Ты еще маленькая (СИ)

— Как я рада вас видеть, — первой она обнимает меня, Тимур в это время полез на заднее сиденье за цветами. — Меня Лера зовут, но ты, наверное, уже знаешь.
— Знаю, — улыбаюсь. От нее исходит такое тепло, что я сразу расслабляюсь.
— Лера, необязательно их держать на улице под дождем, — здоровается со мной за руку Марат. Мы одеты, один мокнет в футболке, но вообще не ведется, будто на улице плюс двадцать пять.
— Это мне? — спрашивает Лера, когда Тимур протягивает ей букет цветов.
— Тебе. А Ками где? — вытаскивает второй букет.
— Ванну принимает. Ты же знаешь, что она оттуда не вылезет, пока вода не остынет. Какой ты молодец, — комментирует Лера, когда Тимур передает мне мой букет роз.
Дом точно не похож на музей. Теплый, уютный, светлый, он наполнен радостными детскими голосами и сладкими запахами домашней выпечки. Я знакомлюсь с Алексом и Давидом. Но мальчишкам не очень интересна какая-то там девчонка, когда на большом экране можно соревноваться в гонках.
— Алекс, убавьте звук, — спокойно произносит Марат, этого оказывается достаточно, чтобы сын отложил джойстик в сторону и убавил звук.
Знакомство продолжается при ярком свете. Я не ошиблась, Лера действительно выглядит молодо. По ней не скажешь, что она мама троих детей. Фигура, как у модели.
Камилла спускается, когда мы сидим за столом. Девочка очень красивая. Не могу сказать, на кого из родителей она больше похожа, Ками унаследовала черты и матери, и отца. Она подходит ко мне и протягивает руку для знакомства.
— Я так рада, что ты красивая, — заявляет открыто, чем немного меня смущает. Не знаю даже, что на это ответить.
Камилла легкая, уверенная в себе, улыбчивая. Такими качествами обладают дети, которые выросли в любви. Любовь должна быть не только к детям, но и между родителями. В этой семь ее много. Это чувствуется в каждом взгляде, который Лера и Марат обращают друг к другу. Они смотрят с любовью на своих детей. В их доме очень уютно и тепло.
— Твой букет, — кивает Тимур на цветы в вазе. Лера все букеты расставила в большие напольные вазы.
— Без повода только ты и папа дарите мне цветы, — притворно вздыхая, обнимает она за шею Тимура, подставляя щеку для поцелуя.
— А кто еще должен дарить тебе цветы без повода? — выгибает Тимур недовольно бровь.
— Повзрослеть ты всегда успеешь, — вступает в дискуссию Лера.
— Да я просто шучу, что ты сразу рычишь? — разглаживает пальцами хмуро сведенные брови на лице Тимура. — Папа сразу понял, что я шучу. Да же, папочка? — оборачивается к отцу эта лиса.
Ответ мы не успели услышать, наш теплый семейный ужин оборвал резкий хлопок, от которого в доме задрожали стекла. Марат тут же оказался на ногах. Лицо его изменилось, сейчас перед нами предстал не любящий глава семьи, а очень опасный мужчина. Я поежилась от его взгляда.
— Тимур, быстро отведи всю семью вниз! — разрезая пространство стальным, как лезвие бритвы, голосом...
Глава 56
Тимур
— Вот это шарахнуло! — пацаны Марата не понимают всей серьезности ситуации.
— Тим, что это бахнуло? — интересуется Алекс, постоянно оглядывается, не спешит спускаться на подвальный этаж.
По Камилле не понять, испугалась она или нет, паники на лице не замечаю. Она вообще у нас слишком бесстрашная и рисковая, отцовские гены. Лера в легкой панике, как и Ксюша.
 
— Запритесь и сидите здесь, — завожу их в зал со стальной дверью. Лера знает, как включить вентиляцию. — Как только выясню, что произошло, спущусь и расскажу, — обращаюсь к сестре. Она понимает, что я не могу оставить Марата наверху одного.
Взбегаю быстро наверх. Входная дверь нараспашку, порывы холодного ветра врываются в дом, остужая пространство. Во дворе охрана, скинув верхнюю одежду, с огнетушителями в руках, которые вытащили из всех машин, тушат пожар. Марат тоже в деле. Я подозревал, что взорвался автомобиль, а горит у нас старый гараж, в котором когда-то тренировался сам Марат и его друзья.
Не теряя времени, я спустился за Лерой, Ксюшей и детьми. Огонь может перекинуться на дом, оставаться им в подвале опасно. Пока не выяснится причина взрыва, лучше им оставаться в доме.
— Лера, контролируй ситуацию, если огонь приблизится к дому – быстро его покинуть, — не дожидаясь ответа, бросился на помощь. Лишние руки сейчас не помешают. Хорошо, что на улице продолжает идти дождь.
Помещение последние годы служило большой кладовкой, где складывали весь Леркин инвентарь: метлы, грабли, лейки, тяпки. Там же стоял байк Марата, в последнее время он не часто на нем гонял. Хранились в старом гараже шины от колес, велосипеды… там же хранился поливочный шланг, который сейчас нам бы очень пригодился. На помощь спешили соседи – кто с ведром, кто со шлангом…
Потушили возгорание пожарные, но наша слаженная работа не позволила огню распространиться.
— Вот это вечер… — произнес Марат, когда все разъехались, а соседи разошлись по домам. Остались только друзья Марата, которые, узнав от Леры о произошедшем, поспешили к нам. Теперь каждый отзванивался и успокаивал жену. Хорошо, что те оставили их дома, а то развели бы тут бурную деятельность. — Во всем этом только один плюс, — продолжил Марат.
— Какой?
— Это не было покушением, — уверенно произнес брат.
— Уверен? — я все еще сомневаюсь, потому что не представляю, как мог гараж взлететь на воздух?
— Абсолютно. Так даже дилетанты не действуют, — стукнув меня по плечу, Марат кивнул всем нам в сторону дома. — Кима, посмотрите записи с камер, пока мы умоемся.
— Без проблем, — кивнул Арсен, направляясь в дом за нами. Все короли в сборе, даже отец Макара и Демьяна здесь.
— Я тогда в кабинет, пароль на компе ты не менял? — спрашивает Кимаев. Степени доверия между Маратом и его друзьями можно было только позавидовать.
— Нет, тот же, что ты установил…
Я не стал задерживаться с ними, все равно выяснится, что за подозрения роятся в голове Марата. Поспешил в душ – я весь в саже, пропах гарью, скорее хотелось смыть с себя все и спуститься к Ксюше. Наверняка перенервничала, как и все мы.
Выхожу из душа, а у меня гости в комнате – Давид. Сидит понурый на моей постели. Мелкие выросли на моих руках, со своими проблемами часто бегут ко мне. Неужели испугался? Когда я заглядывал на кухню, эти два оболтуса расстроенными не выглядели, живо обсуждали взрыв, комментировали пожар и даже собирались идти на помощь взрослым, Лера их с трудом удерживала.
— Давид, что случилось? — присаживаюсь на колени возле племяша.
— Меня папа будет ругать, — по щеке катится слеза. Марат не кричит на детей, он с ними беседует. С парнями, когда они сильно косячат или кого-то обижают – это мужские разговоры твердым жестким тоном. Пронимает так, что второй раз не захочешь оказаться в кабинете под его строгим взглядом. Мне тоже доставалось в свое время.