Кукла (СИ)

Девушка отвернулась от зеркала и инстинктивно схватилась за горло. Неужели удовольствие должно быть таким уродливым? С трудом верилось в то, что именно Стас оставил на Анином теле все эти жуткие отметины. Он же ведь казался таким обходительным и внимательным. Недавнее сравнение себя с куклой вновь всплыло в сознании и больно полоснуло сознание.
Внезапно дверь в ванную комнату открылась, и на пороге появился Стас. Он уже был полностью одет, побрит и свеж. Аня, увидев его непроизвольно сжалась. Она была растеряна и потеряна сама в себе. Ей было и хорошо, и страшно, и немного грустно. Девушка хотела оставаться всё той же благоразумной Аннушкой, которой ее все всегда считали. Но о каком благоразумии может идти речь, когда позволяешь мужчине играться твоим телом? Приговор под названием «Кукла» периодически сменялся в Аниных мыслях словом «Шлюха».
Буду рада вашей поддержки))
  
Глава 16
 
— Я приготовил завтрак, — первым заговорил Стас. — У меня через полтора часа деловая встреча и нужно уже скоро выезжать.
Аня почувствовала, что тот ком боли, который сосредоточился в области живота, медленно переместился к горлу. Комок настолько казался большим, что девушка опасалась вот-вот расплакаться, словно маленький ребенок. А чего она собственно ожидала от взрослого мужчины, у которого таких, как она целый вагон? Ласки? Заботы? Стас получил то, чего вероятней всего хотел с самого начала на этом всё. А она получила оплату вперед в виде помощи с поступлением, даже проценты есть — уродливые синяки и укус.
— Всё в норме? — спросил Быстриц, спрятав ладони в карманах брюк.
Аня не могла сказать ни слова, если бы она это сделала, то точно расплакалась. Не хотелось в очередной раз показывать свою слабость перед этим человеком. Хотя главная ее слабость была продемонстрирована этой ночью. Еще большего унижения Анька бы не выдержала. Спрятав лицо в складах мягкого полотенца, девушка положительно кивнула.
— Завтрак тебя ждет, — сухо бросил Стас и ушел.
На ничтожную долю секунды Аня смела подумать, что он сейчас подойдет и обнимет ее. Ненужно никаких высокопарных речей, просто хотелось почувствовать, что это нормально наслаждаться сексом и теми чувствами, что он дарит с человеком, о котором не так уж много знаешь. Но надуманного чуда не произошло.
На столе уже по сложившейся традиции стояли тарелки с ароматными блюдами. Салат из свежих овощей и слабосолёной рыбы, блинчики с фруктами, прохладный лимонный чай, конфеты и еще много чего так и манили к себе. Таким «скромным» завтраком можно было накормить целую семью. Похоже, Стас не привык себе отказывать хоть в чем-нибудь.
Аня сидела, склонив голову над своим салатом. Желудок настойчиво требовал пищи, но девушка ничего не могла положить в рот — аппетит пропал. Да и вообще сейчас ей было совершенно не до еды. Хотелось поговорить со Стасом и всё окончательно выяснить. Кто она теперь для него? Изменила ли эта ночь что-то между ними? И самое важное, зачем Быстриц оставил на теле Ани эти жуткие следы?
Стас в свою очередь не был похож на человека, который озабочен подобными мыслями. Он пил свой черный кофе без сахара и просматривал на ноутбуке образцы договора, что скоро нужно будет заключить с партнёром. Пожалуй, именно эта беззаботность в каждом движение и взгляде Стаса больше всего поражала Аню. Похоже, она возложила на их интимную близость слишком большую ответственность. Подумаешь, секс какой-то! Люди по всему миру занимаются этим и ничего, нормально себя чувствуют и не делают из этого какую-то проблему вселенского масштаба. Нужно ко всему относиться проще, но дело в том, что Аня не умеет по-другому, она всегда заморачивается по любому поводу. В ее понимании секс — это не то, к чему нужно халатно относиться. Хотя Стас каким-то неясным для девушки образом заставил ее забыть обо всех принципах. И, похоже, чтобы реабилитироваться перед собственной совестью — Аня жаждала откровенного разговора.
— Почему не ешь? — Строго спросил Стас, допив свой кофе.
 
— Не хочу, — кратко ответила девушка.
— Что уже не так? — Он выразительно посмотрел на Аню.
Вот и настал подходящий момент сказать всё, что так беспокоило, но она почему-то растерялась. Дурацкий страх внезапно охватил Аньку и девушка под столом сжала свои ладони в кулаки, ногти больно впились в кожу, но пальцы не разжались.
— У меня нет времени клещами вытягивать из тебя слова, — заявил Стас, поднимаясь из-за стола. — Я буду только вечером, так что, мой дом в твоем полном распоряжении, — Быстриц вытер губы салфеткой и, спрятав ноутбук в сумку, уже был готов покинуть столовую.
Аня запаниковала, понимая, что вот-вот упустит свой шанс всё обсудить. Хотя, что такого может сейчас сказать Стас, чтобы успокоить ее?
— Кто я для тебя? — твердо спросила девушка.
Быстриц остановился в дверном проеме, и сердце Ани забилось в испуге так отчаянно, что в груди даже стало чуточку больно.
Гнетущую тишину нарушил звонок мобильного телефона. Стас быстро ответил и пошел дальше, проигнорировав вопрос, что был ему задан. Анька сглотнула комок, что вновь образовался у нее в горле, и медленно разжала свои ладони. Хлопнула входная дверь, и звенящая тишина снова заполонила собой пространство квартиры.
Мыслей никаких не было. В душе возникла какая-то горькая пустота. Аня была уверена, что эта ночь для нее ничего не будет значить, а получилось совсем наоборот. Такая глупая доверчивость сыграла с ней злую шутку. Безразличие Стаса возмущало и одновременно с тем приносило невнятную режущую боль. Неужели ему и в самом деле всё равно на то, как себя чувствует Аня? Впечатляющая непоколебимость и сосредоточенность лишь на себе самом.
Девушка отодвинула тарелку с завтраком в сторону и встала из-за стола. Постепенно различные мысли начали заполнять ее сознание, швыряя от одной крайности в другую. Аня расхаживала по гостиной туда-сюда, не зная, что ей теперь делать дальше. Вроде бы всё было не так трагично, как она себе вообразила. В университет девушку зачислили, а значит — главная проблема была решена. Но в противовес этому шли: разрыв отношений с сестрой и плата, за которую собственно Аня и поступила учиться. И как женщины могут спокойно спать за деньги и при этом не испытывать угрызения совести или чувства стыда?
Анька на миг остановилась, прикрыла глаза и тяжело вздохнула. Стоило прислушаться к голосу интуиции и к своим внутренним ощущениям. Истерики и самобичевание в любом случае не помогут найти правильный выход из ситуации, а даже наоборот — способны всё усугубить. В полной тишине девушка выровняла свое дыхание, и сердце вместе с тем тоже перестало колотиться, будто сумасшедшее. Ком в горле окончательно расселся, и теперь Аня в полной мере могла управлять своими эмоциями. Она чувствовала в себе два абсолютно полярных друг другу позыва: остаться или немедленно собрать вещи и уйти, по сути, в никуда. Играть роль независимой и оскорбленной женщины Анька сейчас никак не могла. К сожалению, Стас был единственным человеком, который, несмотря на происходящее, действительно ей помог. Этого не стоит отрицать. На данный момент девушка всё еще нуждалась в нем, ведь на протяжении нескольких последующих дней нужно где-то жить, пока не начнется учеба. После этого всё образуется, Аня будет жить отдельно, и полагаться только на свои силы.
Неожиданно в голове мелькнула мысль, которую девушка в испуге тут же постаралась отогнать. Нет, она не будет скучать по этому человеку, и не будет хотеть с ним близости. Вновь совершенно полярные желания делали ситуацию неразрешимой. Когда это Анька успела проникнуться к Стасу чувствами? Только этого и не хватало.
Резкий хлопок входной двери заставил девушку буквально вынырнуть из глубин своих размышлений. Быстриц ведь сказал, что вернется только вечером. Что-то забыл? Или всё же решил поговорить? Аня напряженно ожидала, когда визитер появится в гостиной. К ее удивлению, вместо массивной фигуры Стаса в комнату вошла стройная женщина лет тридцати, одетая в строгий брючный костюм серого цвета. Солнечные лучи, проникающе в квартиру красиво играли на светлых волосах незнакомки, что были идеально выровнены и слегка подколоты на затылке. Большие зеленые глаза лишь слегка подведены темным карандашом, а в меру пухлые губы подкрашены алой помадой. Женщина была очень красивой, настоящая модель, правда не такая тощая. Аня сразу же почувствовала себя гадкими утёнком рядом с таким совершенством.