Воинственные фейри (ЛП)
— Я не знал, что ты тоже играешь, — укорил Билл, глядя на Габриэля.
— Ну, да. Но я не профессионал, как Элис, — сказал он, подталкивая меня рукой.
— Ты думаешь, я могу стать профессионалом? — спросила я.
— Да, черт возьми. Больше половины профессиональных игроков в наши дни — это те, у кого слишком много денег и шикарные академии. Им нужны такие смелые игроки, как ты, чтобы напомнить им, что на самом деле представляет собой игра.
— О да, я уверена, что они с удовольствием посмотрят, как я буду драться за мяч, как настоящий алестриец, — поддразнила я, и Габриэль пожал плечами.
— Ты знаешь, что можешь завалить половину этих вежливых ублюдков во сне. Не скромничай сейчас, ангел.
— Я бы с удовольствием пришел посмотреть, как вы играете, — сказал Билл. — Всегда любил атмосферу на матчах.
— Правда? — спросил Габриэль, казалось, немного удивленный этим.
— Конечно, с удовольствием. Обязательно скажи мне, когда будет следующая игра, и я буду там в первых рядах. Возможно, я даже приведу Джинджер — спорт ее заводит.
— Ладно, ладно, хватит об этом, — сказал Габриэль с гримасой, а Билл только усмехнулся.
— Ты можешь пригласить и своего Марлоу, Элис, — предложил Билл, поддразнивая меня за то, что я так и не объяснила, кто такой Марлоу, хотя я была уверена, что он знал об этом через Габриэля или из газет.
— Да, — я кивнула. — Думаю, мне бы это понравилось, — я взглянула на свой Атлас и на ужасающую реакцию Марлоу на мое поражение и быстро отправила ему сообщение, чтобы пригласить его на следующую игру, пока я не струсила. Мы должны были с чего-то начать, верно? И если сотня обезумевших от волнения сообщений, которые Марлоу прислал в ответ на это приглашение, были для меня показательными, я должна была предположить, что он согласился.
Мы завели разговор о Питболе, потом начали говорить о других вещах в нашей жизни, а Билл рассказывал нам забавные истории из своей работы частного детектива. Среди лучших из них была та, когда его наняли, чтобы выяснить, изменяет ли кто-то своему партнеру, и ему пришлось добывать фотодоказательства, что поставило его в более чем несколько рискованных положений.
Я расправилась со своей едой, а Габриэль принес мне второй вишневый коктейль, и через некоторое время я просто улыбалась и наслаждалась нашим совместным времяпрепровождением, а Габриэль, казалось, оживился, ему явно нравилось, что мы все так хорошо ладим.
Когда разговор наконец перешел к поискам моего брата, Билл не стал насмехаться или говорить банальности, как я опасалась. Он также не давал никаких обещаний, но выслушал все, что мы знали о планах Гарета, и показали ему паспорта, которые я нашла, с новыми личностями для меня и мамы. Он делал заметки и задавал вопросы, которых я не ожидала, например, о том, как мой брат выглядел в своей форме Ордена, о том, чем ему нравится заниматься и какие места он любит посещать.
К тому времени, как мы ушли, мои улыбки уже не казались натянутыми, и я чувствовала себя более чем оптимистично в отношении того, что он может найти, когда Габриэль снова запустил нас в небо, и мы направились обратно к оплоту Оскура и остальным.
***Возвращение в академию после того, как я узнала истинную личность Короля, оставило меня в оцепенении. Это все еще не укладывалось у меня в голове. Этого не может быть. Не могло. Титан был моим другом, он был добрым, заботливым и почти единственным взрослым, которого я когда-либо встречала, которому было не наплевать на меня, потому что он сам этого хотел. Он был мне нужен. Но он больше не был им. И тяжесть этого открытия ударила меня как нож в грудь.
Официальная информация гласила, что профессора Титана внезапно отозвали по семейным обстоятельствам, и на время занятия по зельям были приостановлены.
Откладывая это все выходные, я в конце концов позвонила Мелинде и сообщила ей, что мы знаем личность Короля, в надежде, что она сможет послать ФБР в его сторону и арестовать этого сукиного сына. Мое горе и душевная боль от того, что я узнала, что все это время это был он, начали превращаться в нечто темное и ненавистное, поскольку моя потребность в мести росла с каждой минутой, и я знала, что близка к тому, чтобы сломаться из-за этого.
Он знал, как сильно я страдала из-за Гарета. Он, черт возьми, знал и утешал меня, но именно из-за него я потеряла его. Не то чтобы он мог это знать, поскольку я была уверена, что он все еще ничего не знает о моей связи с Гаретом. Но я просто не понимала, как он может нести эту чушь о том, что хочет остановить банды и спасти Солярию, в то время как сам причиняет боль людям и крадет жизни. Он был не лучше любого из могущественных фейри в этом королевстве, и ничего не изменится, если власть захватит такой тиран, как он.
Мне нужно было развеяться. Я была очень близка к тому, чтобы окончательно выйти из себя, и это будет некрасиво, когда это произойдет.
Я шла по коридору после уроков, направляясь прочь от кафейтерия на несколько шагов позади Леона. Он был поглощен тем, что уговаривал Минди помочь ему в какой-то затеянной им проделке, поэтому даже не заметил, когда рядом со мной открылась дверь.
Я чуть было не взорвала придурка, который пытался убить меня дверью, используя свою магию воздуха, но мне удалось сдержаться, так как в последнюю секунду я заметила директора Грейшайна.
— Что за…
— Элис, я должен поговорить с тобой! — потребовал он, испуганно оглядываясь по сторонам, прежде чем втащить меня в пустой класс.
Я уже знала, что он не Король, и я начинала серьезно уставать от того, что все время пыталась отмахнуться от него. Так что, надувшись от разочарования, я шагнула в кабинет.
— В чем дело? — спросила я, создавая вокруг себя воздушный щит на всякий случай. Возможно, я была почти уверена, что Грейшайн безвреден, но я не была идиоткой.
— Это насчет Данте, — пробурчал Грейшайн, его глаза метнулись к двери, когда из-за нее донесся голос Леона, зовущего меня.
— А что с ним?
— Он… мне нужно, чтобы ты, пожалуйста, достала полученную им запись меня в… эээ… компрометирующем положении.
— Вы имеете в виду ту, где вас насилует стриптизер с массивным фаллоимитатором Дракона? — спросила я, напряжение спало с меня, когда я поняла, что речь идет только об этом.
Грейшайн побледнел, его рот открывался и закрывался, как у рыбы, пока он смотрел на меня в тревоге.
— Не волнуйтесь, — быстро сказала я. — Я единственная, кто это видел. В конце концов, он мой партнер, и он хотел, чтобы я знала, какое обеспечение он имеет на людей. Серьезно, чувак, эта пленка — ничто по сравнению с тем компроматом, который он имеет на других фейри.
— Но я не могу спать по ночам, зная, что она у него, что он может выпустить ее в мир или…
— Вы планируете подставить его или предать его каким-либо образом? — спросила я, когда Леон окликнул меня более паническим тоном, и я сделала шаг к двери.
— Нет! Я бы никогда…
— Тогда перестаньте беспокоиться об этом. Я клянусь вам, Данте никогда не обнародует эту пленку или любую другую, которая у него есть, если ему не оставят выбора. Не шутите с ним, и это останется похороненным. И я гарантирую вам, что у каждого профессора в этом месте, а также у более чем половины самых могущественных фейри в городе есть секреты куда хуже, чем у вас. Вы бы видели секс-видео, которое он получил, где Лайонел Акрукс трахает девушку в ее измененной форме.
— Что это? — спросил Грейшайн, заметно оживившись, и я вздрогнула, жалея, что упомянула об этом парню с фетишем на Драконов. — А девушка случайно не была Сфинксом? Мужественным Сфинксом с редеющей линией волос и…
— Суть в том, что вам не стоит беспокоиться, — повторила я, прервав его, прежде чем распахнуть дверь и помчаться по коридору, чтобы догнать Леона.
Я запрыгнула ему на спину и рассмеялась, когда он вздрогнул от неожиданности, а через мгновение из него вырвался рык, когда он схватил меня за руку и перетащил через плечо. Он поймал меня в свои объятия и серьезно нахмурился, прижимая меня к своей груди.