Еще ближе (СИ)

Мезп снова посмотрела на меня.
— Рейлик и Терн должны были остаться моими. Они бы любили меня до конца своих дней. В моем мире я изгой, мой отец — демонопоклонник. Я ненавидела его за то, что он сделал со мной. Он разрушил мою жизнь, как твой отец разрушил твою, Стилгмар. Но когда я познакомилась с другими демонопоклонниками, я поняла, что могу изменить свое будущее. Могу иметь все, что пожелаю. Рейлик и Терн были так нежны со мной все это время. Я даже полюбила их.
Она посмотрела на зеркальную стену.
— Я ни о чем не жалею, и рада, что мне не пришлось их убивать.
— Как ты прошла проверку?
— Я использовала мыслебомбу. Все ваши детекторы лжи и сыворотки правды оказались бесполезны, потому что воспоминаний не было. Я и в самом деле не помнила, что говорила с демонопоклонниками, что сотрудничала с ними. А’ким вернула мне воспоминания. Так что теперь я все помню.
— Это невозможно, — сказал один из ангелов. — Мыслебомба уничтожает воспоминания, а не скрывает их. Без накопителя вернуть их невозможно. При сканировании накопителя в тебе обнаружено не было.
Мезп засмеялась.
— Вы не знаете, о чем говорите.
— Мы испытывали ее. Специально для таких случаев. Воспоминания стираются навсегда, иначе в бомбе не было бы смысла. Если не был использован накопитель, вернуть их нельзя.
— Я даже не буду с вами спорить. Еще есть вопросы?
— Как погибли Таллия и Лемиш?
Мезп покачала головой.
— Это была случайность. Их смерть была ошибкой. Демон убила Таллию внушением, испугавшись за собственную жизнь. Это было, когда капсула вышла из строя. Вода попала девочке в легкие. Когда А’кимхаласпа начала приходить в себя, она начала интенсивно дышать. Таллия была убита случайно, демон решила, что она пытается причинить ей вред.
— Что с Лемишем?
— Лемиш сопротивлялся, его воля оказалась очень сильна. Когда демон стала накладывать внушение, о котором мы с ней договорились, Терн, Рейлик и Эмак сразу приняли его, а Лемиш нет. Терн убил его, защищая капсулу. Хотя, конечно, в этом не было необходимости.
— Ты говоришь, что демон связала с тобой мужчин эмоциональной привязанностью.
Мезп улыбнулась.
— Да. Их одержимость мной развязала мне руки. Я могла делать, что угодно, они не замечали. Я говорила что угодно — мои слова принимались на веру. Это было очень тонкое внушение. Внешне Терн, Рейлик и Эмак вели себя совершенно нормально. Их воля была изменена только на уровне связи со мной. Именно так демоны чаще всего и работают. Они накладывают очень тонкое внушение. Вы этого не замечаете. Вы просто подчиняетесь им.
— Ты умрешь, когда мы попытаемся снять с тебя внушение?
Она покачала головой.
— Нет. А’ким сохранила мне жизнь. Я ведь едва тоже не умерла внизу. Я свое спасение заработала.
Мезп посмотрела на говорящего с ней ангела.
— Что вы сделаете со мной?
— Ты — демонопоклонница. После допроса твое воплощение будет уничтожено.
Даже я удивилась. Убийство? Неужели ангелы так хладнокровно лишат человека жизни?
— Мы вернем тебя к жизни, заставив дать Обещание. Сама понимаешь, какое. И вернем на твою родную планету без права покидать ее в течение пары десятков лет.
Мезп замотала головой.
— Но я не хочу служить вам. Я не хочу туда возвращаться. — Она дернулась в путах, но ремни держали крепко. Мезп перевела взгляд на ангелов, в нем была мольба. — Послушайте. На моей планете я — изгой. Я дочь предателя, клятвопреступника. Со мной там обращаются как с грязью под ногами. Меня просто выгонят из города, если я вернусь. Мне придется стать изгнанницей. Я не хочу туда возвращаться.
— Ты пошла в эту экспедицию, чтобы помогать. Ты бы вернулась героиней, если бы не предала своих друзей, — сказал спокойно дородный вампир с ярко-зелеными, как у Терна, глазами. — Ты сама лишила себя шанса на спасение. Посмотри на Нину. Она тоже дочь демонопоклонника. Ее отец — предатель, но она не пошла по пути предательства.
— Она — демонокровка. Охомраро, хранительница. А я — простой человек. Я люблю Терна, люблю Рейлика, отдайте их мне! Я хочу быть с ними! Не надо меня отсылать обратно!
 
Из глаз Мезп потекли слезы, и я знала, что они настоящие, ведь она все еще находилась под действием сыворотки правды.
— Сколько на планете демонокровок-демонопоклонников?
— При взрыве погибли трое. Теперь восемь. Но они лучшие из лучших. Вам не справиться с ними.
— Это мы еще посмотрим, — буркнула я еле слышно.
— Расскажи, как вы спланировали взрыв и все остальное.
Мезп подняла голову и поглядела прямо на задавшего вопрос.
— Когда ангелы выкопали Кристалл, когда собрались вести туда вас, мы поняли, что это наш шанс. Я передала данные о времени вылета и составе группы. Демонокровки огнали толпу из магазинов, и она пошла напролом. Двое или трое несли на себе взрывчатку, позади всех под видом обычных людей шли демонопоклонники. Моей задачей было отключение системы безопасности уровня. Я открыла двери, чтобы заряд мог влететь на территорию полигона, сняла защитный колпак со Сферы. Оставались в работе АБС, к ним я доступа не имела. Но и они не сработали.
Мезп засмеялась.
— Ирония судьбы. Единственное, что могло свести нашу операцию на «нет», не сработало.
— Было замыкание, и система сбросила параметры, — сказал один из вампиров. — Датчики показывали, что все в норме, техников ничего не встревожило.
Тестовый режим работы Сферы устанавливался только из комнаты наблюдения. Именно он должен был обмануть АБС. Но Ирина, словно что-то почувствовав, изменила коды доступа. Мезп не смогла даже войти в систему. Она думала, что все провалится, но когда на третьем этаже бахнуло, а АБС не сработали, поняла, что у них есть шанс.
— Из-за того, что я до последнего возилась с системой, я потеряла время. Мне не надо было убивать техников, надо было сначала расспросить их. — Она пожала плечами. — Ирину я просто оглушила, но ждать мне уже было некогда. Я едва успела выскочить, как Сфера взорвалась. Ничего не было видно. Вокруг орали и стреляли. Меня ранили, и дальше я ничего не помню.
Она опустила взгляд на плечо, куда, по-видимому, пришлась пуля.
— А’ким не так просто убить, из-за высокой скорости метаболизма у нее в несколько раз выше регенерация. Демоны живучи, иначе она не смогла бы ожить после стольких лет заморозки. Она была готова пойти на риск. И риск оказался оправдан. Она скоро придет за Кристаллом, и ваша хранительница не сможет ее остановить.
Она улыбнулась и замолчала.
— Я думаю, пора снять внушение, — сказал один из ангелов. — Остановите введение сыворотки.
Медик тут же вошел в комнату. Он осторожно вынул из вены Мезп иглу, приложил на место укола салфетку и, забрав капельницу, снова ушел. Через несколько минут глаза Мезп наполнились яростью. Она открыла было рот, чтобы что-то сказать, но я уже стояла напротив. Главное теперь было — не ошибиться с ее именем. Кажется, демонопоклонники знали, кого посылать на задание.
Практически ткнув ей в лицо Кристаллом, я набрала в легкие воздуха и медленно и четко выдохнула:
— Мелглаффрагринастизпакудмнеоптргард.
Кристалл полыхнул красным так, что я чуть не ослепла. Мезп так и замерла с открытым ртом, глаза ее не отрывались от камня. Мгновение. Еще мгновение. Я едва успела отскочить, как она всем своим весом рухнула вперед, обвиснув на ремнях.
Никто в комнате не сдвинулся с места. Через полминуты она закашляла — видимо, шею все-таки пережало чересчур сильно — и подняла голову. Оглядывая комнату, Мезп задержала свой взгляд на мне, потом — на зеркальной стене, потом посмотрела на сидящих напротив членов Совета.
— Я все вам рассказала. Делайте, что хотите, мне плевать. Я свое дело сделала.
— Что с твоими воспоминаниями, Мезп?
Она откинула голову на подголовник, глубоко дыша.
— Да, вы были правы. Я ничего не помню. Но это уже неважно. Я знаю, как все было. Мне все равно.
— Мы уверены, Мезп, что ты не сама на все это решилась. Твой отец использовал тебя. Мы попробуем восстановить твою память, мы уже разрабатываем такие методики. Хотя бы частично, хотя бы самые смутные воспоминания у тебя будут.