Алхимия желаний (СИ)

Мне показалось, что реальность раскололась и это всё происходит не со мной.
— Сотрудничаешь? — переспросила я.
— Именно.
— То есть мое участие в этом — сотрудничество? С вами? А какая мне выгода?
Он тяжело вздохнул и закатил глаза.
— У меня нет для тебя «награды», если ты об этом, — Арриан махнул ладонью и снова спрятал её, между сложенными на груди руками.
— А говоришь, что сотрудничаешь! Что мне всё это даст? Ник предлагал мне деньги за мое участие в его фарсе. — О том, что предложил мне Кайрил, я умолчала, прикусив губу. — Если это предложение о сотрудничестве, надо было с этого начинать. Давай поговорим об этом! Что мне будет за участие в вашем фарсе?!
— Простите, перебью вашу перепалку! Разве мы не преследуем одну цель? Что-то, что нас здесь сейчас держит вместе? Разве ты, со своей силой, не должна стоять на одной стороне с ним? — он ткнул пальцем в Арриана.
— Тебе нужны деньги? — как-то сурово спросил Хранитель, совершенно не обратив внимания на реплику Шанара. Его интересовал только наш диалог.
Он как-то буквально воспринял фразу про деньги. Я смутилась. Я вовсе не на это намекала, это первое, что пришло мне в голову в тот момент. Дело не в деньгах. У меня нет ни капли мотивации. И никто даже не пытается заинтересовать меня, ни Арриан, ни Шанар.
— Деньги лишними не бывают, конечно, они мне нужны… — я запнулась и отвернулась. Не смогла смотреть в его горящий взгляд. — Речь не об этом. Я устала, что меня тянут в разные стороны, как канат. Что всем от меня что-то нужно. Что каждый из сторон нарочи́т меня выгодно использовать.
— Дара, — твёрдо заявил Арриан. Я по лицу видела, что он снова хочет мне объяснить разницу и что совершенно не настаивает. Что я сама пришла с этим к нему. — Ты помогла тем, что рассказала. Это уже достаточно много. Но я… — он опустил глаза, делая паузу и собираясь с духом, будто следующее, что он скажет, будет решающим. И когда он снова на меня посмотрел, я была готова это услышать. — Я просто хочу напомнить, что несмотря на твой статус, ты наполовину Хранительница. Это не только меня касается. Это касается и тебя.
Но я его перебила:
— Я пока ещё никто, Арриан. Я слабее любого мага. Я по силе могу справиться только с ребёнком! Может, во мне и течет кровь Хранителей, но привилегий это не даёт мне никаких. Я поставлю себя под удар, если приму решение участвовать. Ты просишь меня о помощи. Просишь заглянуть в пасть льву, станцевать на костях. Но у меня нет желания и мотивов помогать вам. Понимаете? Пока́ я вижу, что каждый хочет ухватить меня, как доступную возможность, и заставить вступить в игру, к которой я не желаю иметь отношения. Я… Я понимаю вас. Очень хорошо понимаю желание обогнать Рейнсейра. Но участвовать в этом фарсе я отказываюсь!
— Хорошо, — слишком тихо произнёс Арриан, соглашаясь с моим ответом.
— Спасибо за понимание, — я выдохнула с облегчением и кивнула ему.
Шанар устало прикрыл глаза.
— Я должен был предложить тебе кофе, — Арриан как-то поздно спохватился об этом и выглядел немного растерянным.
— Да, было бы неплохо, но… — он глянул на часы. — У меня мало времени.
— Хорошо.
— Тогда обсудим детали в другой раз, — заявил Шанар и обернулся, посмотрев на меня. — Салдарина, спасибо, что выслушала. Надеюсь, ты передумаешь. Я должен идти.
— Пока! — махнула рукой я, глядя, как Шанар отступает, снимает свою кожаную куртку с вешалки, обувает стильные кроссовки и прощается, помахав мне рукой. Арриан закрыл за ним дверь.
Так я поставила в этом вопросе точку.
Но на самом деле… это было многоточие. Потому что ничего ещё не было решено. Ничего. И последнее слово, как оказалось, далеко не за мной.
Я подтянула к себе ноги, обняв их руками и положив на колени подбородок. После такого я не знала, куда себя деть.
— Не терзай себя, — произнес Арриан и накинул мне на плечи плед. Я невольно вспомнила, что мой любимый старенький плед, доставшийся в наследство после смерти мамы, скучает в моей квартире. А я скучаю по нему и по тихим денькам, когда жила одна, не вспоминая про Ника и свою прошлую жизнь.
 
Я перехватила широкую ладонь Арриана, когда он собрался отступить и оставить меня в кресле, укутанную в плед, одну, подумать.
— Я понимаю, — в моих глазах он мог увидеть сожаление. — Правда. Но я не могу, — прошептала я едва слышно, ощущая комок в горле. — Для меня это слишком…
— Салдарина, — он наклонился и поцеловал меня в висок, — перестань.
К сожалению, любопытство во мне заглушить было невозможно. Меня раздирало изнутри.
Я не могла заснуть той ночью. Я лежала тихо и глядела в потолок, слушала размеренное дыхание Арриана. Иногда тихонько поворачивалась на бок, смотрела на широкую спину. Мне так хотелось снова провести пальцами по позвонкам.
Я пыталась понять, кто мы друг другу? Кто он мне… Просто возлюбленный? Можно ли назвать его своим… Парнем? Мы это не обсуждали и разговор о «встречаться» не шёл. Всё шло само собой и казалось совершенно правильным. Думалось мне, Арриан не будет против, если я мысленно введу ему официальный статус.
И, наверное, пора признаться самой себе, что я тут живу. Рядом с ним. И пока он не против, пока нас всё устраивает, пусть будет как будет…
Так я пролежала полночи. Попытки найти покой и упасть в блаженную темноту таяли. До рассвета оставалось ещё далеко. А на улице уже начинали щебетать птицы — несмотря на ранний час и мрак за окном, им это не мешало проснуться согласно внутреннему графику.
Мне же становилось все труднее соблюдать хоть какой-то режим. Всё переворачивалось с ног на голову. Теперь пропал и сон.
Кажется, у меня бессонница… Но это лучше любых кошмаров.
Новый день прошёл… Сумбурно. Всё валилось из рук. Несколько часов сна не придали бодрости. Несмотря на возможность выспаться — меня никто нигде не ждал, не торопил, никакой работы — отдыхай не хочу, я могла понежиться в широкой просторной кровати, но я вскочила, как только Арриан провел костяшками по моей скуле. Этот нежный жест выдернул из хрупкого сна, разбил его на осколки, которые я не смогла снова собрать. Он попрощался и сказал, что будет поздно. Я поцеловала его ладонь и увидела, как в его серо-голубых глазах зажёгся огонёк.
Тем днём я поняла, что мне нельзя оставаться одной. Нельзя оставаться наедине со своими внутренними демонами. Я ещё не знала, что они уничтожат меня. Не знала, что приведут меня к погибели…
Тишина в квартире убивала.
Мне пришлось ползти в ванную, а потом варить себе поллитровую чашку кофе. Без этих объемов, мне показалось, я не проживу новый день.
Оставшись одна в квартире, мне срочно потребовалось занять свои руки. Оставшись одна в квартире, я поняла, что мне срочно требовалось занять свои руки. Уборка отлично помогала справиться со стрессом. Моя голова пухла от мыслей. Тонна неразрешенных проблем и открытых вопросов тянула меня куда-то вниз, откуда я не знала путей к спасению. Я не выспалась и это осложняло ситуацию. И настроение. Я с остервенением чистила плиту, навела порядок в кухонных шкафчиках, выдраила ванну, пол вымыла раза три — для уверенности. Теперь в воздухе пахло лимоном и грейпфрутом.
Моё счастье казалось хрупким, как бокалы, которые я намыливала фиолетовой губкой, с пеной, пахнущей ядреным зелёным яблоком, от которого начинала болеть голова.
Я не знала, сколько у нас с Аррианом есть времени, чтобы насладиться друг другом. И это не делало ситуацию лучше. Он так и не признался, как скоро ему нужно вернуться в свой мир. Есть ли у нас будущее? Моё сердце бешено забилось в груди. Я прогоняла от себя эти тревоги, притворялась, что это не важно, ставила на первое место другие мысли — противоположные: жить и наслаждаться здесь и сейчас. Но это ОЧЕНЬ важно! Я хочу, чтобы у нас было будущее! Я не хочу отрывать от груди трепетное чувство, поселившееся в сердце, и не хочу прощаться. Хранить в памяти этого мужчину и постоянно оглядываться в поисках похожих на него! Не хочу такой жизни!