Алхимия желаний (СИ)
Я вскрикнула. Боль прошибла мою ногу так резко! Мир поплыл и стал крошечным. В голове стучал пульс, в горле застрял ком, а на глаза навернулись слёзы. Тупая ноющая боль теперь пульсировала в ноге, а я чувствовала себя ничтожным существом, лежащим на полу.
— Дара, — этот шёпот прямо над головой был настолько пугающим, словно я не упала, а умирала от кровопотери. — Не двигайся.
Шанар и впрямь испугался. Он убрал назад мои упавшие на лицо волосы, вытер слёзы с моих щек, заставил посмотреть на себя. Только я ничего толком не видела, даже черт его лица. Глаза закрывались сами собой. Я не думала ни о чем, все занимала только боль. Физическая боль заглушала душевную — хоть какие-то плюсы.
— Обхвати меня, — попросил Шанар, поднимая с пола моё слабое тело. Восприятие сократилось до звуков и тактильных ощущений.
Меня опустили на диванчик, мягкие подушки почти не прогнулись под моим весом. Я почувствовала себя невесомой и в какой-то мере истощенной.
— Она…
— Я видел, — прозвучало рядом.
Этот голос. Нет, нет, тебя не должно быть тут. Я попыталась отмахнуться от этого образа, но видела лишь темноту. Глаза не открывались, я проваливалась. Я застонала, когда поняла, что с моей стопы сняли туфлю и потревожили ноющую ногу. Дыхание снова сбилось. Холодно. До чего же холодно!
Меня дёрнуло во тьму. Кажется, я отключилась на пару мгновений, потому что очередная порция резкой боли выдернула из небытия. Пальцы Шанара касались лодыжки, обжигали и причиняли столько дискомфорта, что я, даже если бы захотела, не смогла бы потерять сознание. Он словно держал меня здесь, а я плавала на грани с реальностью. Из-за дикой боли я едва слышала, что они говорят. Долетали только обрывки фраз:
— Я сейчас немного нестабилен… Мне… пару часов… Могу только облегчить её боль.
Пока Шанар произносил слова, которые мало того что звучали отрывисто, будто помехи, паузы длились будто не долю секунды, а целую минуту или даже две.
Глаза закрывались сами собой.
Холод. Он продолжал обнимать меня. Интересно, я могу замёрзнуть насмерть? Уснуть и не проснуться?
— Делай! — мужской баритон звучал властно. Не просьба — приказ. Я охнула, услышав собеседника целителя. Этот глубокий, проникающий под кожу, будоражащий нутро голос. Это чувство, которое он внушал!
Я распахнула ресницы. Перед взором маячили разноцветные пятна. Жар в теле был невыносимым. Он прогонял холод, заставлял его отступать, растекаясь по телу подобно лаве. К моей лодыжке слово поднесли горсть углей! Меня прошибла резкая боль, которая тут же начала отступать. Я вцепилась пальцами в обивку кожаного дивана, не сдержала стона и снова потеряла связь с реальностью.
Сколько прошло? Минута? Час? День?
— Не теряй сознание, — попросил Шанар. Его горячие пальцы вычерчивают что-то на моем лбу. Я пыталась ему ответить, но язык не слушался, получился какой-то невнятный, хриплый звук.
Сознание прояснилось, тьма развеялась так же быстро, как и обрушилась, словно её и не было. А вот наплывший алкогольный туман не желал отступать, обволакивал мой разум, делая меня хрупкой, неуклюжей, развязной. Я хмыкнула. Да, после манипуляций Шанара ощущался прилив сил, я приподнялась на локтях и посмотрела на целителя. Слабость больше не мучила меня, как и дикий холод. Всё тело кололо сотней иголочек — так непривычно, будто я отлежала себе всё.
— Спасибо, — всё, что пришло мне в голову в этот миг — поблагодарить за помощь.
Я помнила, что мы с Шанаром здесь не одни. Что я послала его в далёкое пешее вместе с…
Арриан.
Я не желала поднимать голову и встречаться с сердитым взглядом серо-голубых глаз. Не желала смотреть на него даже мельком. Боковым зрением я отметила движение — Арриан сложил руки на груди и плюхнулся на диванчик напротив. Мне было попросту страшно. Если сделать вид, что его тут нет, то всё обойдётся? Его глаза всё так же устремлены на меня, и я уверена, что он прекрасно знает, что я чувствую кожей его пристальное внимание.
— Дара, — голос Шанара заставил вынырнуть из мыслей. Я зависла!
— М? — Я моргала, пытаясь сосредоточиться.
Его лицо так близко к моему, — закусив губу, я разглядывала Шанара, его приятные черты. Красивые скулы, выразительные миндалевидные глаза. Нос у него ровный, практически идеальный и без единой горбинки, правда, немного большеват. Красивый он всё-таки! Девушки, наверное, от него без ума!
— Что ты делаешь? — усмехнулся целитель. Я от удивления распахнула шире глаза, очнулась, поняв, что вожу указательным пальцем по его носу. Я ойкнула, залившись краской, отвернулась.
— Прости, — буркнула я, хихикнув.
— Вижу, тебе лучше.
Это такое облегчение, всего на миг развеселиться и почувствовать себя живой. Холод, сковавший моё тело и сердце, больше не держал меня в тисках, невидимом морозном плену. Сейчас по телу гулял приятный согревающий естество жар. Магия Шанара. Её крупицы.
— Дара, я сейчас…
— Салдарина? Ты уверена? — послышались чужие голоса, и я уставилась перед собой. — Почему раньше не сказала?!
Звуки смешались.
Я думала, что звукоизоляция здесь лучшая! Экраны не отключали, они на месте. Как я могу всё это слышать?
— Слышишь меня? — Шанар помахал перед моими глазами, чтобы привлечь внимание. — У тебя серьезное растяжение. Я сейчас нестабилен, исцелить твою ногу не могу. Я облегчил боль, но не снял её полностью. Понимаешь, что я говорю?
Я пыталась сосредоточиться только на голосе Шанара, но это невообразимо сложно — внимание продолжало рассеиваться, и голос целителя уходил на второй план. В голове стучало сердце, слышно было каждый музыкальный бит, звучащий с первого этажа и ещё это…
— Дара! — этот голос… Мужской, потерянный, знакомый. Я едва понимаю, кто меня зовёт. Мои собственные глюки?
— Мне нужно домой! — выпалила я, понимая, что единственным лекарством будет проспаться. — Вы все мои глюки! Вас тут нет.
Мне казалось, я просто сбрендила. Вдруг здесь никого нет? Вдруг я упала и хорошо стукнулась головой, а нога это так — фантомные боли? Я перепила — однозначно, но вдруг меня чем-то накачали? Бармен мог мне отомстить?
— Она не в себе, — заявил Шанар Арриану, который продолжал молчать. — Её нельзя оставлять одну.
— Верно, я сошла с ума! — рассмеялась я, потому что какофония звуков не смолкала, смешиваясь, как у бармена в шейкере алкоголь с сиропами. Я поднялась на диване, заливаясь смехом, прощаясь мысленно с адекватной реальностью. — Точно, я сошла с ума… А-а-а!
И тут в голове словно заскрежетало, загудело. Шум крови, пульс, дикий писк и шипение. Я закрыла уши руками, сложившись пополам, уткнувшись в колени лбом. Да какого черта?! Я не могла дышать до тех пор, пока не стало как раньше, пока боль, режущая мозг, не отступила. Вздохнув, я вскинула голову, уставившись на двух магов. Точнее, на целителя и Хранителя. Последний следил за мной с настороженностью и очень пристальным вниманием, будто я могла быть опасна, меня это так взбесило, я раздула ноздри и выдохнула подобно дракону, взглядом послав его к Демонам.
— Я иду домой! Хватит с меня!
— Салдарина, ты вряд ли можешь дойти сама куда-либо! — развел руками Шанар, показывая, что я его плохо слушала. А он толком ничего и не сказал. Растяжение это не перелом. Мне надо домой!
— Ты же снял боль, да? Значит, дойду.
— Дара…
— Дара! — опять этот знакомый голос, мужской, молодой, отчаянно ищущий, будто он в глухом лесу. Зовущий меня откуда-то… Справа?
Тут показался он — мой сорт кошмара, мой предатель, моя боль. Николас Рейнсейр. Тёмный маг тяжело дышал, словно бегал по всему клубу в поисках меня. Неужели нервничал? А рядом с ним Мирабель, такая же растрёпанная и испуганная. Губы горят от поцелуев у обоих, по глазам горящим видно, какой коктейль из гормонов счастья им удалось испытать.
— Дара? — женский взволнованный голос разрезал воздух. Мирабель. — Дара я…
Я переводила взгляд с подруги, в глазах которой читалось раскаяние и страх, на Ника. Маг стоял от неё на шаг позади и притворялся, что не лапал Миру минут десять назад в туалете. Будто ничего не было. Меня охватила злость. Ревность сейчас была связующей нитью в наших отношениях, главным чувством всех нас.