Алхимия желаний (СИ)

Николас вдруг подсел ближе ко мне и аккуратно поддел мой подбородок, заставляя смотреть прямо на него. Я замерла, задержав дыхание, следя за каждым его действием. Я ждала. И если он сделает мне больно или будет угрожать, я отвечу. В этот раз я отвечу.
Сейчас в тёмных глазах Николаса — этим вечером я ни разу не увидела его зелёных радужек — пусть и плескалась злость, но также я заметила в них совершенно открытую насмешку. Он почувствовал себя всесильным, поддавшись одному ему известному восторженному чувству. Истинное лицо мага с силами, утекающими корнями к первым Тёмным, Избранным Демонами. Лукавая усмешка на его губах меня уже не пугала.
— Дара, — выдохнул он. — Только ты можешь так рьяно отчитывать меня. Беспардонно. Я восхищаюсь. Всегда восхищался. Ты правда необыкновенна.
А вот это в самом деле заставило сердце пропустить удар. Кожа покрылась мурашками. Не то от ужаса, не то от его близости. Ещё одного поцелуя, похожего на прошлый, я не вынесу!
— Отодвинься! — процедила я.
— Я сказал тебе правду не для того, чтобы выставить себя в лучшем свете в сравнении со своим отцом. Его лик всегда будет во мраке, и я не смогу сиять на фоне беспробудной тьмы. Я сожалею, что познакомился с тобой, потому что ты и есть свет. И мне было бы легче, не знай я тебя вовсе. Ты должна знать, что те мгновения были настоящими. И я тоже по ним скучаю. Но ты права… Дара… глупо надеяться, что будет как раньше. Глупо было умолять тебя и предлагать контракт, деньги. Ты не такая, как все. Тебе не принять мою темную суть, пока рядом Хранитель. — Ник притянул меня к себе, прижимая к своей груди. — Но я буду пробовать заслужить доверие и уважение. Вернуть былое не выйдет. Но, может, создать настоящее я смогу? Ты дашь мне шанс, Салдарина?
Я едва держалась. Он жарко дышал, держал мою голову, прижимая к себе. А я боялась шелохнуться. Я не боялась его. Но страшно было оказаться лицом к лицу со своими собственными мечтами, которые разбились в прах. Им не суждено было сбыться. Николас… тот мальчик правда умер для этого мира.
— Нет, Николас.
— Ты не можешь быть с ним, — он продолжал убеждать меня в собственной неправоте.
— С тобой тоже не могу, — отвечала ему шёпотом.
— Но я здесь, — Ник отодвинулся и указал на себя, глядя на меня с болью и непониманием. — Я никуда не уйду! Я не брошу тебя, как это сделает он!
Он уже не предлагал мне деньги и положение своей семьи. Как же изменились его доводы в пользу своей исключительности, стоило немного подождать.
— Я не люблю тебя, — шептала я. — И никогда не смогу полюбить.
Ты для меня мертв.
Он разволновался. Он тяжело и часто дышал и был похож на выброшенного на улицу щеночка. Только у меня это вызывало скорее отвращение, нежели жалость.
Водитель стал разворачиваться, и я поняла, что мы паркуемся. Неужели приехали? Я посмотрела в окно и осознала, что всё — этот вечер окончательно завершён.
— Я не дам тебе шанса искупить свои грехи, — прошептала я напоследок. — Ты жалок, Ник.
Когда я вышла из машины, то заметила вдалеке мужскую фигуру — Арриан уже ждал нас. Он стоял в той же рубашке и брюках, сложив руки на груди и облокотившись на свой автомобиль. Его волосы были стянуты в низкий хвост на затылке, а взгляд серо-голубых глаз прожигал. Сердце пропустило удар. Мне хотелось снять туфли и босиком рвануть к нему, обнять и вдохнуть его запах. Мне необходимо было почувствовать хоть каплю спокойствия. Хотелось укрыться от этого мира за ним.
Арриан шагнул навстречу, когда заметил, что я не иду — пытаюсь сбежать! Я была уверена, что он чувствовал моё разбитое состояние и еле сдерживаемую злость.
Николас нагнал меня по дороге и попытался перехватить мою руку, остановить меня, пока ещё был шанс. Он что-то хотел мне сказать, пока Арриан не забрал меня.
— Не трогай меня! — рыкнула я, делая шаг в сторону, уворачиваясь от грубого захвата.
Ладони обожгло магией. Я была готова ударить Николаса, вложив всю свою силу, если он не послушается.
Ник открыл было рот, чтобы что-то сказать, но дёрнул головой и поморщился, потому что в этот момент к нам приблизился Арриан.
 
— Что происходит? — раздался голос Хранителя, властный и строгий.
Я сглотнула, глядя на Рейнсейра. Я ждала, скажет ли он что-то в ответ или совершит очередную глупость?
— Вот, возвращаю в целости и сохранности! — бросил Николас и небрежно махнул рукой в мою сторону.
Рука Арриана осторожно коснулась моей талии и притянула к сильному телу. В нос ударил запах луговых трав, сырой земли и силы — грядущей бури. И я выдохнула с облегчением, а затем сглотнула появившийся из ниоткуда ком в горле.
— Тогда хорошего вечера, — сухо бросил Арриан, прощаясь с Николасом.
Ему было плевать, он развернулся к нам спиной и быстро зашагал прочь.
  
Глава 20
 
Когда я села в машину Арриана, то во мне разлилось небольшое облегчение, потому что рядом с ним я в безопасности и могу немного расслабиться. Но из-за скопившегося напряжения за этот долгий вечер я почувствовала, что меня всю трясёт.
— Эй, — Арриан коснулся моей руки. — Ты в порядке?
— Нет! — огрызнулась я. — Нет, со мной ничего не в порядке! — а затем жарко умоляюще прошептала: — Пожалуйста, поехали отсюда, я больше не могу!
Арриан молча и послушно завел автомобиль и тронулся с места. Но я кожей почувствовала возросшее напряжение и легкое покалывание от всплеска его силы. Но мне было плевать на чужое возмущение и недовольство.
Я ладонями закрыла глаза.
Сейчас, когда опасность минула и я больше не была сосредоточена на Николасе и своей глупой роли, на меня обрушились события этого вечера. Огромная ревущая волна нахлынула и накрыла меня с головой, не давая продохнуть, и утопила, без шанса выбраться из пучины.
Слёзы покатились из глаз.
Слова, сказанные Ником в машине, только усилили и без того острую душевную боль. Сил держаться просто не осталось.
— Николас что-то сделал? — выразил уже привычное беспокойство Арриан за наши натянутые отношения с Рейнсейром, который постоянно находил новые причины уколоть меня побольнее.
— Ничего. Наговорил гадостей, как обычно. Напился как скотина и его понесло!
Мы свернули с широкой дороги в дворы и поехали по узким улицам и переулкам с односторонним движением. Здесь не было ревущих автомобилей, несущихся на полной скорости, здесь не было водителей, открывших окна и врубивших музыку на полную. Свежий воздух проникал в салон через опущенное стекло и приносил аромат цветущих деревьев — черёмухи и яблони.
Мы остановились на светофоре, который по злому умыслу отсчитывал полноценные две минуты для пешеходов. Последних таким поздним часом не наблюдалось. Только вдалеке можно было заметить компанию юных людей, гуляющих и веселящихся теплой предлетней ночью.
И я поняла, что Арриан выбрал такой маршрут не зря. Возможно, эта размеренность ночного города могла немного успокоить мою метавшуюся душу. Или мне хотелось так думать. Это особое настроение темных улиц, освещенных лишь высокими столбами — фонарями. Шум от шелеста молодых листочков на деревьях. Редкие голоса и одинокие фигуры прохожих, спешащих домой.
Пока мы стояли в ожидании зелёного света, я не сдержала порыва и потянулась к Хранителю. Он прижал мою голову к своему плечу и ласково, успокаивающе погладил по волосам.
— Он снова обидел тебя, — Арриан произнёс это с таким раздражением, будто только и мечтал оторвать Николасу голову, но находились причины оставить его в живых, и он негодовал. Я заметила, как крепко Хранитель сжал руль. Ему явно осточертело видеть отношение тёмного ко мне.
— Плевать на этого ублюдка! — отмахнулась я, и, возможно, мои слова порадовали Арриана. Меня уже не заботил Рейнсейр. Его фигура просто меркла по сравнению с другими, более важными проблемами. Мой голос дрожал от напряжения и горечи. — Я не справилась, Арриан. Я ничего не смогла сделать! Я не знаю, в каком украшении был камень, какая была создана Хранителем! В моем присутствии не было никакого смысла… Лучше бы я сидела дома!