Муж моей сестры (СИ)
— Это ты меня прости!
Казалось, что у меня на лбу написано чувство вины. Будто бы Рита могла каким-то образом прознать о моих недостойных мыслях о ее муже. Только ни это...
— Где ваша сестра, Элис? — холодно бросил Роберт, едва я переступила порог столовой.
— Ей нездоровится, — промямлила я. — Она пожелала ужинать в своей комнате.
Я опустилась за стол. Боясь встречаться взглядом с мужчиной напротив, вцепилась в вилку.
— Приятного аппетита, мисс, — несколько выжидающе произнёс хозяин дома.
— И вам, — пискнула я в ответ.
Я все же подняла глаза и наткнулась на чернеющий взгляд:
— Как ваша голова, Элис? Доктор вас осмотрел?
— О, я в порядке, спасибо! Пришлось заверить горничную, что в докторе нет надобности…
— С чего вы взяли? — строго перебил меня Роберт.
— Открытых ран нет, что исключает заражение. Тошноты и головокружений я не ощущаю, значит и сотрясение мне не грозит, — принялась я перечислять свои доводы.
— Впредь я бы рекомендовал вам не оспаривать мои приказы. Горничная будет наказана, за то, что ослушалась. Если подобное повторится, вам, Элис, тоже придётся получить своё наказание.
Он принялся за еду. А я открыла рот от шока. Боже, при нем и вздохнуть страшно. Так почему же эти дурацкие бабочки в животе его не боятся?
С того вечера я старалась больше не попадаться на глаза хозяину дома. В его присутствии я чувствовала некую неловкость. Будто он следит за каждым моим движением. И это ощущение нисколько не помогало бороться с собственными мыслями. А потому я предпочла проводить как можно больше времени с сестрой. Рита вовсе перестала выходить из спальни, а я оставалась подле неё. Сказать, что сестра была странной — ни сказать ничего. Мы действительно словно поменялись местами. Я пестрила шуточками, пытаясь ее хоть как-то растормошить. Но в ответ удостаивалась лишь редкими измученными полуулыбками.
— Прошло уже несколько дней, Рит, — постановила я. — Мы не можем прятаться тут вечно. Если тебе все ещё плохо, то следует вызвать врача.
— Нет! — судорожно прервала меня Рита. — Не надо врача! Я скоро поправлюсь. Мне только нужно ещё немного времени, чтобы все обдумать.
— Не понимаю... Чего тут думать? Раньше надо было! Ты уже вышла замуж! Так почему не подпускаешь мужа? Он выглядит весьма раздражённым.
— Ты с ним встречалась? — испуганно спросила она.
— Вчера видела на кухне, когда ходила за нашим ужином.
— И что он сказал?
— Ничего, — пожала я плечами, ковыряясь вилкой в тарелке. — Я сбежала до того, как он меня заметил.
— Тоже прячешься от него? — удивилась сестра.
— Мне просто неловко разгуливать по его дому, пока ты тут отсиживаешься. Не хочу мозолить ему глаза, — я отставила в сторону поднос и пересела со стула к сестре на кровать: — Рит, я надеюсь, однажды ты мне все расскажешь... М? Что тебя так беспокоит? Почему ты так изменилась? Может... тебя кто-то обидел?
Некоторое время зелёные глаза глядели на меня не мигая.
— Все хорошо, — наконец отозвалась сестра.
— Ты же помнишь, что можешь во всем положиться на меня? — я сжала ее руку.
— Конечно, Лис.
— И если тебе нужна будет помощь...
— Я первым делом обращусь к тебе, — закончила за меня Рита.
Она наконец улыбнулась. Однако во взгляде читалось нечто, чего я не смогла разгадать. Тоска? Сожаление?
— Давай померим температуру, — авторитетно заявила я, поднимаясь с кровати. — И ложись отдыхать, чтобы поскорее встала на ноги!
Уже через полчаса я вышла из комнаты под мерное сопение сестры. Температуры так и нет. И Рита не хочет признаваться, что у неё болит. Я бы подумала, что она симулирует, но не вижу никаких оснований для этого. На учебу ходить не нужно. Там-то Ритка любила проворачивать свои трюки: грела градусники на батарее, нюхала лук, до красных глаз, и прочие выкрутасы. Но сейчас она будто и не пытается меня обмануть. Я вошла в библиотеку, которую заприметила уже на второй день пребывания в этом доме. Я оценила роскошную коллекцию книг, хранившуюся здесь. Некоторые книги были настоящими раритетами, которым несколько сотен лет. Им место разве что в музее. А они тут пылятся. Ну что ж, на мою удачу!
Осторожно вытащив одну такую книгу, я уселась за стол посреди библиотеки. С трепетом переворачивая страницы, я настолько погрузилась в изучение древнего манускрипта, что не сразу заметила, что мое уютное одиночество нарушено.
— Что вы здесь делаете, Элис? — прогремел мужской голос.
— Э-э... — я подскочила от неожиданности. — Ч-читаю!
— Кто вам позволил рыться в моих личных вещах? — Роберт был явно раздражен.
Но какого черта?! Какими бы ни были причины его раздражения, это не значит, что надо срывать злость на мне.
— Мне никто не запретил! — резко отозвалась я. — На двери не было таблички «Не входи, убьёт!».
— Отныне вы знаете, — он недовольно приподнял бровь.
— И чем прикажете развлекать себя в вашем ледяном дворце?! — не могла угомониться я, хотя крупицы моего разума уже сожалели о колкости языка.
— Не я пригласил вас в этот дом, не мне и организовывать вам досуг! Позаботьтесь, чтобы ваша сестра поскорее пришла в себя, вот вам и занятие!
Деспот! В ярости я захлопнула книгу, и поднялась из-за стола.
— Эта книга на латыни, — куда более мирно заметил Роберт.
— Совершенно точно, — бросила я, собираясь уходить.
— Знаете латинский? — удивленно спросил он.
— Достаточно, чтобы читать.
— Это весьма непростая книга. Сколько вам лет, Элис?
— Достаточно, чтобы понять, о чем здесь написано.
— Недостаточно понимать смысл слов. Важнее понимать посыл, — высокомерно заявил он.
Я гневно уставилась на неожиданного собеседника:
— По-вашему я пустоголовая? — я выплюнула эти слова, уже сомневаясь в собственной адекватности.
Где же пресловутое чувство самосохранения?!
— Что? — не понял он.
— Вам ведь плевать какими знаниями я обладаю на самом деле? Вы уже составили обо мне мнение по внешности и возрасту? Что ж, я ожидала от вас большего, Мистер Артонт. Слишком поверхностно, — я горделиво вздернула подбородок, мечтая поскорее убраться отсюда.
— Стесняюсь уточнить: вы сейчас отчитываете меня?
Мне показалось, что я заметила тень улыбки на его губах. Должно быть померещилось. Этот холодный чурбан и улыбается? Нет-нет.
— Называйте, как хотите! С вашей стороны весьма несправедливо лишать других удовольствия наслаждаться столь великолепным собранием книг, — продолжила я напряженный диалог с хозяином дома.
— Находите мою библиотеку великолепной? — не без интереса уточнил он.
— Конечно! Вы что же, сами не видите? Это ведь настоящая сокровищница! Каждая книга, словно бриллиант!
— Помнится, кто-то только что шарахнул один такой бриллиант об стол, — мужчина кивком указал на книгу, лежавшую передо мной на столе.
Я, вздрогнув, отняла руку от ветхой обложки. Что это? Ухмылка? Он насмехается надо мной? Быть того не может. Кажется, я наконец пришла в себя после гневной тирады, которую не задумываясь выпалила на своего зятя.
— Что ж... — вымолвил Роберт, поднимая со стола книгу, и медленно проходясь по кабинету. — Должен признать, вы тоже не оправдали моих ожиданий, Элис. Я считал вас милым беспомощным ангелом, которому нужна опека. Однако вы оказались настоящей фурией. С острым умом и не менее острым язычком.
Он вдруг оказался рядом со мной. Я вздрогнула, но не отступила. Мужской запах снова ударил в нос, одурманивая сознание.
— П-простите, — промямлила я, растеряв последнюю уверенность из-за его близости.
Не желаю оказаться наказанной. Мне почему-то представлялись какие-то средневековые пытки в качестве наказания за мою грубость.
— Разве вам есть за что извиняться? — он наклонился так, что его глаза оказались на уровне моих.
РОБЕРТ
А я-то уже подумал, что моего обаяния хватило хотя бы на эту малышку. С тех пор, как я оказался истощён от голода, оно практически перестало работать на смертных. Даже прислуга распоясалась. Но Элис другая. И мое влияние работает на ней как-то иначе. Ведь до этого она вела себя будто зачарованная. А сейчас вдруг взбунтовалась. Теперь вот снова стоит и невинно смотрит на меня своими лазурными глазами. А я только и думаю, какой бы придумать предлог, чтобы коснуться ее. Сколько же эмоций спрятано в этом крохотном сосуде. Как я голоден... Если Рита не планирует исполнять свои супружеские обязанности, могу ли я в качестве компенсации взять ее сестру. Мой взгляд скользнул по хрупкой фигурке. Я лишь на мгновение представил, как сжимаю это нежное тело в объятиях, и почувствовал, что в брюках стало тесно. Черт...