не терпит сослагательного наклонения, Адам открыл глаза. Затем развернулся, и зашагал обратно к ребятам, по какому-то странному стечению обстоятельств, ставшими для него такими же родными, как Моника, Янек и Юлия - будто его семья неожиданно приросла тремя новыми членами, столь же любимыми.
За то время, что он отсутствовал, "новые члены семьи" успели закончить все свои дела - одни наиграться вдоволь, другие - накуриться, и теперь ждали Адама у трейлера, поглядывая по сторонам.
Заметив его первой, Элина распахнула водительскую дверь, и вскоре уже сидела за рулём, устраиваясь удобнее в кресле. Марек и Мирослава тоже заняли свои места. Двигатель заурчал, как только Адам хлопнул дверью. Плавно тронувшись с места, трейлер неторопливо покинул территорию завода, после чего двинулся в сторону леса, намеренно объезжая Свидник, выезд из которого перекрывал мощный затор, состоящий из шести легковых автомобилей и лежащей на боку фуры. Искать другой вариант не имело никакого смысла - недавняя езда по шоссе не доставила Элине удовольствия, лишь раздражение и стойкое желание грязно выругаться во весь голос.
Если бы не сидящие в салоне Марек с Мирославой, она так бы и сделала. Работая в больнице, где поводов выразить свои мысли максимально точно возникало немало, она строго соблюдала правило - личное оставляем при себе. И если когда и позволяла себе крепкие матерные выражения, то лишь в обществе тех, кто уж точно не примет их на свой счёт. Во всяком случае, на Мартина самые отборные ругательства действовали как мощный афродизиак. Именно поэтому любая серьёзная ссора с ним всегда заканчивалась одинаково - безудержным животным сексом с ожидаемым финалом - состоянием глубокой расслабленности, сравнимой с нирваной. Лили, которую Элина лишь с высокой долей преувеличения могла назвать своей подругой, на подобного рода изречения вообще никак не реагировала, считая нормальной формой общения. И если в приличном обществе как-то умудрялась обходиться без подобного рода риторических изысков, то в кулуарной беседе уже не стеснялась, используя весь свой словарный запас, значительная доля которого состояла из отборного мата, объясняя это тяжёлой "номенклатурной наследственностью", где нормальных людей нет и "человек человеку - люпус эст".
"Адам сказал - это самая короткая дорога, - подумала девушка, покачиваясь в водительском кресле, - значит, так оно и есть. Навигатор всё равно не работает!"
Посмотрев в зеркало заднего вида, направленного в салон, Элина с удовлетворением отметила, что ребята оживлённо болтают, обсуждая впечатления от завода "ПЗЛ", куда вряд ли могли так запросто попасть, живя в нормальном мире. Сидящий на пассажирском сидении Адам о чём-то размышлял, рассеянно наблюдая за большими деревьями, медленно проплывающими за стеклом.
Решив нарушить молчание, девушка спросила:
- Что делаем дальше?
Немного подумав, Адам ответил:
- Теперь надежда только на Марека.
- В смысле? - не поняла Элина, и сразу уточнила: - Я про вертолёт!
- Пока не запущу двигатели, вряд ли смогу сказать что-то более определённое... - ответил Адам задумчиво, после чего с улыбкой на лице поинтересовался: - Или тебя "Сокол" в поисково-спасательной комплектации не устраивает?
Глядя вперёд и продолжая рулить, та пожала плечами:
- Не знаю, я в этом не разбираюсь...
- Хороший летательный аппарат, надёжный! - заверил девушку Адам. - Не сомневаюсь, что он пригоден к полёту! Нужно только зарядить аккумуляторы, заправить топливом и узнать, куда лететь...
Девушка задумалась. Её молчание длилось очень долго - секунд пятнадцать. Понимая, что Адам так и не ответил на главный вопрос, Элина с тревогой в голосе произнесла:
- Настоящий вертолёт - совсем не игрушка. Марек очень умный и способный мальчик, но...
- Не переживай, Элли, - успокоил её мужчина с грустной улыбкой на лице, - управлять машиной буду я.
Трейлер дёрнулся, после чего остановился прямо посреди лесной дороги - девушка нажала на тормоз и переключила коробку на нейтраль. Теперь она смотрела с недоверием на сидящего рядом мужчину, сомневаясь в том, что правильно поняла последнюю фразу.
- Управлять вертолётом буду я, - повторил Адам.
В следующий момент послышались звонкие голоса:
- Что случилось?
- Почему стоим?
Марек и Мирослава едва не ввалились в кабину, но проём оказался слишком узким для двоих, поэтому оттуда торчали лишь их растрёпанные головы.
- Всё нормально! - заверил ребят мужчина. - Возвращайтесь обратно!
- Сейчас поедем! - подтвердила девушка.
Заметив, что те не особо торопятся, с кровожадной улыбкой на лице она грозно рявкнула:
- Живо!
Когда брат с сестрой вернулись на свои места, движение возобновилось. Некоторое время Элина молчала, думая о своём. Точнее о том, с какой тоской Адам смотрел на облако, одиноко висящее в небе. Разговор о полёте тогда показался ничего не значащей фразой, обычным воспоминанием пожилого человека, мысленно вернувшегося в далёкое беззаботное детство. Сейчас утренняя история принимала иные очертания...