Воинственные фейри (ЛП)

До моего слуха донесся крик боли, и я повернулся, чтобы посмотреть на своих братьев. Леон и Райдер боролись за свою жизнь в толпе, длинный порез шел по руке Леона и обильно кровоточил. Паника охватила мое сердце, когда Элис умчалась, чтобы помочь уничтожить ублюдков вокруг них, а я остался, чтобы обрушить всю ярость своей силы на Короля. Габриэль сражался, как воин, прямо за ними, размахивая копьем в руке и поражая им любого фейри, достаточно смелого, чтобы сразиться с ним. Но все больше и больше Черных Карт приближались, и, пытаясь пробить щит Короля, я понимал, что у нас мало времени.
Давай, stronzo, умри быстрее ради меня!
Леон закричал, когда его отбросило через всю пещеру и он с треском ударился о стену. Паника пронеслась по моим конечностям, пока Габриэль пытался добраться до него, его глаза были полны ужасающей участи, которая ожидала нашего Leone, пока члены Черной Карты роились вокруг его неподвижного тела. Элис тоже пыталась добраться до него, пока Райдер убивал своих противников яростными ударами своих покрытых металлом кулаков, но Райдер внезапно потерялся в море одеревеневших тел.
— Нет! — закричал я, бросая Короля и бросаясь в толпу, чтобы помочь своей famiglia.
Когда я пробился сквозь толпу тел, что-то острое пронзило мою спину, затем бедро, руку. Кровь хлынула, и я в отчаянии зарычал, бросаясь на мелькающие впереди сиреневые волосы.
— Элис! — кричал я.
— Уходи оттуда! — прорычал Габриэль, его крылья прорезали рубашку, когда он пытался взлететь и добраться до нее.
Но слишком много фейри вцепились в его руки и ноги, притягивая его обратно вниз и разрывая крылья. Мое дыхание стало судорожным, и казалось, что наше преимущество улетучилось, наша судьба круто изменилась в один момент.
Ледяной клинок вонзился мне в руку, и я с рычанием обернулся, обдав молнией фейри, ударивших меня, так что они превратились в пыль у меня на глазах. Но их место заняли еще пятеро, бросившиеся на меня с ледяными, деревянными и серебряными клинками в руках.
Я сбил первого фейри на землю сильным ударом руки, унизанной золотыми кольцами, но следующий вонзил свой ледяной клинок мне в живот. Я почувствовал вкус крови во рту, почувствовал, как руки смерти мягко скользнули по моему плечу и притянули меня в свои объятия.
— Нет, — задыхался я.
Я искал Элис в толпе тел, отчаянно желая увидеть ее в последний раз, когда серебряное лезвие вонзилось мне под ребра, и боль пронзила меня до глубины души. Габриэль издал боевой клич, прорвавшись сквозь строй справа от меня, и убил стоявшего передо мной stronzo, когда я рухнул на землю, боль в моем теле стала еще сильнее.
Габриэль сражался надо мной, оберегая меня от всех, кто приближался, и смутная улыбка натянула мои губы, пока я наблюдал, как этот человек, которого я когда-то презирал, сражается за мою жизнь. Его крылья были повреждены, порезы покрывали его плоть, и все, что я хотел сделать, это встать и помочь ему. Но мне было слишком холодно, и мои конечности не реагировали на команды, которые я им отдавал.
— Amore mio, — умолял я звезды привести ее ко мне. — Дайте мне увидеть ее снова.
— Не сдавайся, — в отчаянии позвал меня Габриэль, но выражение его лица говорило о том, что он видел мою судьбу. Она была написана. Поэтому я молился, чтобы это последнее желание было исполнено.
Она прорвалась сквозь толпу и вдруг оказалась рядом, склонилась надо мной, положила руку мне на щеку, ее глаза были ярче всех звезд на небе.
Улыбка потянулась к моему рту, когда она произнесла слова, на которых я не мог сосредоточиться, и зеленый свет поплыл от ее рук, когда она прижала их к моему телу.
Темнота затянула меня в свои объятия, но ее голос нашел меня там, зовя обратно.
— Данте! — умоляла она надломленным голосом. — Не оставляй меня. Ты нужен мне. Пожалуйста, вернись, Drago.
Я боролся за то, чтобы быть с ней, стряхивая холодные лапы смерти, отчаянно желая остаться рядом с ней навсегда.
— Куда бы ты ни пошла, я буду рядом, amore mio, — сказал я ей, хотя мои глаза все еще были слишком тяжелыми, чтобы открыть их.
 
Тепло наполнило мои вены, когда ее целительная сила пронеслась сквозь меня, и мои веки наконец стали достаточно легкими, чтобы поднять их.
Звезды отпустили меня, подарив мне еще один день рядом с ней, и я буду благодарить их за каждый последующий день, который они мне подарят. Она крепко обняла меня, ее воздушный щит обернулся вокруг нас, когда члены Черной Карты врезались в него. Но я понял, что они сражались не за то, чтобы попасть внутрь, они были телами, нагромождающимися все выше и выше, изрезанными на куски пронзительно острыми лианами.
Элис выгнулась дугой надо мной, сопротивляясь тяжести тел, и я нашел в себе силы снова пошевелиться. Я потянулся вверх, чтобы запустить пальцы в ее волосы, и она подняла голову, издав придушенный звук.
— Я здесь, — сказал я, и она крепко поцеловала меня на один отчаянный момент, прежде чем посмотреть на тела, окружающие нас.
— Что происходит? — задыхалась она, когда последний луч света был затушен навалившимися телами.
— Я не знаю, bella, — прошептал я, поднимаясь на ноги, и она застонала от усилия, используя свою магию воздуха, чтобы заставить тела отступить от нас. Мы стояли среди этой бойни, и она прижималась ко мне, когда последние остатки ее магии иссякли, оставив нас совершенно незащищенными.
— Иди и покормись, Элис, — приказал я, но она прижалась ко мне еще крепче, явно не желая оставлять меня одного без защиты ни на секунду.
Габриэль перелез через груду тел, окровавленных, с глазами, полными беспокойства, когда он добрался до нас и сжал нас в объятиях. Леон добрался до нас следующим, огромный порез на его руке все еще кровоточил, в его глазах был страх, затем появился Райдер, пропитанный кровью, когда он добрался до середины тел, и все мы сомкнули ряды. Габриэль исцелил рану Леона, но я почувствовал, что это была последняя капля его магии, так как он выругался под нос.
— А-а-а-а! — раздался голос, и я повернулся, обнаружив там Юджина, который гнал последнего из Черной Карты к выходу.
В земле была огромная пропасть, в которую провалилось большинство оставшихся в пещере членов Карты, и они с трудом выбирались наружу, когда я удивленно посмотрел на Габриэля.
— Ты знал, что он придет? — спросил я.
Он кивнул, в его взгляде появился блеск. — Он следовал за нами сюда. Я просто не мог понять, прибудет он вовремя или нет.
Я искал Короля среди Блейзеров, которые выбегали из пещеры, дико крича и натыкаясь друг на друга в своей панике.
— Там, — я указал на него, когда Король, пошатываясь, пробирался среди них, и пламя все еще клубилось вокруг его замаскированного тела.
— Мы должны закончить заклинание, — прорычал Габриэль, подняв голову и снова начав произносить заклинание.
Райдер присоединился к нему, громко напевая, и в его глазах мелькнула мрачная решимость. Я задействовал те крохи силы, которые еще оставались в моем теле, и тоже начал скандировать, надеясь, что смогу вытянуть из своего золота достаточно, чтобы поддержать магию и закончить все это.
Юджин закричал в панике, и я задохнулся, когда Элис внезапно отпрыгнула от меня, обнажив клыки, а ее волосы развевались вокруг нее.
— Подожди! — я сделал шаг, чтобы последовать за ней, но Габриэль поймал мою руку и покачал головой, в его взгляде ясно читался приказ, и я снова начал скандировать.
Земля задрожала, когда Король попытался применить против нас магию земли с дальнего края зияющей пропасти, но когда сила песнопения укоренилась в нем, он споткнулся и выругался, пытаясь удержаться на ногах.
— Мы справимся, — решительно прорычал Леон, положив руку мне на плечо и сбросив барьеры вокруг своей силы. Пламя магии, пылающее в нем, было почти погашено, но когда моя магия охватила нас двоих, он тоже смог подхватить песнопение.
Король закричал на нас, бросив в нашу сторону горсть ледяных кинжалов, но Райдер обрушил на их пути стену из камней, чтобы заслонить нас, прежде чем они успели нанести удар.