Воинственные фейри (ЛП)

— Ты думаешь, я сдерживаю себя?
— Я знаю, что сдерживаешь, — сказала она, вызывающе подняв подбородок, и это пробудило во мне Альфу. Вызов, который невозможно было игнорировать.
Я медленно выдохнул, провел пальцами по ее шее и расстегнул верхние пуговицы рубашки, чтобы увидеть больше ее бледной кожи. Я жаждал сделать ее красной с того самого дня, когда впервые встретил ее, и теперь она стояла на коленях, бросая мне вызов. Конечно, я опустил ее туда, но это было даже лучше. Мне не нравились женщины, которые умоляли меня или пускали слюни. До Элис мне нравились тихие и покорные. Но эта девушка нуждалась в боли почти так же сильно, как и я. Она хотела причинять боль, потому что агония была ее величайшей силой. И вся эта эмоциональная боль внутри нее должна была время от времени выплескиваться наружу в виде чего-то более физического. Но она не любила облегчать мне задачу, что еще больше заводило ее.
— Безопасное слово, — потребовал я от нее, и она смочила губы, размышляя над этим.
— Мне оно не понадобится, — хрипло сказала она, и от одной этой фразы мой член стал твердым, как железо. — Ты можешь содрать кожу с моих костей, и я не проронила бы ни слова в знак отказа.
— Ты маленькая опасная шлюха, не так ли Элис? — грубо сказал я, заталкивая большой палец ей в рот и позволяя ей рассечь его своими клыками. Она жадно всосала мою кровь, и я застонал от ощущения ее влажного, горячего языка на моей коже, страстно желая ощутить его на моем члене.
Я расстегнул ширинку, намереваясь сделать это, но она выпустила мой большой палец из захвата своих зубов и устремила на меня свой взгляд.
— Я буду сопротивляться, — объявила она. — Я могу быть в твоей власти, Райдер, но только если ты заставишь меня подчиниться твоей воле.
Я мрачно усмехнулся, щелчком пальцев освобождая лианы, связывающие ее запястья. — Ты действительно моя идеальная пара.
— Нам лучше пойти туда, где мы сможем произвести полное разрушение, не будучи потревоженными, — сказала она с ухмылкой, и я кивнул.
— Подвал в общежитии Вега, — решил я, и не успел я это сказать, как она с Вампирской скоростью бросилась прочь, а я остался с твердым и жаждущим освобождения членом.
Я выскользнул обратно через окно и понесся через кампус с бешеной скоростью, сбивая студентов с ног, когда они не успевали убраться с моего пути. Я был на тропе войны, моя жажда крови росла, моя потребность в боли была почти такой же острой, как и потребность в удовольствии в этот момент. Если и было время, когда я был просто суммой слов, начертанных на моих костяшках, то это было сейчас.
Я прошел через библиотеку и вышел на тропинку, направляясь прямо к общежитию Вега, пока мое сердце билось все сильнее и сильнее, и я обдумывал, что именно я собираюсь с ней сделать. Дойдя до входа, я провел языком по зубам, проскользнул внутрь и толкнул дверь, ведущую в подвал. Я плотно закрыл ее за собой и заварил, чтобы никто не смог войти и, что более важно, чтобы моя девочка не смогла выйти.
Я сбросил пиджак, оставив его на полу, спустился в подвал и направился по коридору к котельной, где проходили собрания моей банды. Все было тихо, но я знал, что она была здесь, ее уши были прикованы к моему приближению.
Я расстегнул пуговицы на манжетах рубашки на запястьях, не спеша закатал рукава, затем расстегнул пуговицу у горла. Я шагнул в котельную и не стал искать свою девочку, зная, что она охотится на меня, как хищник, с дарами своего Ордена. Я не найду ее, даже если попытаюсь, но она придет ко мне голодная на пир, и я намеревался устроить ей его. Но для этого ей придется потрудиться.
Я переместилась в центр комнаты и тихо поставил ловушку для нее с помощью магии земли, размягчая землю вокруг себя по кругу в ожидании ее атаки.
— Почему ты прячешься, детка? — ухмыльнулся я, переводя взгляд с больших котлов на стопки старых ящиков в дальнем углу. — Ты боишься?
Тишина. Моя маленькая охотница всерьез взялась за преследование.
— Я полагал, что ты хочешь меня в худшем виде, — подначил я ее. — Неужели тебе все-таки нужно это безопасное слово? — пятно на периферии заставило меня обернуться, и Элис кинулась на меня с обнаженными клыками, но когда ее нога ударилась о пол рядом со мной она с воплем упала на пол рядом со мной, свалившись в бетонную яму, созданную мной. Я накинул на нее лианы, пока она пыталась выбраться, а затем снова укрепил землю вокруг себя.
 
Я ухмыльнулся, глядя на нее в своей ловушке, когда она с рычанием обнажила клыки. Я присел, глядя на нее, и взял в руку острое изогнутое серебряное лезвие. — Ты проголодалась, плохая девочка?
Она медленно кивнула, ее горло вздымалось и опускалось, когда она уставилась на мое запястье, и я надавил на кончик лезвия, проведя им по руке и усмехнувшись сквозь боль. Моя кровь капала на нее, и она открыла рот, выпивая ее, как дождь, а мой член становился все тверже, пока я наблюдал за ней. Я дал ей достаточно, чтобы разжечь ее жажду крови, затем залечил порез на руке и встал, крутя лезвие между пальцами.
— Выпусти меня, — потребовала она.
— Я не уверен, что ты справишься с этой игрой, — поддразнил я, и ее глаза сузились.
— Ты думаешь, что ты такой мрачный, Райдер, но я твоя половинка. Это значит, что моя темная сторона такая же темная, как и твоя.
Я обдумывал это, проводя языком по зубам, жаждая провести им по ее клыкам. — Тогда давай проверим это, хорошо? Опусти свои ментальные барьеры, детка.
Она подняла подбородок и сделала то, что я сказал, когда я отбросил лозы, удерживающие ее подо мной. Ее глаза встретились с моими, и я мысленно создал видение, в котором стены были залиты кровью, а воздух наполнен леденящей душу музыкой, от которой по позвоночнику пробежала волна предвкушения. Я вытащил ее из ловушки, подтянув к себе и держа оба ее запястья в одной руке, а другой подставил лезвие под ее подбородок.
— Видение ненастоящее, но мы такие, — сказал я ей. — Мои прикосновения реальны, — я провел ножом по ее горлу, задев кожу, но не порезав ее, когда ее охватила дрожь.
Она потянулась, чтобы расстегнуть пуговицы моей рубашки, нашла Х на моей груди и провела по нему пальцами.
— Мои прикосновения реальны? — спросила она, и я кивнул, шагнул ближе к ней, проведя ножом по ее рубашке и просунув его под ткань.
Она смочила губы, и мой член запульсировал от этого зрелища, прежде чем я провел ножом по середине ее рубашки, разорвав ее в клочья и обнажив под ней черный бюстгальтер пуш-ап. Я зажал нож между зубами и повел ее назад, стаскивая блейзер и рубашку с ее тела, отбрасывая их в сторону и проводя руками по ее голым бокам, по юбке и под ней, чтобы зажать ее бедра в своих руках. Я раскрутил ее рывком, и она закружилась передо мной, как балерина, ее юбка закружилась веером, прежде чем я сорвал ее с нее и бросил на землю.
Я любовался ее задницей в маленьких черных стрингах, которые она носила, и позволил своему взгляду спуститься по ее подтянутым ногам к туфлям на высоких каблуках. Она оглянулась на меня через плечо, ее сиреневые волосы скользнули по коже и коснулись основания шеи. Я двинулся вперед, сдвигая их в сторону и извлекая нож между зубами, прижимая его кончик к вершине ее позвоночника и проводя им по всей длине, острие целовало ее плоть, но никогда не разрывало ее. К тому времени, когда я закончу, она уже истечет кровью, но я не собирался торопить события.
Когда я добрался до ее маленьких стрингов, я раздвинул ее ноги пошире, и она задохнулась, когда я просунул лезвие под материал, провел им между ее ягодиц и по ее мокрой щели.
— Райдер, — застонала она, потянувшись назад, чтобы схватить меня за шею и притянуть ближе. Я наклонился, но не прижался к ней всем телом, а провел зубами по раковине ее уха, пока скользил лезвием туда-сюда в ее возбуждении.
— Я никогда не буду умолять, — хрипло сказала она, и я мрачно усмехнулся.
— Я не хочу, чтобы ты умоляла, я хочу, чтобы ты кричала, — я изменил форму лезвия в своем захвате, превратив его в толстый металлический фаллоимитатор, и без предупреждения вонзил его в нее. Она испуганно вздохнула, ожидая режущего удара лезвия, и я рассмеялся сильнее, откинув ее голову в сторону и вгрызаясь в мягкую кожицу за ее ухом. — Как будто я стану резать твою прелестную киску, детка.