Алхимия желаний (СИ)

— Это случится не скоро.
— Я хотела бы знать заранее, — попросила я, отстранившись. Внутренняя буря улеглась, позволив мне вдохнуть с облегчением. Однако мои страхи за будущее хотят подкреплений. Если я ничего не могу изменить, не могу заставить его остаться, я хочу подготовиться к неизбежному. — Я серьезно. Я надеюсь, что ты скажешь мне.
— У нас достаточно времени, Салдарина. Но я обещаю, что скажу тебе, когда наступит время прощаться.
— Ты скажешь мне заранее! — потребовала я. — Только так.
— Я скажу, — заверил меня Арриан и поцеловал в уголок рта.
Он поцеловал меня, стирая мои страхи. Забирая тревоги в это мгновение, даря свою любовь. Внутри разжигалось тепло и свет, растворяющие в себе тьму. Его поцелуи не были чем-то крышесносным или безумным, но такое я бы никогда не смогла забыть. Трепетное касание. Наслаждение.
— Мне остаться? — спросил он на всякий случай, сомневаясь в том, готова ли я вернуться в пустой дом и окунуться в царившее там одиночество.
— Нет, — помотала головой я. — Не нужно. Я должна побыть одна. Хотя бы одну ночь. Но я буду рада увидеть тебя завтра.
— Хорошо, маленькая Хранительница, как скажешь. — Шептал Арриан мне на ухо. — Всё как ты скажешь.
И голос… Такой бархатный и убедительный, обволакивающий… Похож на поцелуй шелка, прикоснувшегося к коже. Голос либо самого искреннего человека на свете, либо самого заправского лжеца.
Его губы целовали мою шею.
— Я думала, ты хочешь меня успокоить.
— Лучше ты будешь думать обо мне, чем о вселенской катастрофе, которую можешь ненароком устроить!
Он прикусил кожу на шее, и я выдохнула. Уроки соблазнения от Хранителя имели успех. Я растаяла. Открыв рот, я повернула голову так, чтобы ему было удобнее. Его пальцы ещё сильнее зарылись в мои волосы на затылке.
— Я на такое способна? — удивилась я, вскинув брови вверх.
— Тебе ещё многое нужно узнать о Хранителях, милая.
— Ну, вот ты мне и расскажешь.
Он отстранился, глядя на меня в полумраке салона машины. Заправил волосы за ухо и вытер большим пальцем несуществующую слезинку со щеки.
— Обязательно.
Мы поцеловались в последний раз.
  
Глава 15
 
Я шла до подъезда с бешено бьющимся сердцем, припухшими, зацелованными губами и розовым туманом в голове. Я остановилась, развернулась на месте, ещё раз посмотрела на дорогу, где ранее стояла машина Арриана, прижала руки к горящим щекам и прерывисто вздохнула.
Я касалась губ и шла, не видя ничего перед собой.
Выронила ключи, когда доставала их слабыми пальцами из кармана. Нагнулась, чтобы подобрать их с влажного грязного асфальта. Боковым зрением заметила нечто странное, темное, я резко обернулась и наконец увидела…
Фигуру, сидящую на лавочке у моего подъезда. Николас. Он вальяжно расселся на ней словно на троне: ноги расставлены, руки закинуты за спинку, а голова слегка запрокинута. На несколько секунд я замерла, не решаясь двинуться. Пока я медленно поднимала ключи с асфальта, мы встретились взглядами. Я сглотнула. Как много он видел? Как давно он тут? Что он тут делает?
По первому взгляду — Ник был расстроен, меланхолично печален. Но не более. Ни злости, ни гримас отвращения.
— Развлекаешься? — послышалось с его стороны.
— Что ты тут… — я осеклась и выдохнула.
Он никогда… Никогда до этого не приезжал сам. Присылал курьеров, было дело, но никогда не приезжал сам. Это что-то значило. И мне это не понравилось. Я испугалась.
— Хотел поговорить, объясниться. Но тебя не было дома. А трубки ты не берешь.
— Я не хочу с тобой разговаривать, — пояснила я, стараясь сохранять ровный холодный тон. Не хотелось выдать своей обеспокоенности.
— Вижу, — он мотнул головой в сторону, где ранее стояла машина Арриана, из которой я выходила окрылённая. Ник встал с холодной скамейки. — Теперь вижу почему. Но не пойму… Как ты…
Как я — что? Его приняла, разрешила Хранителю меня касаться, целовать, ухаживать, согласилась быть с ним? Как я вообще всё это впустила в свою жизнь? Как я не испугалась и не сбежала? Как я после его выданной мне в лицо правды решилась на такое?
 
Но я быстро забыла, о чем думала — всё внимание моей слегка не трезвой головы переключилось на странное поведение Рейнсейра. Он шатался. Выглядел откровенно плохо — даже в темноте я могла разглядеть залегшие тени под его глазами. Все же Ник стоял не так уж далеко, скорее — опасно близко. Но я не решалась отступить и выдать свой затаившийся внутри страх.
— Ты пьян? — с возмущением и долей тревоги спросила я, разглядывая Ника. Тот отворачивался и не желал смотреть в мои глаза, будто прятал свой стыд или эмоции, которые делали его слишком уязвленным. А он не хотел это мне показывать.
Если он напился, это бы все объяснило. И приезд сюда и это желание всё исправить.
Ник всегда делал, как хотел и что хотел, не всегда интересуясь мнением других. Чего его выходки в прошлом, например, с контрактом, стоили.
— Я не спал уже несколько дней, — выдохнул он и сделал шаг назад, зажмуриваясь, словно перед глазами поплыли пятна, и он пытался их прогнать.
— Сочувствую. — Но в моем тоне не было жалости. Короткая фраза, не имеющая ничего общего с сочувствием. — Так чего ты хотел?
Пора уже заканчивать.
— Я просто хотел извиниться, — он сунул руки в карманы своего укороченного пальто. — Узнать как ты.
Столько в его тоне было грусти и печали, что стало не по себе. Он будто сожалел. Это так не похоже на Николаса, который все эти недели вел себя… Как подонок. Эти перемены меня жутко напрягали. Я буквально боялась и ждала подвоха.
— Да что с тобой происходит?
Сейчас Ник больше походил на маленького мальчика, на подростка, нежели на серьезного мужчину или босса компании. Я не знала, как реагировать.
— Мне плохо, — он приложил ладонь к лицу. — Сила сводит меня с ума. Но это всё… Не важно… Я запутался. Важно, что я, кажется, тебя обидел… И кажется… Виноват?
То есть, он даже не был уверен.
— Ник, знаешь что?
Я хотела сказать — проспись, отдохни, соберись с мыслями, как минимум! И уже потом…
— Ничего не говори, — попросил он. — Я по глазам вижу, что ты хочешь сказать. И вообще… — Он снова кивнул в сторону улицы. — Я видел достаточно.
— Ты ничего не видел. Ничего не знаешь! — шипела я.
Да как он смеет делать мне подобного рода намёки? Как ему вообще не стыдно после своих выходок и проступков?
— Может быть… — он осёкся, услышав в моем голосе злость, перерастающую в гнев. И даже потерялся всего на секунду. Усомнился. — Но я… — Ник резко передумал. Замолчал и качнул головой так, что отросшие пряди его темных волос упали на глаза. — Я пойду.
— Да, будь добр! — поддержала я, с раздражением глядя на Ника. И добавила: — Не приходи сюда никогда. Я тебя не приглашала.
Я со злости сжала кулаки, и острые неровные края ключей врезались мне в ладонь.
— А его пригласила? — решил уточнить маг, с опущенной головой, скосив взгляд. И снова у него хватает наглости задавать такой вопрос совершенно ровным, будничным тоном, залезая мне под кожу.
— Ты видишь, чтобы я кого-то приглашала? — Махнула рукой в сторону я. — Я иду домой. Одна.
— Он входил. — Ник задрал голову и теперь смотрел в небо. Руки все ещё в карманах. Воздух вылетал из его рта облачком пара. — В твой дом.
У меня все застыло.
Тот случай, когда меня спасли от смерти. Я запретила себе снова прокручивать в голове события того вечера и вспоминать имя мага, что пострадал из-за меня и решил совершить дерзость в виде покушения на мою жизнь.
— Откуда?..
— Магия. Я его чувствую. — Пояснил Рейнсейр, а затем что-то резко изменилось — он наклонился ко мне, и я увидела провалы вместо глаз. А голос его был похож на что-то чужое. Древнее. Страшное. — Я и тебя чувствую!
Я отшатнулась.
Ник тут же схватился за голову, прижал ладони к глазам. Он растерянно отступил, пошатываясь на месте, стараясь прийти в себя. Что с ним творится?!