Воинственные фейри (ЛП)

— Ты даже не Пробудилась, — насмехался Райдер, но Роза продолжала держать вытянутую руку, ее челюсть была крепко сжата.
Я уставился на serpente, ожидая, что он снова улетит в звездную пыль и не будет мириться с этим дерьмом, но потом он схватил Розу за руку.
— Я не причиню вреда Данте сегодня ночью и тебе тоже не причиню, девочка-волчица, — в его ладони вспыхнула магия, но это ничего не значило без ее магии. Тем не менее, это заставило меня почувствовать к нему что-то вроде уважения. Не уважение. Определенно нет. Но что-то.
— Хорошо, что же нам теперь делать? — спросила Роза, не отрывая взгляда от Райдера, словно ожидая, что он нападет в любой момент. Но он не стал бы этого делать, пока возможность вернуть нам Элис висела на волоске.
— Там наверху есть туннель, — сказал я Райдеру. — На него наложены магические защитные заклинания, а снаружи стоит пара охранников. Сможешь ли ты подобраться достаточно близко, чтобы определить, с чем мы имеем дело?
Райдер пожал плечами и стянул рубашку, обнажив бесчисленные шрамы, покрывающие его тело между татуировками. Роза замерла рядом со мной, пристально глядя на него, ее взгляд переместился на шрамы, а ее рука переместилась к шрамам на шее, когда в ее глазах появился какой-то отчаянный вопрос. Однако она не стала его озвучивать, прикусив губу, пока Райдер снимал с себя последнюю одежду и бросал ее в мою сторону, а его ботинок отскочил от моей головы.
— Pezzo di merda [9], — прорычал я, пуская разряд электричества в его грудь, но он только зарычал, словно наслаждаясь болью. Psicopatico [10].
Он превратился в маленькую черную змею, которую я мог бы раздавить под каблуком, но я сопротивлялся желанию сделать это, пока он ускользал за валун, держась в тени, пробираясь к туннелю.
Роза повернулась ко мне с широко раскрытыми глазами. — Мама убьет тебя, если узнает.
— Вот поэтому она и не узнает, — сказал я с намеком на предупреждение в своем тоне, но она строго посмотрела на меня.
— Я не глупая, Данте. Вы, ребята, Астральные Противники, связанные звездами презрением друг к другу, пока ваша вражда не закончится смертью. Фейри не могут просто так отбросить это дерьмо. Ты любишь Элис. И он тоже любит. Не говори мне обратного, Луна всегда знает.
Я плотно сомкнул губы. Она и ее чертовы лунные способности. Не было смысла лгать ей. Я уважал ее способности, и не было смысла отрицать то, что она уже почувствовала от нас с Райдером. Serpente любил Элис — как бы маловероятно ни было узнать, что у него вообще есть сердце, — и я ничего не мог с этим поделать. Я видел, каким он был с ней, я не был слепым. Его сердце существовало, и он отдал его ей. И она тоже отдала свое ему с такой же легкостью, как и мне. Это была та проблема, которую я должен был принять как часть любви к ней. Она всегда будет любить его тоже. Как это будет работать в долгосрочной перспективе, было для меня чертовой загадкой, но пока нам удавалось избегать этой темы и терпеть друг друга, когда это было необходимо. Я представлял, что когда она снова окажется в наших объятиях, все будет продолжаться в том же духе.
Однако меня не покидали мысли о том разговоре, который мы вели о его отце в рождественском домике. Он не знал ни о жертве Веспера, ни о мирной сделке, которую я пытался заключить с ним. Кто-то предал его. И этот кто-то был потенциально ответственен за бесчисленные смерти и бесконечную ненависть, которая пылала между мной и Лунным Королем. Это знание было чумой, потому что оно означало, что наши причины оставаться в состоянии войны стали немного меньше. И как бы я ни надеялся, что это может означать, что наконец-то будет заключено мирное соглашение, это также означало, что мне придется отпустить вражду между мной и Райдером. И не только ради города. Но и ради Элис.
— Я боюсь за тебя, Данте, — вздохнула Роза. — Ты знаешь, как это происходит с Астральными Противниками — ваша судьба состоит в том, чтобы сталкиваться снова и снова, пока один из вас не умрет. Это значит, что судьба решила, что либо Райдер убьет тебя, либо ты убьешь человека, которого любит Элис. Как ты думаешь, после этого она все еще будет способна любить тебя?
 
Я хмуро посмотрел на нее, мое сердце сжималось при мысли о любой из этих судеб. Я не собирался умирать, но она была права. Как Элис сможет смотреть на меня по-прежнему, если я убью его?
Вернулся Райдер, превратившись обратно в форму фейри и натягивая одежду. — Это заклинания обнаружения, больше ничего. Я могу их разрушить.
— Мы должны позвать стаю, — прошептала Роза.
— Пока нет, — прорычал я, бросив на нее пристальный взгляд. — Тебе нужно идти домой, Роза. Готовь Волков к бою и будь готова прийти, если я позвоню, — она собиралась возразить, но я достал из кармана мешочек со звездной пылью и окинул ее взглядом Альфы. — Это приказ, cugina.
Она резко выдохнула и кивнула. Я подбросил над ней звездную пыль, отправляя ее домой, и узел проволоки вокруг моего сердца немного ослаб, когда я понял, что она в безопасности. Но теперь у меня оставался только Райдер и смертельный взгляд, который он бросал на меня.
— Мы сделаем это тайком, проберемся внутрь, посмотрим, сможем ли мы найти ее, — прорычал я, поднимаясь на ноги, но оставаясь в тени за валуном.
— Это точно не ты отдаешь мне приказы, Инферно, — прорычал он, слово боль было направлено на меня с его костяшек, когда он сжал их в кулак.
Электричество потрескивало по моей плоти, и я задался вопросом, какого хрена Габриэль решил, что это хорошая идея — послать сюда serpente. Я должен был предположить, что он увидел что-то, что сделало Райдера подходящим для этой работы, но я не собирался признавать это прямо сейчас.
Он вскинул в руке острое деревянное лезвие, и я создал тонкий воздушный щит вокруг своей плоти на случай, если он планировал вогнать его в меня при первой же возможности.
— Ты вырубишь прожектор с помощью своих причудливых штормовых сил, а я убью охранников, — сказал он и я вздрогнул.
— Ну и кто теперь отдает приказы? — прошипел я, расправляя плечи, и мы двое опустились на землю и оба сцепились взглядами, ни один из нас не моргнул.
От количества тестостерона Альф, витавшего в воздухе, у меня бешено стучало в висках. Но у меня не было желания подминать его под себя, как это было с большинством фейри. То же самое я чувствовала по отношению к Леону или Габриэлю. Он был на моем уровне по силе, и в любом другом сценарии я бы заставил бы себя уважать. Поэтому я решил, что мне придется постараться. Потому что мы были нужны amore mio, и чем дольше мы здесь задерживаемся, тем больше вероятность того, что с ней может что-то случиться.
Я сделал вдох, собрался с мыслями, как Король Оскура, которым я и был, и сделал шаг к нему. Мой отец учил меня быть более сильным человеком. И сегодня он будет мной гордиться. На мгновение мне показалось, что я снова стою перед Веспером Драконисом: сходство с ним в Райдере было поразительным. Он был человеком, готовым умереть за свой народ, и я понял, что Райдер тоже был таким. Только его народом был всего один человек. Девушка, которая предложила ему любовь, которой ему не хватало всю его жизнь. И как бы я ни хотел ничего не чувствовать к нему, я обнаружил, что хочу вернуть ему Элис. Конечно, не так сильно, как я хотел, чтобы она вернулась ко мне, но у Райдера действительно никого не было. До нее он вообще не заботился о своей жизни. Он погиб бы в бесчисленных сражениях; ни в одном бою, в котором я с ним сталкивался, в его глазах не было страха. Но после появления Элис я увидел, как все изменилось. Он больше не сражался, чтобы умереть, он сражался, чтобы жить.
Я протянул к нему руку, и он посмотрел на мою руку так, словно это была бомба, которая вот-вот взорвется. Затем я выпустил струйку воздуха из своих рук, обхватив его плотным щитом. Его глаза расширились от удивления, но он ничего не сказал, явно предпочитая не замечать этого. И это меня вполне устраивало.