Игра на выживание (СИ)
На этот раз внешние обстоятельства не мешали, а помогали вновь войти в это волшебное состояние. И если утром всё произошедшее напоминало мимолётный взгляд на огромный мир сквозь замочную скважину, то сейчас Адам будто бы стоял перед широко раскрытой дверью. Следующий шаг он сделал без колебаний.
Адам летел. Если точнее, возносился - выше и выше, ведь у него не было крыльев, и поэтому не нужно ловить восходящие потоки воздуха, маневрировать, делать взмахи, ускоряясь и планируя. Только сейчас он отчётливо осознал отличие между левитацией и полётом. Для полёта всегда что-то нужно - крылья из перьев, как у птицы, или из лёгкого и прочного алюминия, пропеллер или реактивная струя, на худой конец - большой шар с тёплым воздухом внутри. Левитация - нечто другое, не требующее никаких дополнительных приспособлений, кроме желания. Сейчас его было даже с избытком.
Вопреки здравому смыслу, разделение одного человеческого сознания на две независимые сущности не стало причиной возникновения логического конфликта. Он и не мог возникнуть, ведь каждая из реальностей не противоречила, а дополняла друг друга. Один Адам, сидящий в водительском кресле, целиком владел дорожной ситуацией, продолжая управлять автомобилем, везущим в родную Калиновку коробки с разнообразным компьютерным оборудованием, так необходимым для того, чтобы поскорее найти выход из непростой ситуации, возникшей по неизвестной пока причине. Второй он - без каких-либо эмоций наблюдал сверху за движением одинокого трейлера, мчащегося извилистой траекторией по широкому шоссе прочь от города. Не было ни страха высоты, ни эйфории от полёта, а лишь спокойное созерцание огромного мира вокруг.
Где-то вдалеке вновь прозвенел колокольчик, и состояние безмятежности сменилось тревогой. В следующее мгновение Адам увидел вокруг себя самый обычный мир с немногочисленными спешащими куда-то людьми и проезжающими мимо автомобилями. Не возникло никаких сомнений в том, что всё это - какая-то дополнительная реальность, ведь сидящий в водительском кресле Адам чуть отпустил педаль газа, чтобы заранее сбавить обороты перед съездом на Калиновку. Второй Адам, парящий высоко над ним, видел то же самое - трейлер готовится свернуть с автострады и поэтому снижает скорость. При этом третий Адам, стоящий посреди тротуара, тоже ничуть не сомневался в реальности собственного существования. Подтверждением тому были многочисленные малозначительные детали, а также запахи. Наконец, ощущение усталости в мышцах ног. Проходящий мимо человек задел Адама плечом, и от неожиданности удар показался довольно болезненным.
- Поосторожнее надо быть, молодой человек! - услышал он свой голос, прозвучавший с назидательной интонацией откуда-то издалека.
Затем последовал новый удар, в другое плечо, но уже не столь болезненный, как в первый раз. Теперь это была невысокая женщина средних лет в сером плаще.
- Да что тут такое творится?! - вновь прозвучал его голос, на этот раз заметно громче.
Проходящие мимо люди никак не реагировали на него, будто он прозрачный. Несмотря на болезненность ударов, ощущаемых им самим, столкнувшиеся с ним прохожие, казалось, ничего не чувствовали. Они не оборачивались, не скандалили, просто продолжали движение к только им известной цели. Озираясь по сторонам, Адам обернулся и увидел движущегося прямо на него велосипедиста. Вовремя сделанный шаг в сторону позволил избежать столкновения. Понимая, что нужно срочно выбираться из этого странного места, он судорожно искал какой-нибудь переулок поблизости, где можно не опасаться новых столкновений с людьми, по какой-то странной причине напрочь не желавших его замечать. Благо их было не так много, чтобы вовремя избежать нового столкновения. Заметив позади себя небольшой проём с высокой дверью, он направился туда, внимательно следя за всеми людьми, находящимися неподалёку. В этот момент он ощутил прикосновение к себе в районе пояса и мелкую вибрацию. Чуть повернув голову, и опустив взгляд, он не увидел ничего такого, что могло бы объяснить это ощущение.
"Может, я действительно сплю? Невероятно, но вдруг?! - промелькнула мысль. За ней тут же последовала другая: - Надо сильно зажмуриться, а потом резко открыть глаза, чтобы проснуться!"
Максимально напрягая лицевые мускулы, Адам закрыл глаза, сосчитал до трёх, после чего резко их открыл.
Вместо города с движущимися автомобилями и спешащими куда-то людьми, перед глазами возникла дорога, а чуть впереди на обочине большая алюминиевая табличка с надписью "Калиновка". Нога, лежащая на педали тормоза, чуть сильнее её прижала, и руки повернули рулевое колесо как раз в тот момент, когда начался съезд. Всё ещё не понимая, что происходит, продолжая движение, Адам осторожно повернул голову направо, и увидел испуганного Марека, вжавшегося в угол между сиденьем и пассажирской дверью. Резко нажав на педаль тормоза, он переключил коробку на нейтраль, и повернув ключ в замке зажигания, заглушил двигатель.
Мальчик продолжал смотреть на него испуганным взглядом, и Адам, ещё до конца не веря, что окончательно освободился от постигшего его морока, негромко спросил:
- Марек, что случилось?
Прозвучавшая вслух фраза будто бы включила какую-то важную кнопку, и мальчик вдруг ожил.
- Я так испугался... - произнёс он едва слышно. Сделав шумный вдох, а затем выдохнув, он добавил: - Дядя Адам, это действительно ты?
- Наверное...
Глава четвёртая
Как бы Андраш не пытался убедить себя в обратном, разум и трезвый расчёт уже смирились с неизбежным - сейчас он находится в каком-то другом мире, отличном от того, что знал с детства. И даже не в мире, а "фантоме", о чём ему сообщил молодой немец Ральф - немногословный и крайне обиженный за своё "задержание на месте преступления". В тот момент, когда они покинули огромный склад со злосчастными контейнерами загадочной фирмы "Balance Service", так непонравившимися Ёжефу Ковачу, Андраш всё ещё надеялся обнаружить своего друга где-нибудь на территории терминала, но к его огромному удивлению, ни единой живой души встретить не удалось. Все будто испарились. Несколько раздражало и то, что его молодой спутник Ральф, похоже, находился в привычной для себя обстановке. Во всяком случае, его дальнейшие действия выглядели более осознанными, нежели вполне зрелого, и как ему казалось, готового к любым неожиданностям старшего лейтенанта будапештской полиции Андраша Чарди. Первое, что сделал его спутник - отодрал от пожарного щита с развешанными там вёдрами, ломами и лопатами самую обычную монтировку, после чего направился к посту охраны. Находись Андраш в привычной для себя обстановке, он указал бы молодому человеку на его место в существующей системе координат, но как оказалось, Ральф оценивал сложившуюся ситуацию более адекватно, и мыслил минимум на два шага вперёд. Разбитое стекло тамбура, ведущего на пост охраны, можно было квалифицировать как мелкое хулиганство, но служитель закона, находящийся менее чем в десятке метров от "места совершения неправомерных действий", лишь поморщился, благоразумно не вмешавшись в творящееся у него на глазах безобразие. В помещении тоже никого не оказалось, как и на стоянке за большим тонированным стеклом, где Андраш оставил свою машину, в чём сейчас появился серьёзный повод усомниться. Притом, уже знакомые автомобили стояли на тех же местах, что и пару часов назад.
Серебристая "Шкода" Ёжефа, ещё недавно припаркованная в паре метров от его "Фольксвагена", тоже куда-то испарилась.
На вопрос:
- Ты, случайно не знаешь, куда подевалась моя машина?
Посмотрев на яркую луну в ночном небе, Ральф нехотя ответил:
- Она стоит там, где обычно в это время суток.
- Ты хочешь сказать...
- Я вообще не хочу с вами разговаривать! - не дав закончить вопрос, раздражённо ответил Ральф.
Пройдя несколько метров по асфальту, он сошёл на стриженый газон, и наклонившись, сорвал несколько зелёных травинок. Растерев ладонями, понюхал, и направившись к стоящим автомобилям, выбросил образовавшийся мусор на асфальт. Подойдя к одной из машин, молодой человек дёрнул ручку, но безрезультатно. Обойдя её, он подошёл к другой, и там удача ему улыбнулась - дверь открылась, а в салоне зажглась лампочка. Памятуя о том, что Ральф не желает с ним разговаривать, Андраш с интересом наблюдал за действиями своего молодого спутника. Сев на водительское сидение, тот пошарил ладонью в пространстве над солнцезащитным козырьком, затем наклонился, и некоторое время головы Ральфа не было видно. Андраш подошёл к тому месту, куда его спутник выбросил остатки растёртой ладонями травы, и присел, чтобы рассмотреть их внимательнее в свете висящей ярким одиноким блюдцем луны. Зажужжал стартер, а затем послышался звук работающего двигателя.