Ты еще маленькая (СИ)

— Идем, ничего не бойся, — смело ведет себя Славка. Возможно, для этого есть основания, но что-то мне подсказывает: с Шаховым лучше не связываться.
Пока Славка тащит меня за собой в сторону кухни, я замечаю, что людей немного, в большой гостиной играет музыка. Молодежь танцует, веселится. На столе коробки с едой, банки с пивом. Крепких напитков нет. Ирку взглядом не нахожу. Или просто не успеваю осмотреться.
— Злат, сделай Ксюше чай, — с порога заявляет парень. — Она замерзла.
— Конечно. Садись, — улыбается рыжее чудо и тянется за чистой чашкой. Одета она скромно, но со вкусом.
— Я твою подругу найду, — сообщает Вячеслав, прежде чем уйти. Хватаю его за руку, хочу предупредить, но по воинственному настрою понимаю – не прислушается. Попытка не пытка.
— Не говори с ним. Я сама разберусь, — только конфликта парней мне не хватало. Как я стану решать вопрос с Шаховым? Да никак. Избегать его буду, делать вид, что мы незнакомы.
— Я за Ирой, — решительно покинул кухню, закрыв за собой дверь. Не подругу он отправился искать. Теперь нервничай.
— Ты ему нравишься, — улыбается Злата, ставя передо мной горячую кружку чая. Вторую ставит напротив, присаживается за стол.
— Вячеславу?
— Ага. Сама не замечаешь? — мне становится неловко. Пожимаю плечами. Замечала, конечно, просто все мысли были о другом парне, который недостоин того, чтобы я о нем думала.
Дверь открывается, входит Макар. Взглядом тут же отыскивает Злату.
— Дозвонился? — спрашивает она.
— Нет, — мотнув головой.
— Хочешь, поедем домой?
— Посидим немного. У твоего же друга день рождения, — иронии в голосе столько, хоть половником черпай. Но при этом он с таким обожанием смотрит на девушку, что невольно начинаешь завидовать. По-доброму. Хочется, чтобы и на меня так смотрел тот самый… единственный. Раньше я на этом месте представляла Шахова, теперь… никого.
Мне становится неловко за ними наблюдать. Эта красивая пара общается взглядами, а я будто вторгаюсь в их интимное пространство. Старательно делаю вид, что увлечена напитком. Он действительно согревает.
Дверь открывается, тут же оборачиваюсь. Встречаюсь взглядом с Тимуром. Хмурится. Недоволен. Мы играем в гляделки, в кухне повисает тишина.
— Идем поговорим, рыбка, — первым заговаривает Тимур. От его тона по коже проходит озноб.
— Нам не о чем говорить, — несмотря на то, что он удерживает мой взгляд своим – тяжелым и цепким, – нахожу в себе силы разорвать контакт и отвернуться.
Злата смотрит на нас удивленно и непонимающе. На лице Макара ничего нельзя прочитать.
— Тормози, брат, — тихо, но твердо произносит он. Идет борьба взглядов. Я не оборачиваюсь, не вижу лица Тимура, но чувствую – что они с Макаром безмолвно сражаются.
Шахов подходит, нависает надо мной. Я ищу спасение в паре, сидящей напротив. При них он ведь мне ничего не сделает? Но моя надежда развеивается как дым, когда Макар поднимается и тянет за собой Злату.
— Пусть поговорят.
Мое сердце проваливается вниз. Лихорадочно пытается стучать. Я тоже пытаюсь подняться, но тяжелая рука опускается мне на плечо, вдавливая в стул.
Я не боюсь…
Ничего он мне не сделает…
 
Если что, я буду кричать…
Шахов забирает из ослабевших пальцев полупустую кружку чая, как только дверь за Макаром и Златой закрывается. Наклоняется к моему лицу, поддевает пальцами свободной руки мой подбородок, вынуждая смотреть ему в лицо. Отпивает из чашки – с того края, где были мои губы. Умудряется делать это порочно и вызывающе…
— Я ведь предупреждал, маленькая рыбка, не попадайся лучше мне на глаза…
Глава 6
Ксюша
— Можешь завязать глаза черной тряпкой, потому что я не собираюсь бегать от тебя и прятаться по углам, — несмотря на то, что мое сердце заходилось от страха, я не собиралась молчать. — Сделай вид, что мы никогда с тобой не встречались. Найди для троллинга кого-нибудь другого. И я сейчас не о девушке говорю. Здоровому мужику доставляет удовольствие обижать девчонку, которая много слабее, чувствуешь после этого себя всесильным? — мне хочется задеть его, отомстить за все «хорошее».
Глаза Тимура опасно сужаются. Он медленно отставляет в сторону чашку. Не сводит с меня злого взгляда. Вот чувствую, что я задела его своими словами.
— Говорливая рыбка, — резкий выпад рукой, и он сжимает мой хвост из волос до легкой боли. Стараюсь не морщиться, но и двинуть головой не получается.
— Можешь не слушать меня. Тебе показать, где здесь дверь? — не сдаюсь я.
Дергает мой хвост на себя, сокращая расстояние между нашими лицами до нескольких миллиметров. Я ощущаю его теплое чистое дыхание. Улавливаю запах мяты, будто он только недавно чистил зубы или жевал жвачку.
Его близость натягивает мои нервы до предела. Страх переходит в другую фазу, к нему добавляется волнение. Но ведь я ненавижу Шахова, тогда откуда это жжение в солнечном сплетении?
Упираюсь ладошками в каменную грудь, но легче сдвинуть дерево с места, чем эту разозленную скалу мышц.
— Каждый раз, когда ты будешь попадаться мне на глаза, я буду… — не договаривает, сметает оставшиеся между нами миллиметры, накрывает мои губы своими.
Он хочет меня наказать. В его действиях нет нежности. Властно сминает, прикусывает до легкой боли, потом зализывает. Сжимая пальцами челюсть, вынуждает открыть рот. Врывается языком, который никак не получается выпихнуть.
Попыток отбиться Тимур не замечает.
— Ты делаешь мне больно, — неразборчиво выговариваю, когда он на секунду оставляет мои губы в покое.
— Тогда не сопротивляйся, — его голос я бы с закрытыми глазами не узнала, он звучит низко, будто Тимур простыл. Ослабляет хватку на моих волосах и челюсти.
Теперь целует по-другому. Не причиняя боли, но все так же страстно. Жарко. Влажно. Я не отвечаю, хоть этот поцелуй можно назвать приятным. Я не позволяю себе закрыть глаза и отдаться ему.
Не стоит забыть, что для Шахова это всего лишь способ меня наказать. То, что последний год я мечтала ощутить его губы на своих, уже не имеет значения.
— Хватит! — убираю лицо, когда хватка на моей голове совсем ослабевает. — Мы учимся в одном учебном заведении, наши пересечения неизбежны. По возможности я буду стараться тебя избегать, надеюсь, этого обещания достаточно, чтобы ты оставил меня в покое. Я даже объяснений требовать не буду, чем я тебя так раздражаю, что ты не желаешь меня видеть, но лезешь целоваться. Это как минимум наводит на мысль о биполярном расстройстве.