На волоске (СИ)

— Что это? – открыв глаза спросила я, но рядом не оказалось никого. Я одна лежала на подушках. Оставленных вчера на полу вещей Шоарана не было, как и его самого.
Потом я приоткрыла дверь и обомлела – было утро. Девушки привычно шагали в сторону туалета и душа, возле кухни болтали и хихикали те, кто присел уже за деревянные столы, накрытые легкими скатертями.
Захлопнув дверь, я вспомнила, что изнутри есть деревянная задвижка. Подвинула ее и села на подушки. Что мне приснилось? Я ощупывала себя и понимала, что все это было, точно было. Сердце билось как птичка в руке, поймавшей ее. Пока не началось, надо узнать то, что интересовало меня все эти дни. Крита!
Я натянула сапоги, засунула руку под подушки и циновку, вынула свою заначку и выскользнула из домика. Размышления на тему того, чем меня опоил Шаоран были не столь актуальными сейчас. Меня пугало то, что все это мне очень нравилось. Когда он целовал меня, я хотела, чтобы это не заканчивалось. По уму, человеку, которому ежедневно в лучшем случае угрожает избиение, а в худшем – смерть, не должно быть и дела до проявления бабочек в животе.
«— Все это – действие наркотика», - шепотом сказала я себе и приказала больше не думать на эту тему.
Под лестницей, в зелени лозы я спрятала свой клубок и ножницы, которые тоже могли пригодиться в любой момент. Прошмыгнув на второй этаж, я забежала в свою комнату и порадовалась, что ни Палии, ни остальных девушек нет. Но и Криты здесь не было тоже.
Ждать Палию и узнавать у нее? Нет. Она больше ничего от меня не узнает. Это же как та игрушка из детства – глухие телефончики. То, что я скажу ей в одно ухо, она моментально передаст Фалее. Так она пытается закрепиться ближе к хозяйке. Глупая лиса.
— Если она не придет сегодня, можно считать, что ее оставили работать с животными навсегда, - голос Палии стал совсем иным. Он приближался со стороны той лестницы, которая вела к покоям Фалеи. Я накинула покрывало одной из девушек и вжалась в подушки. Может на время и подумает, что я – одна из ее соседок.
— Мужчины ушли из дома Двух Лун, а ее так и нет, - ответил другой голос. Девушки уже вошли в комнату и уселись за моей спиной.
— Нельзя было перечить Фалее. Уж не знаю, чем она так разозлила ее, но все равно я должна была стать первой, - Палия уже даже и нотки голоса, которых нахваталась от Фалеи, не скрывала. Скоро начнет истерить, как хозяйка, - думала я. Мне уже не было обидно, потому что таких вот лучше отсеивать в начале пути.
— Ты бы лучше попридержала свой язык, а то, не ровен час, и тебя отправят в пустыню. Пару зим - и ты станешь негодной, потому что силы в тебе нет. Красота уйдет после зимы, - голос Криты обрадовал меня так, что я чуть не вскочила.
— Это чего ты решила забрать мое покрывало, - продолжила Крита и стянула с меня его с такой скоростью, что чуть не поцарапала лицо нашитыми по краю висюльками вроде монисто. – Мали, Мали, - с этими словами она бросилась ко мне и прижала к подушкам так, что у меня скрипнула спина.
— Все, все, я тоже рада, что вижу тебя, - я присела и посмотрела на Палию.
— Мне все передали, да и Карида ежедневно следила, куда тебя уводят. Вчера вечером она все мне рассказала. Я постоянно выходила на лестницу и смотрела на тот дом – думала, что ты появишься хоть на минуту, и я буду спокойна, - прошептала Крита прямо в мое ухо, все еще крепко прижимая к себе.
— Я не знаю, что будет дальше, Крита, но очень рада, что тебя не забрали в пустыню, - прошептала я в ответ.
— Рано утром караваны ушли. Они плакали и обещали делать любую работу, но их никто не слушал, Мали, - ее глаза были полными от слез.
— Ты сделала все правильно, Крита, - я не могла смотреть ей в глаза.
— Да, меня спасло то, что эти мужчины стары, и они засыпали почти сразу, - Крита тоже не могла посмотреть на меня, пока это говорила.
— Ридгана Фалея лучше знает. Крита послушалась и осталась жить в большом доме Двух лун.
— Палия, заткни свой маленький красивый рот, если не хочешь, чтобы я засунула в него эту подушку, - я с размаху кинула в нее увесистую, набитую шерстью подушку, та сделала правильный выбор, прикрыв лицо руками, потому что углы ее тоже были обшиты каким-то цыганским бисером.
 
— Что ты делаешь? Ты портишь мое лицо! – заверещала Палия и это совсем вывело меня из себя.
Я оттолкнула удерживающую все еще меня Криту и в пару секунд оказалась сидящей на нашей раскосой Снегурочке.
— Ты не знаешь, что тебя ждет здесь. Через пару зим, и правда, ты станешь страшной. Тебя отдадут в пустыню. Насекомые, отсутствие чистой воды и погонщики верблюдов сделают тебя уродиной, Палия. Включи свою голову и подумай! - я постучала пальцем по ее виску, но та не слушала меня, переживая только за свое лицо. – Ладно, делай что хочешь, но еще хоть одно слово я услышу в нашу сторону или узнаю, что ты все рассказываешь Фалее, тебе несдобровать, - прокричала я в ее глаза, так широко раскрытые, что теперь были видны даже белки вокруг зрачка.
Именно в этот момент меня и схватили за плечи с двух сторон служанки. Благо, одной из них была Карида, и я не стала драться.
Повели меня, естественно, к Фалее. Ну и отлично, я еще не все выяснила у Парамая, - подумала я и, обернувшись в коридоре, увидела Криту, которая провожала меня с улыбкой на лице. Я подмигнула ей и подумала: «Как хорошо, что Крита здесь, спасибо тебе, Господи, что ты не оставил меня одну».
https://litmarket.ru/ebook/edit/na-voloske#_ftnref1Автор © jordana. Нашумевший в 2010-х годах жанр «стешки-перашки».
  
Глава 14
 
Глава 14
В комнате Фалеи что-то незримо изменилось, и я долго рассматривала детали, когда вошла. Фалея сидела на горке из подушек. В руке у нее была моя кукольная голова с париком. Я не смотрела на нее прямо, мне хоть и нужно было вернуться к Парамаю, но не сейчас, потому что пока мужчины покинули этот чертов дом, я могла бы подумать о своем будущем. Хотелось разузнать как можно больше об этом месте.
— Я хочу, чтобы ты знала, что деньги за тебя я уже вернула, - лицо Фалеи не выражало ни ненависти, ни желания сделать мне больно. – Это значит, что теперь ты наравне с остальными, и я могу больше не беречь тебя.
— А до этого, ридганда, вы меня берегли? – я не удержалась от колкости, о чем потом пожалела, ведь теперь у меня совсем иные планы.
— Да, и ты это почувствуешь еще, Малисат, - она сейчас никак не отреагировала на мои слова и даже бровью не повела. – Ты начнешь делать это, - она бросила мне шарик с париком из моих волос, и я его поймала в самый последний момент.
Кали, что сидела у ног своей хозяйки привстала и прошла к низкому столику, на котором дымилась какая-то фигня, запах которой заставлял все глубже и глубже вдыхать его. Я поняла, что дело именно в этой дымящейся траве. Голова вдруг стала совершенно пустой и легкой, но чувства опьянения не было.
— За это я хочу плату, ридганда Фалея. Знаю, вы скажете, что я – ваша собственность, но я и так останусь ею, буду ли я делать это или же откажусь, - нельзя было тянуть с этим, потому что, если я просто соглашусь, меня оставят в покое на время, пока я готовлю парик.
— И что же ты хочешь за это? – она указала на игрушку, которую я вертела в руках.
— Свободу, ридганда. Вы же сказали, что деньги за меня уже вернули, значит, расстаться со мной вам будет не сложно.
— Нет, Малисат. Свободу я тебе не дам, и мало того, если ты откажешься делать это, я прикажу слугам привязать Криту во дворе. Ее будут бить плетьми каждый день перед закатом, и никто не принесет ей даже воды, - спокойный голос этой твари не вязался с тем ее прошлым образом истерички, который хорошо впечатался в мое сознание.
Я понимала, что делать безэмоциональное лицо смысла нет. Она нашла слабые места во мне с первого дня, а своим поведением я доказала ее мысли. Палия стала хорошим проводником к моей душе. Я молча смотрела на дым, который тонким канатиком поднимался к потолку и понимала, что выхода у меня нет.