Еще ближе (СИ)

Теракт лишь добавил масла в огонь. В самом сердце страны, там, где ангелы «драли глотки», обещая мир и процветание. Погибло два человека, разрушено здание, люди лишились работы. О том, что погибших могло быть не два, а два десятка, никто не упоминал. Кадры нашего взлета с Санторини были тоже подключены к делу. Что делали ангелы на острове Неа-Камени, почему после их отлета на острове найдены убитые? Что за раскопки велись возле одного из кратеров?
Я ошиблась, когда решила, что мир принял пришельцев.
Это мы, демонокровки, молчали и делали то, что нам сказали делать. Люди не готовы были мириться с неизвестностью, люди хотели знать правду. И хотели жить — просто спокойно жить, как раньше. Умирать от рака, дышать отравленным воздухом, есть синтетические продукты из пластика и нефти — но спокойно. Не чувствуя себя центром межпланетного конфликта или подопытными в инопланетном эксперименте.
И я их понимала. Потому что в такие моменты, как этот, глядя на Терна и Рейлика, думая о Дере и ребятах, рискующих жизнями, чтобы остановить демона, если он попытается сбежать из этого мира, я тоже хотела покоя и тишины. И Керра живым. И себя, Одн-ну, в зеркале.
Я не знала, что делать. Было уже поздно юлить и изворачиваться, было поздно придумывать предлог.
— Рейлик, — начала я, — а какое твое истинное имя?
  
Глава 30
 
Кристалл вспыхнул ярким красным светом, и Рейлик завопил так, что наверняка было слышно и в коридоре. Терн бросился к нему, но я успела раньше и заслонила ему дорогу, удержав на месте. Кристалл погас, бородач свалился мешком рядом с креслом, в котором сидел. Я подождала немного и подошла ближе. Спустя пару минут Рейлик пришел в себя, сел, заморгал, стал оглядываться.
— Что?.. Что это было? — он уставился на Терна. — Почему я…
Рейлик замер, по его лицу пробежала судорога.
— Лемиш погиб. Ты убил его.
Он потер лоб, покачал головой, все еще сидя на полу.
— Почему я не… Что это было, Лакстерн?
— На нас наложили внушение, дружище, — сказал Терн, подавая ему руку и помогая подняться. — Не знаю, когда, не знаю, кто, но мы оказались под внушением, и это внушение длилось очень долго. Так долго, что…
Рейлик закрыл лицо руками.
— О Лемиш. О мой дорогой друг. — Он отвернулся от нас и долго молчал, и мы тоже молчали, сочувствуя горю, которое, как видно, он осознал только сейчас.
— Теперь я начинаю понимать, — сказал после долгой паузы Терн, глядя куда-то вдаль. — Скорее всего, тогда внушение и случилось. В момент, когда демон едва не вырвалась, она каким-то образом что-то нам внушила. Заставила нас изменить свое отношение к происходящему, потерять бдительность. Она не вырвалась, но кое-что ей сделать удалось. Вот только я не понимаю, что.
— Мы должны были это понять. Мне было плевать на смерть Лемиша, — сказал Рейлик. — Он умер, погибла Таллия, а я только и думал, что на ее или его месте могла бы оказаться Мезп. Я мог думать только о ней…
Они с Терном посмотрели друг на друга. Я тоже кое-что начинала понимать, но предпочла не вмешиваться.
— Да, — сказал тот. — Вот оно, Рейлик. У меня случилось то же самое. Лемиш погиб. Таллия погибла. Но я тогда думал, что умер бы на месте, если бы что-то случилось с Мезп. Проклятье. Какой же я идиот. Я же тогда и признался ей. Я же тогда и рассказал ей о тебе, Нина. Рассказал о том, что отбираю жизнь у тех, кого люблю. И она тогда засмеялась и сказала, что с ней такого не будет, потому что она — не человек, а оборотень, аниморф.
Я молчала, понимая, что слова тут ни к чему. А в душе… Инфи Великий, что творилось у меня в душе! Но зачем демону понадобилось внушать Терну и Рейлику — и я думала, что и Эмаку — такую страсть к Мезп?
— Кажется, все завязано на Мезп, — сказал Терн. Посмотрел на меня. — Эмак сейчас должен забирать ее из больницы. Они скоро будут здесь.
Я кивнула, думая о том, что хорошо бы и ангелам оказаться здесь, и побыстрее. Внушение было снято с Терна и Рейлика. Но если в этом как-то замешана Мезп, могли быть проблемы.
 
— Тебе лучше пойти в свой номер, — сказал Рейлик, обращаясь ко мне. — Будет слишком подозрительно. И ты иди с ней, ты ведь сегодня должен ее охранять, — добавил он, глядя на Терна. Если ангелы уже едут сюда, их нам недолго придется ждать.
Он говорил разумные вещи. Мы ретировались.
— Прости, — сказал Терн, когда мы вернулись в мой номер. — Я вел себя с тобой неподобающе. Теперь я понимаю, почему ты тогда сорвалась. Теперь понимаю.
Я не могла поднять на него глаз. Уселась на диван рядом, но не смотрела на него и ничего не отвечала.
— Все было как в дымке. Мезп, Мезп, Мезп. Мои мысли занимала только она, а ты… было все равно. Мне очень жаль, что погиб Керр. Он был хорошим человеком. Времетрясение никого не щадит.
— Да, — сказала я.
— Я не отрекаюсь от своих слов, — сказал он, и я повернула голову, чувствуя, как замирает сердце.
— Что?
— Я не отрекаюсь от своих слов, Стилгмар, Одн-на, Нина. Я помню, что сказал тебе здесь же, шестнадцать лет назад. Все по-прежнему. Это было внушение, в реальности во мне ничего не изменилось.
— Терн… — я поняла, что готова заплакать, и замолчала. Все чувства, все страхи, вся боль снова всколыхнулись во мне.
— Послушай, — сказала я после долгой паузы. Я рассказала, что случилось со мной внизу, пересказала остатки диалога с Дером. — Я боюсь, что и на мне… что и на мне внушение. И я не знаю, что будет, когда я его сниму. Мы уже практически уверены, что Мезп замешана в этом, но что, если в этом замешана и я? Терн, я должна попробовать снять его прямо сейчас. Я боюсь, что то, что я чувствую — наведенное. Вдруг демон все-таки успела мне что-то внушить.
— Кристалл блокирует воздействие на хранителя.
— Я не знаю, — сказала я, прерывая его. — Дер сказал, эти люди ничего не помнят. Кто поручится, что Кристалл действительно защитил меня. Мне нужно попробовать
Взгляд Терна не отрывался от моего лица.
— Я уверен, что на тебе нет внушения. Не позволяй своему разуму запутать себя, Стил.
Я покачала головой.
— Я должна попробовать снять с себя внушение, Терн. Иначе я просто сойду с ума. А потом я буду готова выслушать тебя. Не говори мне ничего сейчас. Потом, когда я приду в себя, я буду задаваться вопросом о том, было ли это реально. И у меня не хватит смелости попросить, чтобы ты повторил сказанное.
Я дотянулась до журнального столика и положила на него Кристалл. Сосредоточилась на камне, стараясь отрешиться от мира вокруг. Спустя пару мгновений мне показалось, что поверхность его начинает светиться красным. Я глубоко вдохнула.
— Стилгмар. Нина. Одн-на.
На последнем слоге я моргнула. Ничего не произошло, я все так же сидела на диване, слыша, как бьется в груди сердце, остро осознавая рядом присутствие Терна. Я не потеряла сознание и не рухнула на пол, как Рейлик. Но что это значило?
На мне не было внушения, или я просто не смогла его снять?
Кристалл безмолвствовал, не было никакого свечения, ни красного, ни зеленого. Я не чувствовала себя иначе, не ощущала никаких изменений. Или я провалилась, или мне ничего не внушали. А это значило, что на уровне Сферы я действительно видела А’ким, и ее действительно спасли, а меня действительно попытались убить.
— Что-то изменилось? — спросил Терн. — Кристалл сработал?
— Я не знаю.
Взяв со стола Кристалл, я уже машинально положила его обратно в карман, чувствуя полнейшую растерянность. Где же ангелы, где Дер? Я не понимала, что не так. Я не знала, что это значит.
— У меня не получается, — сказала я Терну. — Не знаю, почему. Кристалл не сработал. Ничего не изменилось. Ничего. Я или не сняла внушение, или… я не знаю.
Я встала с дивана, готовая расплакаться, но не готовая к тому, чтобы он это видел, и Терн тоже поднялся. Резко, быстро, так, словно вдруг решил сделать что-то важное, что-то, для чего давно уже настало время. Я не успела сделать и шага — он перехватил меня. Прижал к себе, глядя в глаза своими зелеными глазами, положил руку мне на затылок. Я замерла в его руках, не в силах даже вздохнуть.