Волчий пастырь. Том 2 (СИ)

– Понял, – кивнул Кавендиш.
– Гаррет, на пулемете.
– Понял.
Скользнув взглядом по Гаррету и Нессе, я внимательно присмотрелся к Дженнифер.
И увидел совершенно осмысленный взгляд.
Не понимаю: успокоительное должно было крыть ее еще как минимум несколько часов. Это дриадское зелье, его эффект по щелку пальца и воли не перешибешь.
– Я в порядке, – кивнула, отвечая на мой удивленный взгляд, Дженнифер.
Губы крепко сжаты, до белизны, выражение лица напряженное. Только один глаз едва подрагивает в нервном тике. Да, у нее все – бессонные ночи и слезы осознания случившегося, еще впереди. Но сейчас Дженнифер предельно собрана и держит себя в руках. Или сама, или даже силой Сияния: края нанесенной дриадами татуировки мягко отблескивают силой.
Но как она пришла в себя?
– Я увидела, как гарпии уносят людей, и меня силой перестегнуло. Не знаю, каким образом у меня получился конструкт, но после него заторможенности как не было, – пояснила Дженнифер в ответ на мой невысказанный вопрос.
Спрашивать дальше я не стал, но и так вижу – Дженнифер и боли уже не чувствует. А ведь дриадское успокоительное зелье было в первую очередь применено для того, чтобы Дженнифер не выла от боли после восстановления энергетических каналов.
– Господарыня целительница, смилуйся, помоги пожалуйста, – раздался совсем рядом молящий голос.
Вообще голоса вокруг раздавались громким гомоном – кто-то кричал от боли, кто-то орал от страха, кто-то озвучивал рубленые команды. Но именно этот голос обращался в нашу сторону.
Обернувшись, мы все увидели группу людей, среди которых было много раненых. Рваные раны от когтей, пулевые от заполошной стрельбы; заметил я среди собравшихся вокруг людей и упавших с высоты женщины, которых смогли отбить от гарпий и принесли сюда.
Пострадавших после атаки гарпий много. Крови тоже. И все больше людей тянулось к Дженнифер, завидев целительницу. Вернее, ее яркое одеяние целительницы.
– Я… не могу, – растерянно покачала головой Дженнифер, выглядящая совершенно обескураженно.
– Смилуйся господарыня…
– Помоги…
– Забери мою жизнь, повелительница, спаси дочку…
– Будь милостива, госпожа…
Люди рядом просили о помощи, опускаясь на колени. Один мужчина положил на брусчатку перед колесом пикапа умирающую девочку подростка, с глубокими ранами и от когтей гарпии, и двумя пулевыми отверстиями в груди и плече. Одна из тех пленниц, кого гарпии унесли, но вместе с ними падали обратно на землю, сбитые стрельбой.
Люди молили и плакали, вставая перед Дженнифер на колени.
Целительницы богини Живы не жрецы Асклепия, они не помогают безоглядно, всем и каждому. Делают целительницы это всегда только за плату, которую назначают сами. За плату, предназначенную для своей богини. И сейчас у Дженнифер, которая только-только собралась попытаться объяснить, что она не целительница, вдруг кисти рук объяло едва заметное зеленое сияние.
Вот и ответ, как у нее такой идеальный и сильный конструкт ловчей лозы получился.
Несколько долгих секунд Дженнифер смотрела на свои ладони, потом не очень уверенно заступила на борт кузова пикапа. Легко спрыгнув на брусчатку, она подошла к женщине, у которой на руках был ребенок с глубокой раной на лице. Возложение рук, свечение глаз и татуировки на лице Дженнифер и рана закрылась, исчезая как не было.
– Спасибо, господарыня, спасибо, – со всхлипами попыталась поцеловать подол платья Дженнифер женщина.
Вокруг молили, благодарили и просили, а сосредоточенная Дженнифер присела рядом с девочкой подростком, которая уже хрипела в агонии. Несколько долгих секунд, свечение кистей и татуировки на лице Дженнифер стало ярче, и рана девочки понемногу начала закрываться. Из-под кожи появилось две пули, которые едва слышно звякнули, скатившись на брусчатку.
– Ваша милость, – склонился ей в ноги отец девочки. – Жизнь моя теперь твоя, господарыня, пред лицом богов свидетельствую…
Богиня.
Богиня Жива сейчас действует руками Дженнифер, самостоятельно, без зова снизойдя до мирских дел – понял я, глядя на сосредоточенность Дженнифер. Девушка действовала полусамостоятельно – она понимала и осознавала свои действия, но подсказывала ей что делать именно богиня. Я в этом понимаю, и хорошо вижу.
 
Вчера Морриган, сегодня Жива. Завтра Юпитер или Афина в дела людей прямо вмешаются? – удивленно подумал я. Но дикая еще пару дней назад мысль сейчас не показалась мне такой уж и дикой.
Щелкнув пальцами, я привлек внимание ошалело глядящих на Дженнифер спутников. Ткнув указующе в Гаррета и Нессу, указал им на Дженнифер «следить-охранять». Жива в Варгрии, особенно на Севере Варгрии, почитаема также как в Риме Высокая Триада, и теперь пикап просто так у нас никто не заберет. Поэтому я махнул Венсану следовать за собой.
Вместе с Кавендишем мы отошли от машины и направились к главному входу в здание портальной станции. У которого уже, как я видел под желтым светом кристалла силы, на спонтанном военном совете собралась группа высоких чинов. Как в гражданских костюмах, так и в мундирах: если где и искать организованное сопротивление, то только здесь.
Но судя по гвалту, собравшиеся у арки входа в здание лучшие люди города и гарнизона ни информацией, ни способностью организовать сопротивление в полном объеме не обладали. Хотя нет, все уже налаживается – увидел и услышал я консолидацию событий и воли в одних руках.
– …без санкции командира гарнизона я не могу… – потянул было высокий растерянный голос, но как-то резко прервался.
– Командир гарнизона уехал к феечкам и дальше в небо, в этой жизни сюда больше не вернется! – послышался зычный голос. Я даже догадываюсь чей. И после услышанного подумал, а не с купцом ли первой гильдии Мартином Канегисером уехал к феечкам командир гарнизона? Это ведь и пикап с пулеметом на стоянке у трактира объясняет.
Оцепление из десятка растерянных варгрийских пограничников под началом невысокого егеря в черном мундире попыталось нас с Кавендишем остановить, но я поднял перстень с волком, который открыл мне путь к воротам портальной станции.
Здесь собрались весьма приметные персоны: офицеры гарнизона Пограничной стражи, несколько служителей Ордена хранителей, чиновники магистрата и купцы Ганзы в окружении десятка риттеров тамплиеров, на серой форме которых белели небольшие щиты с красными крестами.
– Согласно уложению, вы обязаны защитить портал в случае возникновения… – ровным голосом начал говорить хранитель стоящему напротив него командиру черных егерей.
Тому самому, который недавно показал нам сразу два больших пальца. Целый полковник, надо же – как увидел я по погонам. И который довольно резко прервал хранителя, припечатав его словесно. Надо же, какой интересный оборот принимает дело – прислушался к разговору.
Егеря в Восточной Варгрии – это серьезная сила. Они даже по своей боевой эффективности почти могут сравниться с варгрийскими всадниками Врангарда. Правда, сами себя егеря считают почему-то лучше наших адских всадников, ну да блаженны верующие. В общем, егеря в Варгрии – это в первую очередь авторитет. Не только на полях сражений, но и на политическом поле. А полковник егерей – это уже очень большая и высоко летающая птица. Не каждый бригадный генерал армии или думающий в Думе боярин сравнится по влиянию с егерским полковником.
Который, кстати, пусть птица и высокого полета, но точно полета не столичного. Потому что этикой общения полковник явно себя не утруждал: пытающийся с ним поспорить чиновник уже предпочел отклонятся в состояние полного неосознания после хлесткой оплеухи – вот почему высокий голос так резко оборвался. Как раз когда мы с Кавендишем подошли, один из егерей с нашивкой фельдшера оттащил чиновника за ноги к стене портальной станции, аккуратно укладывая.
– Господин хранитель, – обращался между тем полковник к хранителю портала. – Мне нужно, чтобы по моей команде вы открыли двери для всеобщей эвакуации.